Птицелов Его Темнейшества - Мира-Мария Куприянова

процедила я, медленно доставая из кармана маленький ультрафиолетовый фанарик.

— Пощади! — взвизгнул кусок мрака, отчаянно дёргаясь по полу- Что я могла-то? Мне прямым текстом намекнули, что рассеют, ежели что!

— А я значит менее страшная? — зашипела я.

— Да какая же Вы страшная, Госпожа? Вы- сама красота, само очарование! Вы Тьма этого дома! Вы Чернота мира! Пощадите меня, пожалуйста, а? А меня дети…

— Какие еще дети? — возмутилась я.

— А как же?! Вон, тень от горшка с терновником. Это старшая. А под мыльницей- это мой младшенький.

— Приехали, — опустила я фонарик, хлопая ресницами- Теперь у нас тут еще и дети… Вот как жить, а?! И как исполнять должностные инструкции без реквизита? Небось, чтобы получить артефакты я теперь должна в муках подохнуть, заполняя формуляры?

— А то как же! — радостно закивала Тень- Само собой. Быстрее, чем за месяц и не получите, не сомневайтесь!

— Вот же Дьявол! — топнула ногой я, расстроенно опадая на стул- Как я этому контрактнику в своем родном виде явлюсь? Если этот болезный меня увидит, он с визгом убежит в горы. Ищи его потом. И что теперь делать?

— Импровизировать, — всплеснул руками Шурик- Ты чего расселась-то? У нас и так времени в обрез!

— Говорю же, теперь исполнять обязанности не получится!

— Уважаемая Маргарита Сергеевна, я, конечно, дико извиняюсь, но не зажрались ли Вы там, в своем земном времени?

— А? — опешила я.

— Ага! Как вспомню твои рассказы… Вроде меня от тебя лет двадцать отделяет по дате смерти, а как из другого времени мы с тобой! В наше вот время никаких гаджетов в помине было. Пейджеры вот появились. И кнопочные мобилки… И то был прямо космос. А у вас теперь без телефона в туалет не сходить, как я понял. Вот вы все там и расслабились. Пропал гаджет на переодевание! О, ужас! Как теперь менять внешность! В мое время артисты о таком даже не слышали. Зато у нас были гримеры. И костюмеры. И искусство перевоплощения.

— Так у нас тоже, вроде, — задумалась я, — Откуда у нас гаджеты на смену лука?

— Про земледелие я вообще не знаю, — обиделся танцор- Зато как поменяться внешне, не используя всякие магические штучки …

— Точно! — вскочила на ноги я- К чертям Адские разработки. Тем более, что они все равно постоянно глючат в самый неподходящий момент. Итак, что нам надо?

— Для начала, сценарий, — весомо проаргументировал Шурик- Чтобы подобрать образ, нужно понимать, кем ты собираешься быть. Ну и не полениться отработать личность. У нас, кстати, есть чудесный актерский состав в Орнитариуме. Их опыт нам точно пригодится.

— А сценариста нет? — задумалась я.

— А то как же! И даже не один!

— Отлично! Шурик, ты реально гений! И речь не только о балете. С этого дня назначаешься моей правой рукой и заместителем в мое отсутствие. А теперь быстренько собирай мне рабочую группу по указанным специальностям. Нам надо плотненько поработать.

Глава 6.2

Меньше, чем полчаса спустя, мой кабинет был битком набит знакомыми и не очень лицами. Причем, никаким радушием и желанием помочь эти самые лица не светились. На них, скорее, застыли разной степени злорадство, скепсис и откровенная брезгливость. И может потому, в мою сохранённую нетленной душу закрались всякого рода справедливые сомнения в жизнеспособности гениальной идеи Шурика.

— И почему мы должны ей помогать? — словно подслушав мои мысли, тут же утвердил их голос с задних рядов.

— Так… не понял? — хлопнул ресницами едва переведший дух после своей патетичной речи балерун- активист, — А в чем проблема-то?

— Проблема? — хмыкнул оперный солист, почивший в далеком восемнадцатом веке на заре своей карьеры- Проблема, дражайший Александр в том, что это ПТИЦЕЛОВ! Это по ее вине наши души навечно заточены в Аду. Это из-за нее мы обречены до скончания времен страдать и служить Сатане. Это именно она…

Я грустно вздохнула. Вот чего-то подобного я, признаться, и опасалась. Справедливо. Помогать своему надзирателю- мало резона.

— Она ли? — перебил прекрасного тенора тем временем Шурик- Вы, Джакомо, конечно меня извините, но при чем тут, собственно она?

— А кто? — хмыкнул из толпы еще кто-то обиженный на судьбу.

— Если откровенно, ты только мы сами, — развел руками танцор- Скажите-ка, уважаемый, может Птицелов… кстати, внесу ремарку- ПРЕДЫДУЩИЙ Птицелов, заставлял Вас подписывать контракт? Может угрожал жизни или здоровью? Родным и близким?

— Нет, но…

— Ну так почему Вы вообще взяли в руки тот злосчастный документ? А взяв и осознав, что именно собираетесь подписать и сколько оно будет стоит, зачем подписывали?

— Вы тоже подписали! — покраснел тенор.

— Но я вину за это ни на кого не сваливаю, — гордо вскинул подбородок балерун- Я был лентяем. В балетную школу меня в детстве мама запихнула. Заставила потратить на нее десять лет моей жизни. И то, как заставила… Скорее, мне нравилось страдать, демонстративно заваливать учебу и винить в том количество тренировок и репетиции. Назло родителям, как бы. Потом по накатанной без экзаменов прошел в балетное училище. Там и осел. И вроде задатки у меня были неплохие- бездарностей туда не берут. Но мне было лень бесконечно тянуть плие и вертеть батманы до тошноты. Отсюда и твердое место массовки, в котором я прозябал, когда меня нашел Мефистофель. Сказать, почему я подписал свой контракт? Да нос хотелось утереть всем этим слащавым высокомерным преподам, которые каждый день тыкали меня носом в мою лень. Вот, мол, могу и не заниматься, а стать солистом. Нахаляву! И все мы повелись именно на эту самую халяву!

— Не все! — буркнул кто-то опять.

— Ага. Есть еще среди нас непризнанные гении. Конечно.

— И все равно! Это Птицелов своими посылами совратил…

— Не она! Ее тогда еще не было.

— А она чем лучше?

— Да хотя бы тем, что никого толком так и не поймала, — махнул рукой Шурик- Корейцы не в счет. Они номинально в ее списке побед, сами понимаете. Так вот, поймать не поймала еще. А надо позарез!

— Ей надо, пусть она и ловит. Нам делать нефиг, Орнитариум пополнять? Он и так не резиновый.

— Да! Рацион вон урезали. Новеньких еще кормить.

— И скоро урежут не только его, — значимо проговорил танцор- Маргарита Сергеевна, расскажите нам, чем именно угрожает Вам Сатана?

— Ну, — прокашлялась я, неловко поднимаясь с угла стола, — Собственно, как вы все уже знаете, после внезапной кончины Ее Темнейшества руководство у нас сменилось. И наш прекрасный Дворец Таланта, являющийся исключительно слабостью предыдущего Дьявола, стал, мягко говоря, не нужен. А грубо выражаясь- бельмом на дьявольском глазу он