Клыки и вечность - Минк

блюдо, пытаясь заглянуть через мое плечо. Это нетрудно, учитывая мой низкий рост. Я опускаю взгляд, когда Баффи трется о мои ноги.

— Ох какая милая девочка. — Миссис Брюстер сосредотачивает свое внимание на Баффи. Клянусь, я слышу слабое шипение. Кажется, Баффи сегодня утром не в настроении. Она может немного опекать меня. Вообще-то, единственный человек, с которым она не была груба, — это Винсент.

— Большое спасибо за это. — Я беру тарелку у нее из рук.

От блюда идет сладковатый запах.

— Положи в духовку, пока не будете готовы его отведать. — Она снова подмигивает мне.

— Пахнет чудесно. Как у шеф-повара Рамзи (прим. британский шеф-повар, ресторатор, ведущий британских телешоу The F Word, «Кошмары на кухне» и «Адская кухня», а также их американских версий), у которого свое кулинарное шоу. Я бы умерла, чтобы однажды попробовать это блюдо.

— Тебе повезло. Тот же рецепт. Я люблю его. Это настоящий вулкан. Ты же знаешь, это рецепт его мамы.

— Миссис Брюстер. — Тон Винсента беспечный, но я чувствую его гнев. Я поворачиваю голову, гадая, что случилось.

Он стоит в нескольких метрах от меня. Солнце теперь заливает комнату через открытую дверь. Я вне его досягаемости, и ему это не нравится.

— Когда ты завел кошку? — спрашивает миссис Брюстер, искоса поглядывая на Баффи. Держу пари, она обожает собак. Я постараюсь не обижаться на нее за это.

— Баффи моя. Мне пора ее покормить. Еще раз спасибо Вам.

— В любое время, дорогая. — Я отступаю назад и закрываю дверь ногой. Обе мои руки теперь заняты. Как только она закрывается, Винсент оказывается передо мной и забирает у меня блюдо. Он бросает его на столик у двери, затем хватает меня.

— Ты не должна выходить на солнце.

— Давай приляжем. — Я меняю тему.

Винсент излучает не только гнев, но и страх. Я поняла. Я бы возненавидела, если бы он мог пойти куда-нибудь, куда я никогда не смогла бы добраться.

— Я ухожу. Вернусь вечером. Мне нужно поискать какие-нибудь другие пути расследования этих убийств. Если это не ты, то в округе должен быть другой вампир, — говорит Йен.

— Я не почувствовал ни одного.

— Ты можешь чувствовать других? — спрашиваю я немного нахально.

— Мои чувства обострены, и я могу с относительной легкостью определить представителя своего вида, но нет, я их не чувствую. Не так, как чувствую тебя.

— Достаточно чувств. — Йен стонет. — Мне нужно связаться с некоторыми из моих источников и выяснить все. Это единственный ответ, который имеет смысл, учитывая, что они истощены и все такое.

Я киваю.

— Договорились. Нам нужно продолжать охоту и найти убийцу до того, как они осушат кого-нибудь еще.

Йен слегка отдает мне честь, затем говорит Винсенту:

— Постарайся держать свои клыки подальше от нее.

Винсент начинает рычать, ему явно не нравится, что кто-то говорит ему, что он может, а что не может делать со мной.

— Ты тоже можешь чувствовать мои эмоции? — Я спрашиваю.

— Да. Это единственная причина, по которой я сдерживаюсь от убийства Йена. Ты заботишься о нем.

— Я тоже тебя люблю, — сухо говорит Йен, направляясь к двери.

— Иди в мою спальню. Я закрою за ним.

— Хорошо, — соглашаюсь я.

— Встретимся наверху. — Он отпускает меня.

Я делаю, как мне велят, но останавливаюсь, когда добираюсь до спальни. Я включаю свет. Его спальня так же прекрасна, как и весь остальной дом. Не слишком богато украшена, но с приятными штрихами лепнины и элегантными завитками вдоль потолка. Снимаю с себя одежду, когда захожу в его шкаф, и хватаю одну из его рубашек, чтобы надеть.

Я останавливаюсь, когда добираюсь до края кровати, собираясь забраться внутрь. Чувство неловкости наполняет меня. Я поворачиваюсь и бегу обратно вниз по лестнице. Я останавливаюсь на кухне.

— Что ты делаешь?

Винсент поворачивается ко мне лицом с пакетом крови в руке.

— Это не то, что ты думаешь.

— Это действительно то, что я думаю?

Он бросает пакет в раковину. Раздражение и злость воюют в моем сердце, и мне хочется убежать, убраться подальше от него и скрыть свою боль.

— Крошка.

Я крадусь вдоль края острова, бросая взгляд в сторону задней двери.

— У тебя бы никогда не получилось. — Его глаза чернеют, клыки выглядывают наружу.

Я трусиха, и знаю это. На самом деле у меня нет плана убегать от Винсента. Я просто осознаю, что должна взять дело в свои руки. Винсент, может, и боится пить из меня, но я-то нет.

Мне это нужно.

Если придется играть грязно, чтобы получить то, что я хочу, пусть будет так. Я тянусь к подолу его рубашки, которую надела, и стягиваю ее через голову, оставаясь обнаженной. Я не стесняюсь своего тела. Только не с ним. Я чувствую его желание ко мне. Это придает мне смелости.

— Давай посмотрим, насколько ты хороший охотник на самом деле. — Я бросаю в него рубашку, прежде чем развернуться и броситься обратно через весь дом.

Возможно, я убегаю, но, по крайней мере, далека от его добычи.

Глава 13

Винсент

Она быстрая, ее кожа пылает, а сердце бешено колотится. Но Эверли даже не успевает дойти до лестницы, как я подхватываю ее на руки.

— Винни! — Она визжит, когда перекидываю ее через плечо и несу в свою спальню.

Я захлопываю дверь ногой, затем прижимаю ее к кровати, мое собственное сердце бешено колотится, когда прижимаюсь к ней всем телом. Мой член требует войти в нее, и я чувствую каждое покалывание, пробегающее по ее коже.

Она раздвигается еще шире, насмехаясь надо мной и дразня.

— Крошка. — Я предупреждающе рычу. Но кого я обманываю? Я толкаюсь в нее, ее сочная киска пропитывает мои штаны и смачивает член. Я не могу устоять перед ней, не тогда, когда она обнажена и готова для меня.

— Ты голоден. — Она наклоняется и целует меня. —