Исагон. Настя разносит академию - Тальяна Орлова

С остальными участниками первой группы я не была так близко знакома, но и до них руки дойдут!

Ребятам было не столько интересно, почему я вообще поехала в Гонту, как тот факт, что я до нее все-таки добралась!

– С ума сойти… – качала головой побледневшая Маша. – Представить боюсь, что произошло бы, если бы призрак не отпугнул дикарей! Подожди, ты в самом деле видела призрака?!

– Злой дух, как назвали его местные, – поправила я. Про Юту я упоминать не стала, ведь тогда придется говорить, что ребенок лично убил целую банду – не думаю, что он ищет славы в этом вопросе, поэтому и второе нападение варваров выпало из всей истории. – Но, честно говоря, разницы не вижу. Это в прямом смысле привидения, как их показывали в наших фильмах! Неужели вы о них тоже не имеете понятия?

Сережа припомнил:

– Про злых духов на какой-то лекции упоминали. Вроде бы мы начнем изучать их позже. Видать, эта экзотика – беда конкретно Гонты… Слушайте, а вам не кажется, что наше приглашение сюда с этим как-то связано?

Матвей усмехнулся:

– Думаешь, им не хватало ровно тринадцати пар рук, чтобы справиться с этой нечистью? Сильно сомневаюсь.

Мы переглянулись и пожали плечами, поскольку представления не имели о намерениях Гонты. Да, возможно, у драконов тоже есть какая-то цель, так и управление Исагона не без греха – квиты! Нам тут лишь бы в случае стратегических противоречий не забыть, за какую команду мы играем.

Глава 8

Несколько дней я провела в восторженной беготне, пытаясь осознать все, что уже успели выяснить наши ребята. Академическая группа оказалась велика – тридцать студентов, то есть в нее включили не только приехавших попаданцев, но также и своих жителей: разных магов и драконов-полукровок. Насколько я поняла, только чистокровные удостоились чести заниматься отдельно от «простых смертных». Я не увидела в этом дискриминации по магическому признаку, поскольку пока вообще в деталях не разобралась. Поводов для радости у меня было достаточно: большое количество учеников хотя бы временно прикроет мое отставание, и, судя по всему, магов пока не собирались делить по стихиям – это мне было очень на руку, а то опять пришлось бы метаться «между умными и красивыми» и никуда не вписываться.

Учеба здесь была организована куда серьезнее, чем на наших курсах «Исагон для чайников»: множество дисциплин по разным направлениям, строгое расписание, в котором предусмотрели даже физическую подготовку, выдача целой стопки учебников и комфортное размещение по одному в комнате – все для того, чтобы студенту ничто не мешало заниматься. Видимо, с теми, кто и в этих условиях не будет достаточно усерден, попрощаются без жалости.

Правда, почти сразу я столкнулась с трудностью – не смогла зажечь светильники в своей комнате. Эти шарики, висящие здесь буквально в каждом помещении, не были артефактами – то есть их работа не зависела от состава и материалов, они являли собой исключительно магические предметы. Но, поскольку я опоздала, меня заселили в самую крайнюю комнату, где несколько лет никто не жил, а сотрудники и не подумали, что поступивший в лучшую академию Гонты не справится с такой ерундой, как создание света. Ведь для подключения лампочки к общему источнику магического питания подходила любая стихия! Вернее, любая, да не любая…

Я аж вспотела, пока целый час корпела над этой задачей. Даже принцип поняла – старая памятка с нужным заклинанием валялась на подоконнике. Но моего магического воздействия попросту не хватало для восстановления связи. Пришлось звать Машу, которой хватило одного взгляда, чтобы все лампочки в комнате заработали – и теперь мне уже не придется ничего делать, светильники начали слушаться любого приказа.

Не успела я поблагодарить одноклассницу, как она произнесла, недоуменно покачав головой:

– Насть, твоей силы и на это не хватило? Что же ты будешь делать дальше? Я далеко не самый сильный уникал земли, но у меня вышло с первого раза!

Она не хвасталась и не злорадствовала, просто впервые отчетливо увидела разницу между нами. Я беспечно пожала плечами – а что я буду делать, кроме как стараться и отмерять свое будущее границами в виде ежемесячных экзаменов? Но Маша тряхнула головой и воскликнула:

– Подожди! На самом первом занятии нам выдали медитацию для увеличения внутреннего резерва – правда, по каждой стихии она разная. Надо заниматься каждый день по часу – и через месяцы или годы эффект будет заметен. Представляешь, в нашем Исагоне о таком даже не слышали, драконы действительно на голову выше нас в плане магической подготовки! Я пока результата не чувствую, но это хоть какой-то способ. Видимо, тебе придется их чередовать… Сейчас сбегаю и принесу свою – перепишешь. У Матвея возьмешь по огню, у Сережки – по воздуху, – она вдруг задумчиво нахмурилась и спросила саму себя: – А у кого из наших водная стихия? Что-то не могу припомнить… – Она вскинулась и отмахнулась: – Ладно, начни с этих, медитацию по воде спросишь у других учеников или преподавателя.

Меня ее идея порадовала хоть какой-то возможностью, но одновременно и насторожила. Почему мне их не выдали – не потому ли, что эти медитации работают только для уникалов? И даже в лучшем случае мне понадобятся годы… Интересно, меня тут будут терпеть годами?

Но выхода не было – я переписала у ребят нужную информацию и, вместо чтения лекций и учебников, начала осваивать новый прием. Для каждой медитации была своя поза, разные знаки руками и монотонный речитатив, причем отвлекаться на мысли нежелательно, иначе весь эффект пойдет насмарку. Маша принесла мне аналог песочных часов, которые в конце заданного периода давали сигнал. Но долгожданного звоночка не звучало и не звучало – я постоянно открывала один глаз и проверяла, не сломался ли мой магический таймер, но нет, оказывается, время будто замирало и тянулось, как улитка на стометровой дистанции.

И все равно, закончив со стихией земли, я после короткого перерыва засела за огонь. А потом и воздух. Если я отстаю от уникалов так сильно, то некогда чередовать, надо осваивать кучей! После так и уснула на полу, не в силах добраться до кровати. Возможно, мне даже повезло, что медитацию воды я пока не добыла.

На следующий день на уроках страшно тупила из-за недосыпа, однако записывала каждое слово преподавателей – потом разберусь. Через три дня возникла первая мысль сделать перерыв, но с ней я расправилась моментально – стоило лишь вспомнить, как я собирала артефакты и каждый день внутренне