По воле короля (СИ) - Леви Кира

— Не позволю. Ни вам, ни ему.

Вульфрик с трудом не отступил, когда синие глаза ведьмы полыхнули чёрным огнём, а волосы на голове зашевелились змеями, зловеще потрескивая. Наваждение длилось несколько секунд, чтобы присутствующие прочувствовали силу, и схлынуло, оставляя только оболочку необыкновенно красивой молодой женщины с мягкой улыбкой.

Король завороженно смотрел на Ведану, не в силах оторвать взгляд. Сейчас огромные синие глаза казались бездонным морем нежности и очарования. Тонкие черты лица, розовые губы, узкие стрелки черных бровей — всё привлекало. А прическа поражала своей необычностью: коротко выстриженные виски с символами жизни и смерти, справа и слева соответственно, и копна чёрных блестящих волос, свободным водопадом спадающая до поясницы. Простое целомудренное платье под горло облегало соблазнительную грудь и струилось вниз, очерчивая силуэт. Дорожный припыленный плащ был небрежно накинут на одно плечо и крепился у ворота фибулой в виде скрутившейся серебряной змеи.

— Тётя, позволь представить тебе моего супруга, милорда Эрика Гренстона, — как через вату услышал король и тяжело сглотнул, с трудом отрывая взгляд от женщины, краше которой он не видел, и посмотрел на брата. Эрик в отличие от короля спокойно рассматривал ведьму. Её красота его не тронула. — Милорд, это леди Ведана.

— Рад познакомиться с леди, — коротко кивнул герцог. — Приглашаю Вас на наш первый совместный завтрак, — вежливо предложил он, и Ведана, очаровательно улыбнувшись, согласилась, до поры сдерживая в себе чувства. Ей было, что сказать этому мужчине. Свою девочку она будет защищать!

Глава 10. Советы ведьмы

Завтрак для Лиссандры прошёл на одном дыхании. Всё было нипочём. Она с нетерпением посматривала на Ведану, мечтая быстрее оказаться рядом. В груди распирало от необходимости выговориться. Нет, Лиссандра не собиралась жаловаться ни на отца, ни на мачеху, ни на короля Вульфрика. Ей хотелось рассказать о первой совместной ночи с супругом. А ещё спросить совета. Девушка не понимала, как ей вести себя в роли супруги герцога Гренстона после всего случившегося.

И мечта Лиссы сбылась. Когда гости насытились, король Вульфрик позвал герцогов Наурийского и Гренстона в кабинет для обсуждения неотложных дел. Король Вульфрик так же, как и герцог Гренстон, через два дня отбывал в Вайтэрд, отводя за собой своё войско. Дело было к осени. Серп — последний месяц жаркой поры. А там не за горой и зима, которая в более северном королевстве наступала быстрее, чем здесь, в Срединных землях, и была суровее. Нужно было много всего успеть, пока землю не скуёт морозом и не выпадет снег.

Ведана подхватила Лиссандру под руку и вышла из зала одной из первых.

Женщина попросила Лиссандру подождать её в своих покоях, а сама отправилась к бывшей королеве. Искать сестру долго не пришлось. Та сычом сидела у себя в покоях. Ведана с порога ощутила, насколько Гертруда взбешена и зла, её словно горячей волной окатило этими неприятными эмоциями. Но ведьма лишь зловеще ухмыльнулась и не отступила, стремительно подходя к старшей сестре. Гертруда дёрнулась в сторону. Желание бежать от сильной ведьмы вспыхнуло в мыслях, но прежде чем она успела хоть что-то сделать, та крепко обняла сестру за плечи и, скользнув правой рукой, положила ладонь сзади на шею, жестко сжимая до боли, как шелудивого пса за загривок.

— Я предупреждала тебя, чтобы ты не трогала Лиссандру?

Ведана от злости шипела змеёй.

Стоило ей появиться на территории замка, как она тут же услышала о нелицеприятном поведении Гертруды по отношению к падчерице. Местные сплетники смаковали то, что бывшую королеву с позором выгнали со свадьбы принцессы Лиссандры. И её супругу пришлось покориться воле Беспощадного и не пустить жену на пир! 

— За что ты с ней так? За призрак её матери, который всё ещё стоит между твоим супругом и тобой? Так Лиссандра не Амелия. Или может, ты завидуешь ей?

