Под другим небом (СИ) - Гринерс Эва

Я подумала и спросила:

— А он жив вообще еще?

Джастин пожал плечами, мол, надеюсь. И тут я задала вопрос по инерции, ответ на который мне было все равно, что услышать. Потому что в географии Англии я разбиралась не лучше…ну вы помните.

— А откуда ты туда приехал?

Джастин повернулся ко мне и ответил:

— Из 1938 года.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19

Я была удивлена? Да как сказать… Немного, наверное. Просто это было неожиданно. Но зато общая картинка обрела стройность и четкость. Джастин был слишком современен для этого мира и немного старомоден для моего изначального.

— Послушай, но ведь ты сказал, что воспитывался в школе при монастыре… — Джастин махнул рукой мне назад (он правил, сидя впереди)

— Дорогая, это всё правда. Просто на сто лет вперёд.

Просто… Сколько в наших с ним жизнях этого “просто”, которое для нормальных людей бред воспаленного воображения. Я решила задать еще один вопрос, который давал ответ на мой личный.

— Джастин, во сколько лет ты переместился?

Он усмехнулся, явно понимая о чем речь:

— Я был молод, но достаточно опытен, если ты об этом.

“Вот язва” — подумала я и тут мы подъехали к небольшому дому, который напоминал хоббитский. Сад был похож на сад Феломены — такой же ухоженный. А домик казался кукольным. Просто картинка. Я залюбовалась его пологой крышей, затянутой мхом, кругловатыми окошками и каменной дорожкой, ведущей к нему.

— Пойдем! — Джастин легко спрыгнул с повозки и протянул мне руку.

Я почувствовала легкий приступ паники.

— Может быть мне лучше подождать здесь? — пока я говорила эту короткую фразу, Джастин тянул меня по дорожке. Потом остановился и сказал, улыбаясь:

— Не волнуйся, мы у друзей.

Когда перед нами отворилась дверь, я захлопнула себе рот рукой, чтобы не заорать. Передо мной стояла…Феломена.

— Бог мой! Джастин! — Она кинулась его обнимать так горячо, что я начала соображать, что это не Феломена…

Ехидно улыбаясь, Джастин произнес, глядя на моё ошалелое лицо:

— Познакомься, Наташа, это Мэг — сестра-близняшка нашей дорогой Феломены.

На него мы обрушились вдвоём:

— Аспид ты несвятой!

— Ты думаешь это смешно?

— Злодей!

— Изверг!

После этого и крепких объятий Мэг, которая была по-видимому, страстной половиной своей сестры, мы вошли в дом.

Я огляделась — всё было каким-то маленьким и уютным. Скоро я поняла почему. Послышался скрип, вкатилась допотопная коляска с маленьким человечком. Потом я поняла, что маленьким было не всё, только ноги, а голова и грудь была нормальных размеров.

— Джастин! — сказал человек и покатился к этому демону, которого я сейчас прибить была готова.

Не предупредить меня ни о чем, вот зараза. Я выдвинулась вперёд:

— Здравствуйте!

В глазах, обращенных на меня светилось всё: ум, лукавство, понимание и сострадание.

— Здравствуйте, дорогая! Я Абрахам, приятно познакомиться. Сейчас будем ужинать… — он сказал это, а я вспомнила всех в этом мире. Боже, если ты есть, почему они все такие хорошие???

Сестра Феломены — я так и не поняла, как различать их внешне — накрыла на стол. Я заметила одно лишь отличие: Феломена была более сдержанной. А её сестра — трещеткой. После ужина нас без разговоров отправили спать, я была настолько измотана эмоциями, что даже не пыталась сопротивляться.

Утро началось далеко не так деликатно, как у Феломены. Сначала послышался стук и голос Джастина:

— Наташа, вставай!

