Страж. Часть 1 (СИ) - Зеа Рэй Даниэль

– Уши, глаза, кожа, – быстро перечислил он.

– Остроконечные уши, искрящиеся глаза и бледная кожа, – кивнула Тильда. – Первые два атрибута задействованы во втором эпизоде. А третий – во всех четырех. Смерть от кровопотери предполагает, что трупы женщин были обескровлены, когда их обнаружили. То есть они были неестественно бледными. Идем дальше: все жертвы одеты в платья. Это может быть отсылка к их половой принадлежности. Но на первой жертве дорогой вечерний наряд, на второй – коктейльное платье именитого бренда. На жертвах из клана Норама – обычные недорогие ситцевые платья. Это градация по социальному статусу.

– Намек, что клан Норама не настолько состоятелен, как Сообщество? – предположил Мортон.

– Это намек на социальное неравенство! – повысила тон Тильда. – Господи, Мортон, что ты делал на лекциях по криминальной психологии?

– Спал, – буркнул он.

– Удивляюсь, как тебя из Академии не выперли!

– Связи помогли, – улыбнулся в ответ Мортон.

Тильда закатила глаза.

– У первой жертвы снят скальп, – начала разжевывать она. – Ее убили тем, что постоянно измывались над ее раной на голове, выпуская из тела кровь. Это – ее смертельный венец. И она в самом дорогом наряде, сидит на красивом деревянном стуле с высокой спинкой, как на троне. Кто она такая, Мортон? Если ты даже сейчас же не врубишься, я проедусь тебе по лицу и назову «тупым идиотом!»

– Принцесса? – ответил Мортон.

– Мортон, она сидит перед окном и в ее желудке пригоршня антидепрессантов!!! Вспоминай, кто страдал депрессией и совершил самоубийство, выбросившись в окно?

– Королева, – прошептал Мортон.

– Аллилуйя! – Тильда вскинула руку с тростью и едва не задела плечо Мортона. – Теперь более сложный вопрос для твоего тугого интеллекта! Кто вторая жертва? – Тильда вперила в него негодующий взгляд.

– Наряд попроще, но тоже дорогой, – начал рассуждать Мортон. – Атрибуты мьеров: ухо и глаз. У высокорожденных мьеров кончики ушей более длинные и острые, чем у низкорожденных. И глаза светлых тонов. Жертва – высокорожденная мьерка со светло-синими глазами. Рот зашит, значит она либо слишком много говорит, либо о многом молчит. И сидит на красивом стуле с высокой спинкой…

– И-и-и? – Тильда оперлась на трость и чуть наклонилась вперед, заглядывая Мортону в лицо.

– Принцесса Эйлин? – скривился Мортон.

– Да это триумф твоего интеллекта!!! – выпалила Тильда. – Продолжай размышлять, пока мозги включились и работают!

– Третья жертва – низкорожденная мьерка. Живот порезан, выпущен кишечник. Стул, на котором сидит, попроще, но тоже недешевый. Она связана с королевской семьей, но она низкорожденная. И живот порезан…

– Родила Наследника Трона, – устало прошептала Тильда.

Мортон шарахнулся в сторону и взглянул на дверь.

– Господи, да это же Лой!

– Не верещи, как баба, – Тильда поморщилась. – Уверена, что Далий давно все понял и приказал усилить охрану членов королевской семьи.

– А если нет? – Мортон обернулся к ней. – Думаешь, все такие умные, как ты? Открыла дело, взглядом пробежала и ответы посыпались на голову, – он помахал перед ее лицом руками, – как конфетти?

– С каким средним баллом ты закончил Академию? – Тильда натянула на лицо нахальную улыбку и вздернула подбородок.

– Не твое дело, – прошипел Мортон.

– А я с отличием! Пока ты спал на лекциях и мьерок в ночных клубах тискал, я училась! И потому сейчас, взглянув на эти дела, я вижу схему, а ты с надеждой смотришь на Далия, который и трети правды тебе никогда не расскажет!

– Зачем ему утаивать что-то от меня?

– Потому что он страж, Мортон! – Тильда «топнула» тростью по полу. – А ты представитель клана. Фред Баро с Далия шкуру спустит, если тот хоть слово лишнее тебе скажет! Эти убийства – прямая угроза членам королевской семьи. Уверена, что сейчас Фреди-Бубенцы писает в штанишки и трясущимися руками набирает на клавиатуре доклад Королю о ходе расследования. Лой Нораму есть, кому защитить! Она – Принцесса Сообщества и под постоянным наблюдением стражей. Ты лучше о четвертой жертве подумай. Кто она такая? И почему ей укололи героин?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Я должен немедленно поговорить с Дамьеном, – Мортон направился к двери.