Гертруда дёрнулась из крепкого захвата сестры и не преуспела. Прическа Веданы снова превратилась в змей, и они тревожно шелестели, поднимая головы на гибких телах. Самые дерзкие подползли в щеке Гертруды и ощупывали её мерзкими раздвоенными язычками.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Женщина чуть ли не визжала от дикого ужаса и, не выдержав пытки, быстро заговорила:

— За то, что я лишилась трона, и Якоб никогда не станет королём! Твой, между прочим, племянник! А он ближе тебе по крови, чем та девчонка.

— Не будь дурой, — резко осадила её Ведана. — Король Вульфрик никогда бы не оставил трон за Аугусто. И радуйся, что твоя дочь станет супругой короля Харольда по взаимной симпатии и взойдёт на трон Вайтэрда. А не светит задранным подолом перед войском Завоевателя. Вместо того, чтобы наживать врага в лице герцога Гренстона, лучше бы занялась сборами дочери. Ты не Лиссандру позорила в Храме, а герцога Гренстона.

— Ты всё также груба! — недовольно надула губы старшая сестра.

— Я прилежная ученица, — кокетливо улыбнулась Ведана. — Мой образец для подражания прямо передо мной.

— Почему ты приехала сейчас? — с досадой произнесла Гертруда. — Сидела бы в той глуши, куда тебя занесло.

— И как я могла пропустить всё веселье? Одна моя горячо любимая племянница утрёт нос самому Беспощадному, а вторая выходит замуж за Завоевателя и вынесет ему мозг! Наказания лучше не придумаешь. Это нужно видеть собственными глазами. Так что я собираюсь отправиться в путь вместе с нашими девочками.

— Ты поможешь Альгии на новом месте?

— Нет, моя дорогая, я помогу той, которой действительно нужна поддержка. А моё присутствие подле Альгии только помешает. Ты же не хочешь, чтобы её будущий молодой супруг искал со мной встреч?

— Ведьма! — бросила старшая сестра в сердцах. — Он что, видит тебя прекрасной девой? Без всех этих твоих мерзких личин?

— Да, — Ведана отпустила сестру и отошла, присаживаясь на кресло. Она не планировала надолго здесь задерживаться, но хотелось подрубить крылья заносчивой старшей сестрёнке. А то земли под ногами не чувствует!

— Кобель! — вспылила Гертруда и картинно ухватилась за сердце. — Бедная моя малютка! Значит, он её совсем не любит. Позарился на молодость и красоту моего цветочка!

— С чего ему её любить? Они знакомы всего ничего и перекинулись парой слов. Или я чего-то не знаю?

— Пф, мою детку нужно любить просто так. Только за то, что она прекрасна, как утренняя заря, нежна, как капля росы…

— Труди, оставь этот поэтический бред для менестрелей. Если ты хочешь счастья для Альгии, то объясни ей, что счастье в семье — это результат труда. В идеале, двоих. Опусти её с небес и расскажи без прикрас, что может случиться так, что супруг не будет петь ей серенады под окном, носить на руках и вообще может забыть о её существовании, если на горизонте появится важное с его мужской точки зрения дело или новая сердечная привязанность. И не все прихоти могут исполняться. Не забудь объяснить, что с приобретением титула королевы появляются и обязанности перед теми, кто принесёт ей присягу, и ответственность за свои дела и поступки.

— Я верю в свою дочь! — вспыхнула женщина, глядя на сестру с непомерным довольством. — Я лично воспитывала её, как будущую королеву!

Ведана кивнула, принимая ответ. Что ж, она дала совет, а воспользуется им сестра или нет — её право. Что сестра понимала под личным воспитанием, это она тоже знала — взращивание тщеславия, умения злословить, чванливость. По крайней мере благодаря им не так-то и легко будет уязвить молодую королеву при новом дворе. Но что касаемо заслуживания уважения будущих придворных, то тут у Веданы, в отличие от слепо любящей своё чадо Гертруды, не было никаких иллюзий. Ещё и король Харольд, сам того не зная, дал ответ на закономерный вопрос: есть ли у него чувства к Альгии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ведьма качнула головой, как будто бы соглашаясь с сестрой. Она услышала достаточно, чтобы понять — на этом разговор себя исчерпал. Что-либо ещё говорить бесполезно.