Астрид - хозяйка Рождества (СИ) - Лерн Анна

Так, нужно успокоиться и не искать знаки там, где их возможно и нет.

Я присела в кожаное кресло, из треснувшей спинки которого торчал конский волос, и задумчиво уставилась на корзинку и все, что в ней лежало. А ведь, скорее всего в этом времени еще нет рождественских украшений и всех тех прелестей, какими славился светлый праздник Рождества…

— А почему бы тебе не взяться за пошив игрушек? — вслух произнесла я и ощутила прилив энтузиазма. Я этим занималась всю жизнь, мне нравилось возиться с игрушками и любимое занятие вполне могло скрасить мои вечера. Можно начать с сундука со старыми нарядами и вырезав из них уцелевшие куски, заняться кройкой…

Настроение мое моментально поползло в гору и поставив корзинку на место, я покинула башенку с твердым намерением организовать себе приятный досуг. Главное подготовить ткани.

Тетушка Лонджина с изумлением выслушала меня, но все-таки достала из ящика огромные ножницы и предложила:

— Если вы так хотите заняться шитьем, я помогу. Пойдемте, ваше сиятельство.

Мы перетрясли сундук, выбрали самые крепкие платья, накидки, камзолы и сорочки, после чего тетушка Лонджина аккуратно вырезала из них ровные куски и сложила их в стопочку.

— Их нужно постирать и высушить на солнышке, чтобы избавиться от запаха плесени. А уж тогда займетесь остальным… И откуда такое желание рукодельничать? Что вы хотите шить из этого, ваше сиятельство?

— Увидишь, — загадочно ответила я, не желая пока раскрывать свои секреты. — Обещаю — тебе понравится.

— Ну, хорошо, — она весело пожала плечами. — Займите ручки, графинюшка, все веселее будет.

Мы уже собрались покинуть комнату, когда мой взгляд упал на колесо с огарками свечей и я спросила:

— Что это, тетушка Лонджина?

— А это, ваше сиятельство, раньше использовали вместо подсвечников, которые мы сейчас ставим в Адвент. Разве я не рассказывала вам эту историю?

— Нет, — я покачала головой, не особо понимая, что собой представляли подсвечники Адвента* и для чего были нужны. — Никогда.

— Один добрый человек по имени Иоганн, взял на воспитание нескольких детей из семей бедняков, — начала свой рассказ тетушка Лонджина. — И малыши, в ожидании праздника, постоянно спрашивали воспитателя, когда же наступит Рождество. Чтобы дети могли отсчитывать дни до праздника, он украсил деревянное колесо девятнадцатью малыми красными и четырьмя большими белыми свечами… Каждое утро малыши зажигали по одной маленькой свечке, к которым по воскресеньям добавлялась большая свеча. Дети очень полюбили этот обычай, и вскоре колесо превратилось в настоящий венок — его оплели можжевеловыми ветвями, красными и зелеными лентами, украсили шишками, а в середину ставили ангела с серебристыми крыльями.

— Какая красивая история, — я задумчиво закусила губу, вспоминая рождественские венки на дверях в наше время. — Мне очень нравится такой обычай.

— До Рождества еще далеко, — тетушка Лонджина направилась к дверям, засунув подмышку ворох ткани. — А стоит заговорить о нем и в душе светло делается… Дух его согревает…

Я шла за ней, краем уха слушая то, что она говорила тихим голосом и в моей голове уже плясали, водили хороводы и кружились выкройки гномов, оленей, елочек, снеговиков и остальных рождественских персонажей. Ими можно было украсить елку, ими можно было бы играть, их можно было сделать в форме подушечек… Только для этого нужны были хорошие ткани, ведь того, что удалось нам нарезать из старого тряпья, было ничтожно мало, да и его качество оставляло желать лучшего.

Весь оставшийся день я провела витая в своих идеях, и даже кое-что нарисовала, вооружившись гусиным пером. К этому занятию мне еще нужно было приловчиться и прежде чем у меня вышло нечто похожее на эскиз, я наставила огромных клякс и чуть не перевернула чернильницу. Возможно, стоило попробовать рисовать угольком? Это было бы намного удобнее и чище.