Затем в комнату вошла Мэг, принесла кувшин воды и сказала, что завтрак через 14 минут. Я подскочила, а она от чего-то залюбовалась мной:

— Ну и хороша же ты, девушка, — я зарделась, но мне было приятно. Она вышла, а я подошла к зеркалу. Удивительно, но прожитые десятки жизней совершенно не отражались на моей внешности. Попалась бы в руки еретикам — сожгли бы к чертовой матери. Кстати, один раз почти так и было. Я быстро умылась, стянула волосы в тугой узел и спустилась вниз по узенькой каменной лестнице.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Видимо, Джастин подготовил всю нужную информацию заранее. Абрахам коротко кивнул и улыбнулся мне какой-то печальной улыбкой. У меня засвербило от вопросов, но я решила сдержаться. Будет нужно — мне объяснят.

Джастин сказал:

— Предлагаю все обсудить после завтрака. — голос у него был какой-то надломленый. Что же будет, Господи…

Мэг тоже держалась немного притихше. Мы позавтракали почти в тишине. От волнения я не замечала, что ела. Медовые лепёшки, кажется, яйца, еще что-то. Глотала всё на автомате.

После того, как Мэг убрала со стола, Абрахам откашлялся и произнёс:

— Наташа, вас можно переместить обратно.

Джастин стоял спиной ко мне, смотрел он в окно. Абрахам, тем временем, продолжал:

— Никто при этом не пострадает, но существует одно обстоятельство.

Я смотрела не на него, а на Джастина. При этих словах он шевельнул плечами.

Снова послышался голос Абрахама:

— Если это сделать со всеми необходимыми защитами, то вас все забудут здесь, Наташа. Того времени, что вы пробыли здесь, просто не будет. Мы проживем его заново.

Я всё еще смотрела в спину Джастину. Он не поворачивался. И теперь я понимала, почему.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20

Постепенно до меня доходил смысл слов Абрахама. Я поймала себя на мысли, что до конца никогда не верила, что мы с Джастином расстанемся. Я не облекала свою тайную надежду в какие-то конкретные формы, но в глубине души, наверное, думала, что Джастин что-нибудь придумает. Что может я вернулась бы сюда с Лисой к нему. Мотаются же некоторые мерзавцы куда и когда захотят. А теперь, даже если и существует такая возможность — я даже не умру для него. Меня никогда не будет для него. Жесточайшая паническая атака накатывала на меня волнами. Я посмотрела на свои руки — они дрожали.

Мэг подошла тихонько, погладила меня по спине, а затем поставила передо мной чашку с чаем. Машинально сделав глоток, я поняла, что она влила в него какой-то крепкий алкоголь. Посмотрев на нее с благодарностью, я сделала еще несколько глотков и почувствовала, что спазм отпускает. Абрахам откашлялся и сказал, как ему жаль. А я все смотрела на Джастина. Наконец, он повернулся к нам лицом.

— Спасибо, Абрахам. Значит, осталось только дождаться дня летнего солнцестояния. Наташа, если мы хотим быть дома вовремя, нам нужно собираться.

Его голос был совершенно ровен и спокоен. Для него это ничего не значило?..Только для меня? Ну конечно, он будет жить в счастливом неведении, что жил со мной, что любил…

Я молча кивнула головой на его слова и пошла взять свои вещи. Не знаю, что именно меня так расстроило и шокировало. Сейчас я отчаянно ругала себя за то, что впустила всех этих людей в своё сердце.

— Ты не хочешь поговорить? — Джастин нарушил затянувшееся молчание. Мы были в дороге уже несколько часов, в течении которых я не произнесла ни слова.

— Наташа, если ты думаешь, что мне все равно — это не так. Я хотел бы помнить тебя всегда. А еще больше — остаться с тобой навсегда. — мои глаза наполнились слезами и я открыв рот, стала глубоко дышать, чтобы не дать им пролиться. Джастин продолжал говорить:

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Дал волю своим чувствам? Чем это поможет? Да не молчи ты! — и он, натянув поводья, повысил голос, практически сорвавшись на крик.

— Прости меня, — я сделала короткую паузу, — я веду себя как законченная эгоистка, вроде бы мне обидно, что страдать и скучать буду только я. Но дело не только в этом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Джастин смотрел на меня внимательно. Ждал.

— Я думала, что смогу вернуться к тебе… — еле слышно ответила я. Его лицо смягчилось, он слез со своего места, сел рядом со мной и охватил мою голову, прижав к себе. Я вдыхала его запах, и вскоре перестала сдерживать слёзы.