– Кто четвертая жертва, Мортон?! – прокричала Тильда.

Он остановился и обернулся к ней.

– Ты все-таки не знаешь… – сделал вывод Мортон, глядя на ее перекошенное лицо.

– Кормилица! – Тильда вновь «топнула» тростью. – Отрезанная грудь в руках, как будто предлагает ее миру! Но почему жертва из клана Норама, если кормилица Райлиха и Эйлин – высокорожденная мьерка?

– Извини, но я немедленно должен поговорить с Дамьеном, – Мортон бросил на софу телефон Тильды и покинул кабинет.

Тильда выдохнула, забрала телефон и повернулась к столу, на котором остались папки с материалами дел.

– Мортон, да ты действительно непреодолимо туп…

Глава 5. Смотри, не вляпайся!

Ровно в два часа Эйлин со своей помощницей сидели в конференц-зале офиса Линей Прата. Клиент и его адвокат задерживались, о чем их известила секретарь.

– Неслыханная наглость, – шипела Эйлин. – Ждем пятнадцать минут и уходим.

Помощница кивнула.

Ровно в четырнадцать минут третьего в конференц-зал вошли Линей Прат и его клиент. Они извинились за опоздание и уселись за огромный стол напротив Эйлин и ее помощницы.

– Еще одна минута, и встречу пришлось бы перенести, – произнесла Эйлин.

– Мы хорошо знакомы с правилами королевского этикета, – ответил Прат. – И приносим свои глубочайшие извинения.

– Давайте приступим, – Эйлин открыла папку с документами и взяла в руки ручку.

– Мой Клиент, Теренс Кит, требует пересмотра дела об отчуждении имущества Андреа Дебуа, изгнанного из Сообщества два года назад. На основании выявленной родственной связи, он хочет вступить в права наследования этим имуществом.

– Я читала документы. Пересказывать ненужно, – отрезала Эйлин и взглянула на Теренса Кита.

Молодой мьер восемнадцати лет отроду сидел, сгорбившись на стуле. На нем был дорогой мужской костюм-тройка и галстук, завязанный рукой профессионала. На зарплату помощника дезинсектора такие не купить. Он был похож на ряженого, которого облачили в дорогие одежды и заставили играть чью-то роль. Когда Теренс присел в кресло, он не расстегнул пуговицы пиджака, из чего Эйлин сделала вывод: либо Теренс не знает, что их нужно расстегивать, когда присаживаешься, либо парень слишком волнуется и просто об этом забыл. На какое-то мгновение Эйлин даже стало его жаль. Согласно данным, которые собрала ее помощница, Теренс проживал вместе со своей матерью в небольшой квартире на окраине Лондона. Мать работала официанткой в баре, принадлежащем семье Югал, пока семь месяцев назад не скончалась от передозировки. На момент смерти мьерке было всего тридцать семь лет, что означало, что сына она родила в девятнадцать. Замужем мьерка никогда не была, и о том, кто отец ребенка, никому не распространялась. После смерти этой женщины внезапно выяснилось, что она оставила завещание, в котором попросила сына найти своего отца – Андреа Дебуа, осужденного за нарушение мирного соглашения с «Кольдом», помилованного от смертной казни самим «Кольдом» и изгнанного из Сообщества около двух лет назад. Коллекционер предметов искусства Андреа Дебуа прокололся на покупке картины, представляющей культурную ценность для людей. Согласно статье 237 мирного договора между мьерами и «Кольдом», мьеры не имеют права владеть культурными ценностями людей, точно так же, как и люди не имеют права покупать культурные ценности мьеров. Вот такая сегрегация, которой Андреа Дебуа решил пренебречь. Судьба самого Андреа Эйлин была неизвестна: ушедшие в изгнание мьеры предаются тому же забвению, что и мертвые. Но за внезапно объявившегося наследника тут же вцепились заботливые адвокаты, желавшие урвать свой куш. Если бы Теренс заявил свои права на имущество Андреа Дебуа в течение полугода после вступления в силу обвинительного приговора его отца – проблем с деньгами у парня бы не было. Но срок давности подачи заявления истек, и по закону он теперь должен был отстаивать свои права в суде. Безусловно, этот процесс он бы выиграл, если бы не одно «но»: парень не член Сообщества. Здесь в силу вступают другие законы. Не член Сообщества не может претендовать на наследование имущества члена Сообщества. За некоторыми исключениями, этот закон работал в одну сторону: защищал имущество членов сообщества от всех остальных. На основании этого закона Эйлин и собиралась оставить Теренса Кита с носом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})