Песня ветра (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

   - Давай поднимемся на палубу, мисс Фонтес! – неожиданно предложил он.

    Я было возразила, но вовремя прикусила язык, понимая, что не стоит упускать такой шанс. Пока желтоглазый в настроении, стоило воспользоваться этим. Кто знает, не раздумает ли он позже.

    Лестница неожиданно заскрипела под моими ногами, когда я стала подниматься следом за капитаном. Порыв свежего ветра ударил в лицо, и я подставила его солнечным лучам, а капитан неожиданно предложил мне подняться на мостик.

   - Почему вы переменили свое мнение и решили поговорить? – спросила я, когда мы оказались на месте. С мостика прекрасно просматривалась палуба и нос судна. Рассекая волны, фрегат птицей летел над водой, легкий даже несмотря на свои размеры. Суетившиеся моряки заметили возвращение капитана и заметно оживились, делая вид, что усердно работают, а желтоглазый неожиданно отпустил своего человека, все это время находившегося у штурвала. Встал сам, взяв управление «Сиреной» в свои руки, а я осталась стоять в нескольких шагах от мужчины, продолжая смотреть вперед, на расстилавшееся до самого горизонта полотно синего моря, казавшегося еще более насыщенного цвета от глубокого неба, опрокинутого над нашими головами.

   - Твой отец приказал найти мне тебя, Катарина, по одной простой причине, - начал капитан, не глядя на меня. Ветер шевелил его волосы, и я поймала себя на том, что уже смотрю не на море, а на мужчину, находившегося рядом со мной.

   - И что за причина? – удивилась я.

   - Она проста, как это небо! – он повернулся ко мне. Желтые глаза в дневном свете казалось, светились и я чуть отпрянула, опасаясь этого хищного света.

   - Я знал, где ты находишься! – пояснил он.

   - Но откуда? – я и правда, удивилась.

   - А ты посмотри на меня внимательнее, маленькая Катарина! – приказал он. – Разве я не напоминаю тебе одного человека, которого ты знала несколько лет назад?

    Я прищурила взгляд.

   - Мне всегда говорили, что я похож на отца, - добавил капитан и отвернулся, - особенно мать. Кажется, она любила повторять это.

    Тут я поняла, почему его глаза при самой первой встрече так напомнили мне глаза человека, появлявшегося в нашем доме. Того самого мужчины, приносившего запах моря и осень в бездонном взгляде. Мужчины, которого любила моя мать.

   - Вы сын того человека! – прошептала я и капитан услышал.

   - Я право, удивлен, Катарина, что ты даже не знала имени любовника вашей матери. Это очень странно!

   - Значит, вы его сын! – повторила я.

    В памяти вспыхнула картина. Тот самый последний вечер, когда мужчина с глазами цвета осени появился в нашем доме…слова матери, смысл которых открылся лишь спустя столько лет.

    Я подняла взгляд и иначе посмотрела на пирата. Теперь я видела, что он действительно похож на мужчину моей мамы. Его сын!

   - Мое имя Бертон Алан Мердок, - сказал желтоглазый, а я подумала о том, что наконец-то капитан соизволил представится, - я сын Адама Мердока, человека, которого ты знала в детстве. Умирая, отец рассказал о твоем существовании Гарри, но тот не сильно загорелся желанием узнать, где именно находится его дочь. Он даже не пожелал слышать о тебе и тогда отец посвятил меня в свою маленькую тайну.

    Неприятно узнать подобное. Я сложила руки на груди.

   - Что же заставило его передумать? – спросила жестко.

    Мердок заметил изменение в моем голосе и улыбнулся.

   - А вот это он расскажет уже тебе, Катарина и, хотя у меня есть кое-какие догадки, я не стану их озвучивать, так как дал слово капитану Вейну, что просто привезу к нему дочь. У нас свои дела, которые тебя совершенно не касаются!

   «Как не любезно!» - подумала я, но и на том спасибо. Не буду обольщаться, решив, что у так называемого отца проснулась родительская любовь. Хотя я и прежде не особо на это рассчитывала, но теперь понимала, что этот Гарри явно неспроста послал за мной. Что же ему надо?

   - Когда мы прибудем на место? – уточнила, глядя вперед. Ветер развевал пряди моих волос, и я запрокинула голову к небу, в эту минуту решив для себя, что пусть все будет так, как должно. Если судьба решила, что мне стоит увидеть того, кто дал мне жизнь, значит, так тому и быть.

