Высшая для Демонов. Узы Тьмы - Анастасия Максименко

и копейки матери. Оставил меня подыхать! А я наследник! Я должен был стать повелителем Домена, я первый!

— Нет, — покачал головой Даран, даже и бровью не повел на вспышку ярости опасного демона. — Ты не наследник. Наследником может стать только тот, кто родился в браке. Ты бастард. Чем ты слушаешь? — возмутился Дар, прищурившись.

Я даже прыснула истеричным смешком от такого праведного возмущения.

— А мать мальчика быстро спустила все состояние.

— Заткнись! Моя мать любила меня и пахала как проклятая до самой смерти! — рычал мужчина, яростно молотя кулаками по стенке барьера. И я в который раз порадовалась, что он такой сильный. Барьер.

— Ви, — устало закатил глаза Темный, обращаясь ко мне. — Ты можешь сделать так, чтобы он, наконец, закрыл свой рот, а?

Покосившись на Темного, кивнула и пожелала, чтобы голос Арана отнялся. Миг и демон, подавившись воздухом, замолчал.

— Напомни мне никогда с тобой не связываться, — пробормотал Темный, поглядывая на беззвучно визжавшего старшего Флагмера. — Особенно не злить.

От моего красноречивого взгляда, воздухом уже подавился Темный и, откашлявшись, продолжил:

— В общем, чтобы побыстрей закончить всю эту вакханалию, быстро дорасскажу. Мальчик рос, подпитываемый от матери ненавистью к своему отцу и всему роду Флагмеров, которая всю его жизнь лила в его уши какой подлец его папенька и как надо его наказать. Отняв самое дорогое.

— Маму, — прошептал Аданари. В его глазах взметнулся огонь ярости и жажды убийства.

— Да…

— Я его убью, — снова зарычал Аданари, кинувшись к барьеру.

— … развивал магию, которая хоть и не легко ему давалась, но он смог развить свой резерв и все равно оказался слабее своих братьев. Ну и строил план мести. Мда-а. Никто не слушает, — сокрушенно пробормотал Темный.

— Обязательно, убьешь, — перехватил короля Рейденир. — Мы сделаем это вместе. Но ты понимаешь, Аданари, что это значит? Не иномиряне убили нашу мать. Не они.

Аданари замер и, пустым взглядом взглянув на меня, медленно кивнул.

— Ничего нового, — пробормотал молчавший до этого Император Эришар. — До чего банально. Жажда власти и денег, заставляет существ просто сходить с ума. А тут еще и мнимое предательство отца.

Эришар подошел к барьеру и опустился на корточки, негромко сказал:

— Твой отец не предавал тебя, мальчик. Он приходил тебя повидать в день уходящей недели. Но твоя матушка не разрешала ему подходить к тебе. И он с гордостью смотрел на тебя издалека, в тайне мечтая, когда-нибудь познакомить тебя с младшими братьями. Ты можешь не верить, но я видящий. Мой дар — прорицание.

Ритуальная комната после проникновенных слов повелителя нагов погрузилась в мрачную, давящую тишину.

Мне стало тошно. Вот как бывает. Одна давняя ошибка, одной женщины и даже мужчины, привела к череде смертей и предательству огромного количества существ. Невинных существ.

— Что вы будете с ним делать? — тихо спросила, обращаясь к подавленному Аданари.

Он молча помотал головой и, отвернувшись от старшего брата, медленно побрел к телу племянницы, опускаясь перед ней на колени.

А мне в голову пришла одна идея… Но я не знала, как моя некромагия откликнется, и что из этого выйдет, но, тем не менее, выпутавшись из объятий Айданира, подошла к беззвучно рыдающему правителю Домена, положила свою ладошку на его плечо, несильно сжав. И нет, его слезы меня не смутили. Вздор, что мужчины не плачут. Плачут. Но не так эмоционально, как женщины.

Вздохнув, негромко произнесла:

— Я могу помочь вам проститься с ней. По крайней мере, попробовать помочь.

— Как? Моя девочка мертва, — откликнулся он дрогнувшим голосом. — Я столько не успел ей сказать. Это моя вина, что она стала такой.

Сглотнув, прошептала:

— Вы не можете себя винить. Это не ваша вина. Но сейчас я не буду говорить вам то, что вы все равно не услышите. Один из моих даров некромагия. Я могу помочь.

— Нет! — воскликнул он, с такой злостью взглянув на меня, что я даже отшатнулась. — Нет! Ты не посмеешь. Я не хочу, чтобы она стала…

Он не договорил. Но я и так поняла. Тот некромаг лютовавший несколько столетий назад в мире Домена.

— Будь, по-вашему, у вас есть время подумать до завтра, — похлопав его по плечу, отошла к своим демонам, молча обнимая закаменевшего Рейденира.

— Что будет дальше?

— Жизнь, милая, — одеревеневшим голосом произнес он. — Жизнь.

* * *

Эту ночь я снова провела вместе со своими демонами. Мы не занимались любовью, просто тихо лежали, согревая друг друга своими прикосновениями и теплотой тел.

Мне хотелось ласки от своих мужей, но я не могла себе позволить этого. После всего произошедшего как-то мерзко было на душе. Мерзко и больно.

Но на утро я проснулась именно от них. От горячих, жарких ласк своих мужей от их голодных поцелуев и быстрых, мощных толчков, вся моя вчерашняя боль и усталость куда-то испарились.

Они все трое залили мое лоно горячим семенем, даже мой Айданир смог это сделать. И я подумала, что это подходящий момент. Ритуальная фраза сама сорвалась с губ, запуская механизм оплодотворения высших.

А чуть позже нас навестил хоть и подавленный, но уже более адекватный король Домена и, отведя меня в сторону, смущаясь, попросил помочь проститься с Эмилией.

Да, видеть этого демона смущенным, то еще зрелище, но я не думая согласилась. И уже в могильне императорской семьи, куда перенесли тело Эмилии, обложившись фолиантами по некромагии, довольно неплохо провела поднятие души. Не тела. Это я посчитала кощунством, а именно души.

А затем тихонько ушла, потому что видеть рыдающих племянницу и ее Амира, было для меня слишком тяжелым и интимным. После к ним присоединился и Рейденир. И целый час под дверью усыпальницы, я стойко ждала, пока властные, но такие мирские демоны, попрощаются с дорогим им существом, дабы я смогла навеки упокоить бедную малышку.

Надеюсь, где-то там ей повезет больше, чем на Домена.

Вечером того же дня, я магией слова забрала все магические источники Арана, и Аданари, не прощаясь, с телом Эмилии отбыл в мир демонов. А мы еще ненадолго решили остаться в Нагшироне.

Это были те самые дни наедине со своими любимыми мужчинами, которые я пообещала мужьям.

И не смотря на все, через что я успела пройти, я была счастлива. Ведь, в конце концов, обрела своих