Ночью мне снились игрушки, венки, сияющие ели и ангел с серебристыми крыльями, а под утро почему-то привиделся нахальный герцог, повстречавшийся мне на рынке. Вот тебе-то что нужно? Сон улетучился, и сладко потянувшись, я села в кровати. Сегодня ужин у баронессы Андерсен… Еще то испытание. Мне пришло в голову, что на нем вполне могли быть люди, которые лично знали графиню и тогда придется тяжко. Но не прятаться же мне вечно в своем мрачном имении? Еще чего обзовут ведьмой и сожгут на костре…

Я передернула плечами, отгоняя нелепые мысли и поставила босые ноги на прохладный пол. Как бы оно ни было, мне нужно выглядеть очень достойно. Гардероб графини оказался довольно внушительным и все наряды были дорогими и шикарными, так что, мое появление на ужине должно произвести впечатление. А почему бы и нет?

____________

*Подсвечник Адвента— 4 свечи на подсвечнике или подставке. Первую свечу зажигают в первый адвент (4-ое воскресенье от Рождества), она должна сгореть в этот день на одну четверть. Потом во Второй Адвент зажигают первую и вторую свечи, в Третий — уже три, а в Четвертый Адвент (последнее воскресенье перед Рождеством) зажигают все 4 свечи, и получается, что первая — самая маленькая, четвертая — самая большая.

Глава 9

Ближе к вечеру погода совершенно испортилась — поднялся ветер и снова полил холодный дождь, с нарастающей силой барабаня по стеклам. Все собрались на теплой кухне и попивая чай, обсуждали мой визит к соседям.

— Ваше сиятельство, отдохните там хорошенько, — наставляла меня тетушка Лонджина, штопая свой передник. — Вы когда замужем были, совсем по гостям не ездили, только в деревню выбирались, а это разве развлечение?

— А кто-нибудь знает, по какой дороге туда ехать? — я обвела взглядом всех домочадцев. — Где их имение находится?

— Я знаю, не переживайте, ваше сиятельство, — ответил Нилс. — В свое время я часто проезжал мимо, когда направлялся в город и обратно. Имение не далеко отсюда.

Это было хорошо — долго трястись в карете по такой погоде не очень хотелось.

Антон что-то вырезал из дерева, сидя у очага и заглянув ему через плечо, я спросила:

— Что ты делаешь?

— Вот, — он показал мне деревяшку, начинавшую приобретать очертания медведя, и шепнул: — Я еще в детдоме резьбой по дереву занимался. Вспомнил, захотелось попробовать.

— Это замечательно! — у меня в голове промелькнула мысль, что это можно как-то использовать в купе с моими игрушками, но решила оставить все идеи на потом. — У тебя ловко получается.

— А то! — он гордо улыбнулся. — Помнят ручки…

За пару часов до поездки я приняла ванну и накинув халат, распахнула дверцы шкафа.

— Что посоветуешь? — поинтересовалась я у тетушки Лонджины и та задумчиво посмотрела сначала на платья, а потом на меня.

— Думаю, вот это подойдет, — женщина сняла платье и положила его на кровать. — На обычном ужине, будет очень уместно.

Но я ошиблась — это было не платье, а жакет и юбка из серого бархата с шелковой розовой подкладкой. Лиф приталенного жакета застегивался на мелкие, похожие на жемчуг пуговицы, а из его рукавов выглядывала рубашка из тонкого, плиссированного льна.

Тетушка Лонджина затянула на мне корсет и помогла одеться, ловко застегнув все пуговицы за полминуты. Она уложила мои волосы в аккуратную прическу, выпустила на спину длинные локоны и украсила серебряным гребнем. Из драгоценностей я надела жемчужный чокер* и такой же браслет.

— Очень элегантно! — тетушка Лонджина отошла от меня, чтобы полюбоваться со стороны, а потом достала из шкафа плащ и накинула мне на плечи. — Ваше сиятельство, вы прелестны!

— Спасибо тебе дорогая, — я посмотрела на свое отражение в большом зеркале и осталась довольна — ничего лишнего, но со вкусом, как и положено женщине моего положения. — Все, пора.

Нилс уже ждал меня, и быстренько сбежав со ступенек, я нырнула в спасительную сухость экипажа. Дождь пошел сильнее, и прохлада моментально пробралась под плащ, холодя влажным дыханием кожу на предплечьях. Что же меня ждет сегодня на этом ужине? Кто будет присутствовать там? Как себя вести, в конце концов?