    Покосилась на желтоглазого. Он не смотрел на меня, сосредоточенный на бескрайности океана, спешившего на встречу «Сирене». Неприязнь мужчины имела свои основания, но я все равно не совсем понимала его злость. Я не виновата в том, что его отец любил мою мать. Я сама была ребенком в то время, когда мистер Мердок старший появлялся в Портулаке, крадучись по ночам, словно вор…или любовник? Наверное, мать не желала огласки этой связи, а может, это Адам уговорил ее держать все в тайне? Узнаю ли я ответ на этот вопрос? Наверное, да. Со временем, а может даже Гарри, образ которого пока был лишь мутным пятном в моем воображении, ни глаз, ни носа, ни улыбки…да и была ли у него эта самая улыбка? Любил ли он мою мать и почему она сбежала от него со мной под сердцем?

    Как же много вопросов и где искать ответы?

    Пока я размышляла, капитан решил ответить мне. Я даже вздрогнула, услыхав его голос, так как полностью погрузилась в свои размышления.

   - Через три недели мы достигнем нужного места, если ничего не приключится в пути! – сказал он.

   - Что такого может произойти? – спросила тихо.

   - Кто знает! – он передернул плечами и посмотрел на меня.

   «И правда, глаза, как и маминого мужчины!» - снова подумала я, глядя в это плавленое золото в глазах пирата. Почему я сразу все не поняла?

    Хотя, что бы это изменило?

   - Думаю, тебе стоит спуститься вниз! – произнес Бертон Алан Мердок.

    Я не хотела. На капитанском мостике было как-то очень уютно. Словно здесь было мое место, место для Катарины Фонтес! Но, разве поспоришь с капитаном? Тем более, когда золото в его глазах начинает темнеть, что означает лишь одно: мужчина злиться.

   - Как прикажете, кэп! – проговорила, назвав его именно так, как называли остальные члены команды.

    Он оскалился.

    - Приятно видеть долю сообразительности в твоей красивой голове! – заметил он, когда я ступила на первую ступеньку, ведущую на палубу. Секунду помедлила, а затем продолжила спуск, решив не обращать на его колкости внимания.

    До самого заката я блуждала по кораблю. Никто не чинил мне препятствий, но и не спешил знакомиться, хотя я заметила, что пираты наблюдают за мной с интересом, только вот чудилось мне, что не внешние данные в данном случае интересуют мужчин, а то, насколько я похожа на загадочного пирата по имени Гарри, который являлся моим отцом.

    За это время я разрешила вопрос с туалетом. Когда поняла, что мне очень надо в уборную, которой на фрегате не оказалось, я направилась в каюту капитана. Двери были открыты, и я вошла, понимая, что только ради меня желтоглазый пошел на этот шаг. Как бы там не было, он – капитан и в его комнате на корабле находятся карты и навигационные приборы. Сюда нет хода простым морякам, разве что Золтану на правах первого помощника!

    Нужный мне таз нашелся спустя некоторое время и, заперев двери на внутренний засов, я сделала свои дела, после чего открыла окно и вылила содержимое таза в море. Оставалось только найти воду, чтобы сполоснуть мое приспособление и вернуть его на место до лучших времен.

   «Хорошо мужчинам в этом плане», - подумалось мне, когда я снова вышла на палубу. Мне показалось, или капитан смотрел на меня с усмешкой?

    Щеки отчего-то тронул румянец, и я поспешно отвернулась, мысленно проклиная желтоглазого и подозревая…ну…самую малость, что он как-то заметил мои манипуляции с тазом.

   «Если это так, то…», - я подняла руки, закрыв лицо ладонями, а потом, помучавшись несколько минут, снова посмотрела перед собой, стараясь придать взгляду уверенности.

    Перед ужином я спустилась на камбуз и помогала Боунзу в приготовлении его простых блюд. В этот раз это была овсяная каша и мясо в густой подливке. Кок поднял свои кастрюли на верхнюю палубу, а я с помощью юнги, принесла миски и ложки, а затем, раздавая приборы, следила, как Боунз раздает ужин, а моряки, рассевшись на бочках, приступают к трапезе. Многих из них я уже знала. Несколько человек, считая и боцмана, мистера Смита, который не удержался и подмигнул мне, я уже знала, к остальным присматривалась, впрочем, как и они ко мне.