Ольга Резниченко - Враги

— Да знаю, знаю… сама невольная поклонница этой композиции.

(колкий, короткий взгляд Геера на меня, и тут же спешно отвел глаза в сторону)

— Так что, Дюан, боишься со мной сыграть?

(едко ухмыльнулась, скривилась я)

— Не боюсь, Геер. Ни капли не боюсь.

— Тогда вперед.

Ммм? — несмело кивнул в сторону свободного стула около себя.

— Только крупье… придется выбрать… другого, — "нехотя", без всякой заинтересованности проговорила я, но так и не двинулась с места. — Не доверяю я ТЕБЕ.

(ухмылка, язвительная ухмылка вмиг расплылась на его устах)

— И на что сыграем?

— На безвозмездное одолжение.

(удивленно дрогнула его бровь)

— Раздавать карты — ты мне не доверяешь. А того, что я могу потом загадать, не опасаешься.

— Опасаюсь. Еще как… опасаюсь. Потому заранее обговорим все условия и ставки.

(коварно улыбнулся,

короткая пауза)

— Хорошо. Ты первая.

— Что?

— Признавайся, в чем твое желание?

— Одолжение.

— Хорошо. Одолжение. Что я должен буду сделать?

(тяжелый вздох)

— Неважно.

(захохотал; взгляд уперто прикипел ко мне и едко начал буравить насмешками)

— Как это "неважно"? Тогда и мое — неважно.

— Не переживай, в рабство я тебя отдавать не буду, — едко прыснула, и тут же невольно, горделиво вздернула подбородком кверху. Напущенная надменность тут же разлилась во всех моих движениях, пряча обиду, (разрастающийся) гнев и колкие, немые упреки в сторону "уродца". Самоуверенно забросила ногу на ногу, откинулась на спинку кресла, скрестила руки на груди.

(криво улыбнулся в сторону моей реакции)

— Хорошо. Тогда пусть суть ставок будет сюрпризом. Как для меня, так — и для тебя.

— Нет. Однажды я уже доверилась твоей воле. Больше такого не повторится.

(и снова короткая ухмылка, пряча истинные эмоции;

немного помолчал)

— Хорошо.

Мое желание…

— Одолжение…

— Нет, мое желание — ночь с тобой.

— ЧТО???

(шокированная, возмущенная, я вмиг дернулась, расселась ровно)

Молчит. Не улыбается. Не опровергает. Пристально смотрит в глаза.

— А твое?

(от такого нахальства у меня и в горле пересохло, глаза невольно округлились от шока)

(казалось, казалось, еще немного — и я, просто, задохнусь от ярости!!!

растерянный, с нотками укора, взгляд на Дани — молчит, молчит та, тоже прибитая не на шутку словами Геера)

— Я не буду на такое играть.

…

— То есть, даже не начав, ты уже признаешь свое поражение. Так?

— Да пошел ты, — резкий рывок — сорвалась, сорвалась я с кресла, разворот и пошагала прочь, долой на выход.

— Нет, ну, не ТАНЕЦ же у тебя просить???

(игнорирую — еще шаг, и скрылась в коридоре)

Черт, да чего ты истеришь?? Шуток не понимаешь?? — взволнованно закричал мне в спину Берн, желая тут же остановить, загладить ситуацию, но встать, бежать, идти за мной не кинулся.

Застыла, застыла я входной двери. Жду, как идиотка.

— Может, выпустишь? — раздраженно рявкнула я, не выдержав отсутствие реакции на мои действия.

Долгие, очень долгие секунды (шум, волнение) — и наконец-то, "нехотя", "неспешно" Геер вышел, выплыл из зала в коридор. Застыл в шаге…

— Танец… так танец. На него хоть согласна?

(несмелый, рисуя "нежелание", (мой) разворот,

взгляд… навстречу, но не касаясь глаз)

— Идет.

— А твое…? В чем твое…

— А мое — помощь в одном деле.

— В каком?

— Потом и узнаешь.

— Лив…

(взгляд в глаза)

— Я сказала: только потом… узнаешь.

Долгая, немая пауза рассуждений, изучения меня, моих эмоций, писанных на лице мыслей — и выдал:

— Хорошо. Одна игра — одно желание.

— А мне больше и не надо.

Глава Двадцать Первая

Пока крупье усердно тасовал колоду, наши с Берном взгляды метались по комнате…. как раненный зверь в безысходности. Один на один. Чья ж победа?

Черт, невольно прокручиваю в голове его то "желание", его первое… предложение, и просто начинаю сходить с ума. Сердце, как больное колотиться, а дыхание сбивается от волнения. Хотела бы… хотела бы я сыграть на такое, хотела бы… ему проиграть "такое"?

… если на чистоту, то где-то там, в душе моей, извращенец-романтик втихую проголосовал "за", но на том и покончили. В жизни — быстрее себя удавлю, чем позволю подобному случиться.

Я ему не прощу, принципиально, не прощу… былое. И неважно, неважно…. что чем больше на него смотрю, чем дольше слышу его голос, внимаю движениям, познаю характер, тем сильнее моя фантазия путается с явью…. упорно смываются грани между выдуманным и реальным Берном… Плевать.

Геер не заслуживает прощения, а я — еще раз быть… так болезненно и бездушно обманутой.

Наших отношений не бывать. Ни в каком виде. И ни при каких… условиях. Решено.

— Что? Даже не посмотришь на свои карты? Так сдаешься? — едко подколол меня Берн, видя… как я, утопающая в своих мыслях, вовсе забыла об игре.

— Размечтался.

(спешно загнула кончики карт, дабы взглянуть в глаза судьбе)

Шесть пиковая, валет бубна.

— Готовы? — язвительно переспросил "крупье", прежде чем первые три карты кинуть на флоп.

— Валяй, — самоуверенно отсек Геер и тут же вальяжно развалился в своем кресле.

— Давай, — мило улыбнулась я мужчине, а тот — в ответ мне.

(ух, как скривился от такого нашего поведения Берн, ух как его передернуло,

… но промолчал, тут же сделал, нарисовал вид, что ему все равно)

Крестовая девятка, крестовый валет и червовая тройка.

Глубокий вдох.

— Ну, что, горячо уже?

— Сдавай остаток, умник, — нервно рявкнул Геер (отчего я невольно рассмеялась: ну-ну, нервничаешь?)

Дама пик и…

— Черт, если будешь и дальше тянуть интригу…

Крестовая тройка.

(невесело скривился, закусил нижнюю губу Берн;

долгий, тягучий взгляд себе в карты, а затем вдруг взглянул на меня)

— Ну? Чем, дорогуша, порадуешь?

(несмело улыбнулась; глубокий вдох — и опустила, открыла свои карты;