Тайна опозоренной жены - Кария Гросс

поздравляю с предательством. Я не хочу быть осмеянным по вашей вине. С наилучшими пожеланиями, пока еще ваш супруг.

Повисла пауза.

— Вот урод! — сделал выводы Адриан.

— Не пристало герцогу так ругаться! — послышалось покашливание слуги.

— Нет, ну ты же слышал! — произнес Адриан.

— Разумеется, слышал! — послышался голос в ответ.

— И? — выжидательно протянул Адриан.

— Вот… эм… урод, — согласился слуга. — Но герцогу не пристало говорить такие вещи. А я что? Я — всего лишь дворецкий герцога. Мне можно.

— Брось его в камин, просто дворецкий, — заметил Адриан. — Чтобы моя светлость не пачкала об него руки.

— Как скажете, — послышался ответ. — Вы ничего не скажете его супруге? Или вы надеетесь, что они все-таки помирятся…

— Я ни на что не надеюсь. Будь я на месте его супруги, я бы помирился с ним только для того, чтобы поплакать на его скорых и внезапных похоронах, — заметил Адриан. — Но мне это не выгодно. Потому что королем придется становиться мне. А я это ужасно не хочу.

Послышалось недовольное покашливание.

— А жить при… уроде — правителе хотите? Вас же первым казнят! Он же всю жизнь будет оглядываться на вас! — произнес дворецкий. — Сначала у вас конфискуют все, потом посадят в какую-нибудь башню, потом еще раз конфискуют то, что не успели конфисковать в первый раз. Даже если обида надумана, он ее не простит…

— На все воля королевы, — отрезал Адриан.

— Долгих лет ей жизни и крепкого здоровья! — поддакнул слуга. — Я пойду, протру ручки дверей после вашего гостя.

— Зачем? — спросил Адриан.

— Брезгую, ваша светлость, — вздохнул слуга, а дверь в соседней комнате скрипнула.

— А я проверю, как там роженица, — заметил Адриан.

— Бедняжка, — послышался сочувственный вздох. — Даже если завтрашняя проверка покажет, что ребенок от мужа, общество такого скандала не простит. Они же все перекрутят. И вас приплетут!

— Тебе же меньше работы. Кто в последний раз ныл весь вечер: «Опять бал! Опять бал!», — заметил Адриан.

— Вот вы все шутите, а ситуация на самом деле — серьезная. Вы-то еще ладно. А вот с ее репутацией уже точно все. Она никогда не сможет появиться в приличном обществе после такого скандала.

— Ты где его видел, это приличное общество! Это когда в приличном обществе мужья орали на весь зал о наличии у него рогов? — усомнился Адриан. — Так что брось!

Я услышала шаги, которые приближаются к дверям комнаты.

— Ой! — спохватилась служанка, просыпаясь и тут же засовывая ноги в туфли. Расправив чепчик, она встала и направилась ко мне. Я же делала вид, что все еще там!

Дверь скрипнула, послышались шаги.

— Очнулась? — спросил Адриан.

— Н-н-нет, господин, — спешно ответила служанка. — Все еще в обмороке. Сейчас дам укрепляющую настойку…

Моих губ коснулась сладкая ложка, пытаясь их разлепить.

Я не выдержала и открыла глаза.

— Она очнулась! — послышался радостный голос служанки. И в меня влили приторно сладкое с неприятным привкусом каких-то садовых клопов, лекарство. Такое чувство, что это была малина, которую до этого пометили клопики.

С трудом проглотив его, я почувствовала, что оно действует. По телу пробежала волна энергии. Ничего себе! Вот это я понимаю, лекарства!

— Мадам, — послышался голос Адриана. — Вы как себя чувствуете?

— Я? — спросила я, словно здесь были и другие мадам. — Ну, так…

— Здесь был ваш супруг, — произнес Адриан. — Он пригласил и меня на завтрашнюю проверку. По приказу королевы.

Проверка — проверка! Я и сама не уверена, от кого ребенок! Откуда я знаю, его ребенок или нет? Это должна знать Эльвина! А я — не она! Я свечку не держала, посильного участия не принимала!

— Что со мной будет?

Адриан поджал губы и отвернулся.

Глава 21

— Нет, прошу вас! Договаривайте! — настойчиво произнесла я, глядя на Адриана.

Тот смотрел на меня несколько мгновений молча, а потом его губы разомкнулись.

— Если проверка покажет, что это — ребенок Ландара, ситуация уже получила огласку. Семена сомнений уже посеяны в обществе. И многие не поверят. Они будут утверждать, что результаты проверки подстроены. А если это ребенок не от Ландара… Впрочем, ситуация для вас не сильно изменится. В обществе вас уже осудили. Самое страшное — впасть в немилость ее величества и развод. Официальный развод с мужем. На вас будет клеймо брошенный жены. И ни одна приличная дама не пригласит вас на званый ужин, а ни один приличный мужчина не свяжет с вами свою жизнь.

Ничего себе! Я — то думала, что развод станет моим спасением. А тут вот оно что. И как же я буду налаживать бизнес, когда все будут тыкать в меня пальцем.

— К вашему счастью, не все мужчины считают себя приличными, — усмехнулся Адриан.

— Отвезите меня домой, пожалуйста, — попросила я, понимая, что там маленький ребенок и тетушка, которая всеми руками за семейные ценности. Опасное сочетание!

— Вы как себя чувствуете? — спросил Адриан, пока я смотрела на лекарства. Причудливые флаконы стояли на столе, а один из-них прижимал рецепт.

Хм… Спина не болела. Внизу живота тоже. Я чувствовала себя на удивление неплохо!

— Намного лучше, — созналась я, боясь сглазить. Обычно, когда я говорю, что хорошо себя чувствую, тут же начинается боль, ломота и все остальное!

— Может, вы проголодались? — спросил Адриан.

Он вел себя, как джентльмен. Сдержанно и учтиво.

— Нет, спасибо, — заметила я, вздыхая. — Я… я не могу больше злоупотреблять вашим гостеприимством. У вас от меня и так одни проблемы. Извините, что так получилось.

— Ничего страшного. Лекарства не забудьте, — кивнул Адриан. — Доктор Фраусс написал, как вам нужно их принимать.

Я спускалась по роскошной лестнице, видя, как сотни огней освещает просторный холл с картинами. Одна из них меня заинтересовала. Все тут говорят «Дракон, дракон», а я даже представить себе не могу настоящего дракона.

На огромной картине было изображено свирепое чудовище на груде сокровищ, полыхающее огнем и крошечный рыцарь, который уже обнажил свой меч.

— Красивая картина, не так ли? — послышался голос Адриана. Он явно гордился ею. И было чем! Она висела в самом центре, сразу приковывая к себе взгляды. Каждая чешуйка блестела, переливалась, в глазах дракона был влажный блик.

— Ага, — выдохнула я.

— На ней изображено ужасное чудовище, жадное до чужого золота, разрушающее города, сжигающее целые деревни… — продолжал Адриан, пока я смотрела на свирепую тварь, представляя, сколько бед она умудрилась натворить… — И моя прапрабабушка — дракон, которая немного недовольна тем, что это чудовище решило нанести визит в ее пещеру.

О, как! Я даже усмехнулась.

Через двадцать минут, я уже направлялась к карете, глядя на роскошное поместье Адриана, которое