Искра твоей души - Иванна Осипова

задыхалась от слёз, не издав ни единого звука. Меня затопили тоска и одиночество, а силы внезапно иссякли. Сквозь туман я увидела, как во двор влетел всадник и полминуты успокаивал разгорячённого коня, похлопывал по холке и натягивал повод. Появление нового человека отвлекло меня от мрачных мыслей. Чёрная накидка, такой же сюртук и шляпа, сгорбленная фигура, — просто родной брат старухи Гераты!

Незнакомец спешился, передал лошадь подбежавшему конюху, но не стал сразу заходить в дом. Он, припадая на правую ногу, прошёлся перед входом туда-сюда, встал напротив окна, будто не решаясь зайти в особняк.

Я не шелохнулась, хотя первым желанием было скрыться от посторонних глаз.

«Он не заметит», — убеждала я себя и продолжала наблюдать за странным гостем.

Мужчина заложил руки за спину, несколько секунд смотрел в сторону, а потом резко поднял голову.

Я быстро отступила в тень. Невозможно!

— Тиан⁈

На миг, такой короткий, что я не успела моргнуть, мне почудились знакомые черты, тут же слившиеся в неясное бледное пятно. Иллюзия рассеялась: ни фигурой, ни чем другим гость больше не напоминал казнённого мага. Он смотрел на окна резиденции.

Уверена, что человек не увидел меня!

Только почему я почувствовала чужой взгляд, будто царапнувший по коже. Он добрался до меня через расстояние и стекло, жаром толкнул в грудь. Я закрыла лицо руками, прислонилась к стене.

Тишину нарушили чужие шаги, и они приближались.

9

Я нашла в себе смелость посмотреть в другой конец длинного коридора, пронзающего череду комнат с распахнутыми настежь дверьми. Гостиные и малые залы нанизывались на широкую галерею точно бусины в дорогом ожерелье.

Одетый в гвардейскую форму Эдам издали смотрел на меня. Он поднёс пальцы к искривлённым в усмешке губам и послал мне воздушный поцелуй. Я не отвела взгляда, но с облегчением выдохнула. Этот великолепный красавец не сильно пострадал от магии и уж точно не злился, но его настойчивое внимание могло быть опасно.

Позади Эдама мелькнул белый чепец: служанка пыталась прокрасться к лестнице и остаться незамеченной. Она негромко взвизгнула, пойманная крепкой рукой, изогнулась, когда любовник Клариссы впился в рот девушки поцелуем, руки служанки безвольно повисли вдоль тела.

Я с трудом удержалась, чтобы не кинуться ей на помощь, но Эдам быстро оттолкнул бедняжку.

— Иди займись делом! — прикрикнул он на служанку. — И не попадайся мне сегодня на глаза!

Она мигом исчезла. Мне же, чтобы добраться до комнаты, придётся миновать этого белокурого мерзавца. Эдам оценил моё положение и стоял, сложив руки на груди, с игривой улыбкой поглядывал в мою сторону. Я посмотрела в окно. Двор был пуст. Незнакомец, который так поразил моё воображение, исчез. Был ли он похож на Тиана или мне это только почудилось? Да и существовал ли всадник? Я сомневалась во всём.

— Эрра Командор!

Эдам недовольно повернулся к человеку, выскочившему в коридор. Людей в такой форме я видела в Каменном Клыке. Один из тюремных стражников? Я поёжилась, вспоминая этот холодный замок.

— Что ещё⁈ Ты выполнил приказ герцогини и должен вернуться в крепость, — грубо сказал Эдам.

Я не стала дожидаться другого случая и направилась в свою комнату. Командор постельных боёв проводил меня долгим взглядом, а я прислушивалась к докладу стражника из Каменного Клыка.

— Кое-что случилось, эрра.

— Надеюсь, что казнённый не воскрес, точно древний святой, и не бродит по замку?

— Нет, Командор. Насколько я знаю всё исполнено по правилам. Тело зашили в мешок и сбросили в яму. Я забрал сосуд с кровью мага для Её Светлости. Всё обнаружилось после казни.

— Не тяни! — нетерпеливо и раздражённо потребовал Эдам.

Продолжая впитывать каждое слово, я остановилась возле двери в комнату. Тиана убили. Никакого чуда или волшебного спасения не случилось. Тяжесть легла на грудь, сдавила до боли. Совсем не зная Себастиана Эйр-Лласара, я всё равно сожалела о его смерти. Он стал для меня лучиком света во тьме, теплом посреди ледяной пустыни. Я помнила его благородство и ласку, его жаркие объятия. Тиан единственный проявил сочувствие, хотя сам находился не в лучшем положении.

«Зачем Клариссе кровь Тиана⁈»

В серебряном кувшине с магическими символами хранилась кровь казнённого. Герата берегла ценный дар, а Кларисса трепетала от нетерпения. Что они делают с кровью магов?

«Я это выясню». — Я взялась за ручку двери, чтобы не дать Эдаму повод заподозрить меня в намеренной задержке.

Обещание, данное самой себе, немного успокоило и притупило боль. В память о Себастиане я должна дойти до конца. Может быть, даже отомстить за него и за себя.

Но что случилось в Каменном Клыке?

— Какой-то остолоп свалился с крепостной стены, а внутренняя охрана перепилась и спит. И когда только успели⁈ Они все были на казни. Я уезжал с заданием, когда узнал об этом.

— Я доложу эрри Уикфил, — ответил Эдам. — И передай идиотам, что я лично высеку каждого, кто нарушил устав.

Он головы не повернул в мою сторону, будто меня и не существовало, а сразу зашагал к лестнице. Думая, что Эдам уже не заметит, гвардеец из крепости с ненавистью плюнул ему вслед.

— Иди-иди, индюк-переросток! Высечет он нас! Как же! Держи карман шире!

Охранник хмыкнул, пригладил усы и удалился следом за командиром. Никто, кроме Клариссы, не испытывал к Эдаму тёплых чувств.

Я думала обо всём, что успела увидеть в особняке. Непривычно, странно, мерзко и пугающе… Тиан был прав, предостерегая меня. Ощутив усталость, я прилегла и заснула. Мне снились тёмные фигуры, которые обступили постель и хотели дотянуться до меня, но кольцо Лласара не позволяло им причинить настоящее зло.

— Эрри Доротея. Эрри…

Тихий голос Фанни мягко вернул меня к реальности.

— Герцогиня снова желает…

— Нет-нет! Не пугайтесь, — поспешно ответила Фанни. — Её Светлость не в духе и закрылась в спальне. Я принесла завтрак. Вы стонали во сне. Я подумала, что вам лучше проснуться.

— Спасибо, — кивнула я, мысленно соглашаясь на завтрак и продолжение борьбы.

После я попросила Фанни показать дом раз уж Кларисса позволила свободно ходить по особняку и парку. Служанка с удовольствием провела меня по всем этажам, открыла двери в огромную залу для балов и торжеств. Фанни называла праздники «маскарадом» и с неохотой упоминала об этих днях, отводила взгляд и нервно теребила краешек фартука.

— А во флигель мы не ходим! — доверительным шёпотом поделилась она. — Это запрещено всем,