Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы (СИ) - Диана Фурсова
— За Тима?
Марфа дёрнулась.
Тим стоял в дверях кухни, не прячась. Его взгляд был прикован к светящейся ладони за стеклом. Вера вдруг поняла: этот мальчик не просто боится меток. Он знает цену молчанию вокруг них.
— Марфа, — сказала Вера уже мягче, — если дом действительно когда-то защищал таких, как она, он должен сам выбрать. Но я не стану испытывать его, оставив ребёнка за окном.
Ключница тихо выругалась, подошла к окну и сняла задвижку.
Рама открылась с трудом. Снег ворвался в кухню, несколько свечей погасли, Лисса прикрыла детей. Вера наклонилась и протянула руки.
— Давай.
Девочка колебалась лишь мгновение. Потом ухватилась за подоконник, попыталась подтянуться, но силы явно кончились. Вера подхватила её под мышки, Ран помог с другой стороны, и ребёнка буквально втащили в кухню.
Она оказалась легче, чем казалась. Почти невесомая. Вера поставила её на пол, сняла с плеч свой платок и укутала девочку, не касаясь светящейся метки.
— Как тебя зовут?
Девочка смотрела на неё огромными серыми глазами.
— Мира.
— Одна?
Мира кивнула, потом тут же покачала головой.
— Была с тёткой Нессой. Она сказала бежать к старому дому, если они придут. Сказала, тут раньше не отдавали.
Слова ударили по кухне сильнее любого крика.
Марфа отвернулась к окну.
Балдор произнёс с ледяной яростью:
— Её надо немедленно вывести.
Мира вжалась в Веру.
Не обняла, не спряталась за юбку — просто стала ближе, как к единственной стене между собой и теми, кто шёл с факелами.
Вера почувствовала, как тонкое плечо дрожит под её ладонью. И вдруг злость стала совсем другой. Не горячей, как раньше, а холодной, точной. Такой злостью можно было не кричать, а строить стены.
— Никто её не выведет.
— Это прямое нарушение северного уложения, — сказала Варна.
— Покажите мне уложение.
— Оно хранится в архиве рода Рейнаров.
— Удобно.
Балдор рванулся к двери.
— Тогда я сам приведу тех, кто имеет право.
Ключи в руке Веры звякнули.
Главная дверь холла захлопнулась.
Глухо.
Так, будто дом поставил печать.
Балдор остановился.
— Откройте.
Вера даже не шелохнулась.
— Я не закрывала.
— Марфа!
Ключница медленно подняла бровь.
— А я тем более.
Снаружи раздались голоса. Мужские. Грубые. Факелы уже двигались не за окном, а вдоль стены к главному входу. Через несколько ударов сердца в дверь постучали — не просьбой, как путники, а требованием.
— Открыть именем старосты Нижних Сосен и печати герцога Рейнара!
Лисса ахнула.
— Староста Гарт.
Ран выругался под нос.
Вера посмотрела на них.
— Он ваш староста?
— Наш, — ответила Лисса. — Но не наш человек.
— Что это значит?
— Смотрит всегда туда, где сильнее кошель.
Балдор резко повернулся.
— Довольно деревенских сплетен!
— А вы не деревенский, Крейн? — неожиданно спросила старая Майра у огня. — Или меховой воротник уже сделал вас столичным?
В кухне кто-то нервно фыркнул. Напряжение на миг треснуло, но тут же вернулось, когда снаружи снова ударили в дверь.
— Открыть!
Вера посмотрела на Миру.
— Они за тобой?
Девочка кивнула.
— Почему?
— Метка проснулась утром. Я не хотела. Честно. Я просто несла воду, а на ручье лёд сам разошёлся. Староста увидел. Сказал, я испорчу деревню. Потом пришли люди с серыми повязками. Сказали, по приказу герцога всех отмеченных надо везти к северному двору.
Вера быстро отмечала детали. Утром. Ручей. Лёд разошёлся. Серые повязки. «По приказу герцога». В этом мире имя Каэля явно было удобным ключом к любым дверям, даже если сам он не стоял рядом.
— Ты знаешь этих людей?
— Старосту знаю. Других нет.
— Они люди герцога? Ты видела печать?
Мира испуганно заморгала.
— Я букв не знаю.
— Не страшно.
Вера поднялась.
— Тим, найди сухие чулки или что-нибудь для ног Миры. Марфа, посадите её ближе к очагу, но не вплотную. Лисса, можно вашим детям сесть рядом с ней? Ей будет спокойнее.
Лисса посмотрела на метку. Страх в её глазах был. Но она быстро посмотрела на свою младшую дочь, которая ещё недавно спрашивала, съест ли их дом, и кивнула.
— Иди, Мира. Садись с нами.
Мира не пошла.
Она держалась за Верин рукав.
— Вы меня не отдадите?
Вопрос был простой. Слишком простой для мира, который любил прятать жестокость за словами «уложение», «порядок» и «родовая безопасность».
Вера присела перед ней.
— Я не отдам тебя людям, которые пришли ночью с факелами и даже не объяснили, кто они. Но ты тоже должна говорить мне правду. Всю, какую знаешь. Договорились?
Мира кивнула.
— Договорились.
Вера не обняла её. Не стала изображать мгновенную близость. Просто сняла с себя второй край платка, укрыла девочке плечи плотнее и передала её Лиссе. Это было правильнее. Ребёнку сейчас нужна была не герцогиня с чужим лицом, а тёплая лавка, другие дети и миска с едой.
— Теперь дверь, — сказала Вера.
Балдор попытался улыбнуться.
— Наконец-то разум.
— Не радуйтесь раньше времени.
Они вышли в холл: Вера, Марфа, Орсен, Ран и Балдор, которого дом всё ещё не выпускал. Варна пошла следом, прижимая папку к груди как щит. Через щель под дверью дрожал свет факелов. Снаружи стояли не меньше пяти человек.
Вера остановилась на расстоянии шага от двери.
— Кто требует входа?
— Староста Гарт из Нижних Сосен, — ответил голос. — Со мной люди, направленные по распоряжению управляющего Крейна для обеспечения порядка.
Вера медленно повернула голову к Балдору.
Тот побледнел, но быстро взял себя в руки.
— Я действовал в пределах полномочий.
— До того, как вернулись в дом?
— Разумеется. Сообщение о метке поступило днём.
— И вместо того чтобы привезти припасы, вы поехали за ребёнком?
— Я поехал за угрозой.
Вера посмотрела на дверь.
— Управляющий Крейн находится внутри. Порядок в доме обеспечен.
За дверью возникла пауза.
Потом другой голос, грубый и властный:
— Госпожа, с уважением к вашему титулу, девочка принадлежит северному уложению. Отдайте её, и мы уйдём.
Вера чуть усмехнулась.
— Как много людей сегодня пытается объяснить мне, кому кто принадлежит.
— Не делайте глупостей, миледи. Дом Морвейнов не место для отмеченных.
Марфа рядом едва слышно вдохнула.
Вера уловила это.
— Почему?
— Потому что этот дом уже погубил достаточно таких, как она.
— А вы уверены, что дом губил? Может, губили те, кто забирал
