Стихийный мир. Морской эмир - Сильвия Лайм

На этот раз он все же улыбнулся, хотя и не так широко, как обычно. В уголках глаз словно поблескивала тоска, или мне это лишь казалось? В этот момент он закончил свою тираду:

— Я отпущу тебя, хотя мне самому этого уже не хочется, Саша. — Его рука коснулась моей, пальцы скользнули по ладони, вызывая внутри сноп мурашек. Голос эмира стал тихим и чуть хриплым: — Ты согласна?..

А что я могла ему ответить? Сейчас, когда я чувствовала себя так странно, когда внутри что-то бурлило и будто бы жило своей жизнью, растекаясь по венам. А я сама сидела в чаше громадного цветка, словно Дюймовочка со своим только что обретенным принцем. И этот принц мягко поглаживал меня по руке…

Да я чуть было не выпалила, что, пожалуй, никуда не тороплюсь и вообще против свадьбы ничего не имею. Хвала морским ежам, вовремя спохватилась, что поддаваться влиянию очередного наваждения не стоит.

— Я согласна остаться на месяц, — выдохнула, пока язык сам не сложился в «я согласна за тебя замуж». — А потом ты отправишь меня туда, куда я хочу.

Жемчужное серебро глаз Тирреса, кажется, засверкало, роняя блики на подводные течения. Он провел большим пальцем по сгибу моей руки, прямо там, где пульс.

Я стиснула зубы, потому что это оказалось жутко приятно.

— А что ты там говорил про возможность… — Я попыталась смущённо кашлянуть в кулак, но в воде это не очень-то вышло. — В общем, про ответы на мои вопросы.

Эмир улыбнулся, и на этот раз это снова была одна из его дерзких опасных улыбок, за которыми могло скрываться что угодно.

От прикосновения его пальцев кожу начало едва ощутимо покалывать, словно кто-то внутри плясал на моих нервах.

— Ты получишь любой ответ после того, как вступишь в полную силу и сможешь помочь мне, — кивнул он. — Тут наши стремления с тобой совпадают.

— А в чем я должна помочь? — спросила спокойно, но что-то внутри ёкнуло.

Вообще-то, я была готова почти ко всему. Тем более что помощь ближнему — дело благородное.

Но почему-то под сердцем зашевелился червячок дурного предчувствия. А ведь с момента моего попадания в этот мир, где правят стихии и все решает магия, именно этот червячок уже не раз мне помогал.

Поэтому прямо сейчас я совершенно точно поверила, что помощь, которую потребует морской эмир, не кончится для меня ничем хорошим.

Однако проблема была в том, что сейчас я была готова даже к этому. Мне хотелось касаться Тирреса, хотелось, чтобы он не отпускал мою руку. Чтобы рассказывал об Айреморе и учил магии дни и ночи напролет.

А что до остального — то хоть водоросль не расти.

— Я расскажу тебе, когда придет время, — проговорил эмир и медленно поднес мою ладонь к своим губам.

Сердце пропустило удар. По мышцам ударил ток. Я невольно заулыбалась, когда он коснулся меня поцелуем, медленно переворачивая кисть и скользя губами к центру ладони, к самому чувствительному месту… на котором вдруг вспыхнуло что-то.

— Ай! — воскликнула я, вырывая руку и с ужасом глядя на ярко-красный круг, внутри которого было ещё много-много маленьких кружочков.

Вместе рисунок напоминал то ли скопление пузырьков, то ли очертания какого-то цветка.

— Что это? — ахнула я, проводя пальцами по контурам изображения, которое медленно исчезало, словно его и не было.

Пара секунд, и оно окончательно пропало.

— Это печать Анабены ядовитой, — ответил Тиррес, убирая от меня руки, словно не хотел теперь пугать своими прикосновениями. — Тебе не стоит волноваться. Это лишь гарантия.

Взгляд морского эмира казался виноватым.

— Какая гарантия? — возмущённо воскликнула я, хотя сердце все ещё билось быстро-быстро.

Только что произошло нечто ужасное.

— Гарантия, что никто не выкрадет тебя из Айремора, — ответил он. — Пойми меня правильно, тебе я верю, Саша, ведь мы с тобой договорились. Но я знаю, что есть… существа, которые будут тебя искать несмотря ни на что. И попытаются вырвать тебя из моих рук… и из моего сердца. А этого я допустить не могу.

Он осторожно коснулся пряди моих волос, в беспорядке летающих вокруг головы, и, созерцательно склонив голову набок, проговорил:

— Ты такая красивая…

От его голоса желудок подпрыгнул к горлу, резко стало жарко.

Я была почти счастлива, что нравлюсь ему. И, как это ни ужасно, вдруг стала забывать, о чем шел разговор.

— Я не готов тебя отпустить. По крайней мере, пока. Вместе с тобой уйдет и часть меня, ты же чувствуешь?.. Чувствуешь?..

Он резко взял мою ладонь и положил на свою обнаженную грудь, прямо туда, где оглушительно громко билось, стучало.

От этого прикосновения меня словно пронзили насквозь, как рыбку огромным гарпуном. А под пальцами что-то заклубилось, запульсировало.

Я чувствовала силу Тирреса, как свою собственную. Ту, которую я и у себя-то редко ощущала. Но сейчас все это стало болезненно ярко.

— Чувствуешь… — утвердительно протянул он и коснулся другой рукой моей щеки.

Я закрыла глаза, задержав дыхание, ощущая, как его пальцы погладили меня, двинувшись вниз, и накрыли проклятые жабры.

Стон вырвался из груди.

— Тирр… — хрипло выдохнула я, резко распахнув глаза.

Вода вокруг сверкала, пронизанная изумрудными всполохами. А я больше не была собой.

Руки проникли в колдовские искрящиеся волосы, я притянула к себе эмира и поцеловала.

Голова кружилась, казалось, сердце вот-вот выломает грудь, а я сама вспыхну и сгорю, если горячие руки морского повелителя не сомкнутся за моей спиной и не вдавят в собственное тело. Если я не почувствую, как его язык входит в меня, соединяясь, соблазняя, сводя с ума и ломая все барьеры.

И я не сгорела, потому что все так и произошло.

Тиррес покрывал мое лицо поцелуями, долго и исступленно ласкал, вылизывая и ловя мое дыхание губами, пока меня не начало трясти изнутри от совсем других желаний. Гораздо более неприличных.

Но в этот момент эмир резко распахнул руки и почти оттолкнул меня, выплывая из цветка на два метра назад.

Он тяжело дышал, обычно светлая кожа лица стала темнее, его щеки пылали, глаза сверкали так ярко, что вокруг, казалось, потемнело.

— Ты должна все обдумать и сама принять решение, о том… что произойдет между нами, — отрывисто и низко проговорил он. Почти через силу. Мощные мышцы на его руках были напряжены, кисти сжаты. — А принимать решения под воздействием магии не стоит.

Я чуть не застонала от разочарования. И от желания поблагодарить его, потому что он был прав.

А ещё — от резкого контраста между эмиром и Красным дожем. Потому что уж Сициан-то