Графиня замка Ривердон - Надежда Игоревна Соколова

Ну, затемно так затемно. Я не любила рано вставать, вернее, с трудом могла подняться до восхода солнца. Утром всегда казалось, что мир еще спит, а я одна, как привидение, брожу по пустым комнатам. Но если так нужно, то, конечно, я поеду.

На следующий день я порылась в шкафу, в очередной раз пересмотрела одежду. В конце концов, выбрала платье из простой ткани, с неброским узором, которое не привлекало бы лишнего внимания. К нему накину кофту из полушерстяной пряжи, теплую и удобную. «Увидит кто из знакомых — будет стыдно», — подумала я с легким смешком. Но, с другой стороны, хотя бы не замерзну. На ноги выбрала полуботинки, старые, но надежные, которые уместно выглядели бы на ярмарке.

Тщательно продумывая все детали, я на всякий случай решила захватить с собой плащ с капюшоном. Вдруг ветер поднимется. Шапок у меня не имелось, только легкая шляпка-таблетка, с лентами. Пришлось брать ее. Она была столь легка и тонка, что не могла защитить от холода. Но я хотя бы покажусь на улице на людях не простоволосая. Здесь это осуждалось.

— Чучело, — проворчала я, примерно представляя себе, как буду выглядеть. — Очень приятно, чучело. Нет, не графиня. Так, ее бедная родственница. Да, с одеждой надо что-то решать, и как можно скорее.

Нанятые швеи, увы, не могли мне помочь. У них не имелось ни ткани, ни фурнитуры. Все, что они делали сейчас, — это обшивали прислугу, подготавливая несколько экземпляров рабочей одежды.

И потому о своей внешности мне следовало позаботиться самой.

Что ж, значит, на ярмарке и посмотрю все, что надо.

Глава 18

В назначенные день и час меня подняла служанка. Причем поднимала она меня однозначно домкратом. Ничем другим мою тушку просто нельзя было поставить вертикально.

Я отчаянно зевала. Глаза закрывались сами собой. К умывальне я шла походкой зомби.

Холодная вода не взбодрила ни на секунду. Все так же зевая, я с трудом проглотила несколько ложек сладковатой каши, запила ее горячим чаем и принялась одеваться.

К нужному времени я выходила из двери замка.

Джон, верхом, карета и кучер ждали меня снаружи, в плохо различимом свете начавшего восходить солнца. Ну, или уходившей луны. Я понятия не имею, какое именно светило пыталось «работать» в то время.

— Доброе утро, ваша светлость, — поздоровался Джон.

Кучер повторил за ним.

— Доброе, — я прикрыла рот ладонью. — Джон, вы со мной внутри или на лошади?

— Я верхом, ваша светлость. Свежий утренний воздух хорошо бодрит.

Ага. Так взбодрит, что потом будешь пластом лежать с температурой. Впрочем, хозяин-барин.

Я залезла в карету, уселась на сидение, осмотрелась. Ну, попыталась. На самом деле сейчас, полутемным утром, в почти совсем темной карете, не было видно практически ничего.

И потому я уселась поудобней, откинулась на спинку сиденья и постаралась расслабиться.

Как ни странно, получилось. Я заснула быстрей, чем лошади перешли с шага на легкую рысь.

Спала я хорошо, крепко спала. Проснулась, когда солнце уже показалось над горизонтом, и внутри кареты можно было рассмотреть хоть что-то.

Выглянув из ближайшего ко мне окошка, занавешенного темной шторкой, я увидела обочину дороги, серую и пыльную. Смотреть на нее, колышущуюся рядом с колесами кареты, было утомительно.

И я снова откинулась на сидение.

Приехали мы, когда я уже успела озвереть от ожидания и начать ругаться про себя.

Карета остановилась. Дверца открылась. Снаружи появился Джон, уже не на лошади.

— Ваша светлость, мы на постоялом дворе, — сообщил он. — Отсюда до ярмарки недолго идти.

Ага. То есть надо вылезти и пешочком пройти? Так я не против.

После долгой поездки я с удовольствием размяла ноги, прогулялась до уголка задумчивости и только потом отправилась с Джоном на ярмарку. Кучер остался с каретой. За его отдых и сено для лошадей мы заплатили хозяину постоялого двора пять медяшек.

Ярмарка расположилась всего лишь в двух кварталах от постоялого двора. Несмотря на раннее утро, на ней уже было множество продавцов и покупателей.

Заняв всю главную площадь города, ярмарка шумела прямо перед ратушей. Под солнечными лучами блестели яркие тканевые палатки, в каждой из которых предлагались свои уникальные товары.

Продавцы энергично рекламировали свои изделия: одни хвастались свежими овощами и фруктами, аккуратно уложенными в плетеные корзины, другие демонстрировали изделия ручной работы — от керамики до бисерных украшений. Ловкие ремесленники работали прямо на глазах у зрителей, привлекая внимание взрослых и детей.

Ароматы свежеиспеченного хлеба, сладких пирогов и жареного мяса наполняли воздух, заставляя покупателей с воодушевлением подходить к пищевым лавкам. Рядом с этими торговыми точками всегда собирался народ, ожидая своей очереди попробовать разнообразные угощения.

Здесь же, среди ряда ярких торговых палаток, развлекали публику акробаты и жонглеры, которые показывали свои умения, вызывая смех и аплодисменты толпы.

Товара было и правда много, глаза разбегались и потом никак не желали собраться в кучку. Кроме вещей, торговали также и домашними животными. Но их держали подальше от основных палаток.

— Разойдемся, — решила я. — Джон, покупайте все, что пригодится для земельных дел, сада, огорода и прочего. Плюс амулеты, в основном защитные. Деньги у вас есть. А я посмотрю готовую одежду, ткани и так далее. Встретимся возле торговца лошадьми. Все равно надо купить двух-трех коней для поместья.

Джон поклонился и мгновенно исчез в толпе. Я же отправилась к палатке с готовой одеждой.

— Что желает найра? — встретил меня высокий полный купец. Смотрел он прямо, бесстрашно и явно считал, что перед ним какая-нибудь не особо богатая горожанка, внезапно решившая обновить гардероб.

Мне, в принципе, было все равно, кто и как на меня смотрит и со мной говорит, пока они не переходили границу приличия. Но ответить я не успела. Рядом со мной прозвучал резкий мужской голос.

— Найра желает уважения. Ты, милейший, я смотрю, совсем нюх потерял — перестал отличать высокородных от простого люда? Так я научу.

Торговец побелел, бросил на меня заполошный взгляд и сразу же склонился в поклоне, торопливо бормоча извинения. Я же с трудом сдержала недовольный вздох. Найр мэр и здесь не давал мне покоя. Интересно, каким образом он меня опознал?

Глава 19

Пришлось повернуться и, вспомнив о правилах приличия, поздороваться.

— Доброе утро, ваше сиятельство. Не ожидала увидеть вас здесь. Примите мою искреннюю благодарность за