Клеймённые (СИ) - Хард Леона

Подозрительно на этой фразе в аудитории раздались смешки. Поначалу я не связала смех и слова, а потом догадалась. У них бытует мнение, что блондинки — глупые.

Гениально! Даже уголок губ предательски дернулся, намереваясь подняться вверх и ознаменовать усмешку. Она же сама блондинка!

Аудитория вдоволь насмеялась над мнимым оскорблением неудачницы, после этого Роза продолжила:

— Ты понимаешь, — девушка сжала пальцами мое плечо, наверное, сильно. Надо было сделать вид, как больно и покорно согнуть спину. Пришлось наклоняться, тогда мой рост стал меньше по сравнению с девушкой. — Не надо высовываться! Живи тихо и спокойно! Тем более не надо лезть к нашим парням. Или тебя кто-то сделал Розой?

Вопрос на повестке дня. Когда я лезла к их парням!? Но я промолчала, согласно кивнула на предупреждение и мое плечо милосердно отпустили, позволив разогнуться.

— Будешь дежурить целую неделю! — приказала Роза. — Свободна!

Окрыленная дарованной свободой, я направилась к последним партам, но автоматически разглядела опять черный ботинок в промежутке между рядами. Это даже становилось скучно. Потом услышала веселый, задорный смех развлекающейся толпы, готовой к новому представлению. Похоже мне вновь требовалось упасть лицом в пол от подножки на радость однокурсницам. Но я не стала.

Резко перепрыгнула через небольшую помеху в виде женской ноги. Мягко приземлилась сначала на правую, а потом на левую.

Смех стих из-за отсутствия зрелища.

Дважды в одну ловушку я не шагаю. К тому же, реакция неплохая, это в первый раз не ожидала подвоха.

***

На той паре впервые за три недели я с удовольствием прослушала лекцию обществознания. И узнала кого, так сладко называли Розами — девушек, которые ублажали мужчин в свое удовольствие. Поверить не могла есть специальный предмет на эту тему. Как ублажить мужчину? Я бы, наверное, на этом предмете по меньшей мере, если не сгорела, но покрылась красной корочкой от стыда.

Изучение эрогенных зон и как себя лишить ненужной девственности? Кошмар! Но с другой стороны, можно для Артема и изучить особенности предварительных ласк. Конечно, если я когда-нибудь встречу в этом мире Артема, а то пока отыщу среди … сколько там? Сегодня изучили — полтора миллиарда людей. Среди них пару миллионов карателей и Клейменных по пальцам пересчитать... несколько тысяч.

Со звонком дверь из аудитории открылась и оттуда вылезла голова мужчины, без туловища. Туловище спряталось за пределами кабинета. У незнакомца странная голова: местами белая, иногда черная, но улыбался тот приветливо и махал призывно рукой:

— А где Абрамова Диана!? Разговор есть!

Я от удивления машинально привстала и указала на себя пальцем.

— Иди-иди, сюда! — помахал опять рукой, чтобы подошла. Мужчина с серьгой в ухе улыбался радостно. — Не бойся! Не съем!

Когда вышла за дверь, незнакомец дружески приобнял за плечо, на что я скептично посмотрела, особенно на конечность-змею, которая сильно мешала и раздражала нервные окончания. Тихонько высвободилась и пошла рядом, но держа дистанцию, как с особо опасным человеком.

— Не бойся, не съем! — продолжил повторять мужчина и посматривать искоса. — Какая же ты дылда! — выдал еще одно замечание.

— Какой разговор? — я остановилась на месте, дав понять, что дальше не двинусь.

С каким-то подозрительным мужчиной в черных джинсах? С серьгами в ушах? И черными обведенными глазами. Он не женщина? Грудь на черном свитере не выделялась, значит мужчина — являлся мужчиной.

— Не со мной. Другой человек хочет поговорить, а я вызвался сопроводить! Я кстати, Андрей! — подал руку. Та оказалась вполне человеческой, не грязной.

Я согласно протянула холодные пальцы его теплым, почти огненным.

— Пройдемте, — галантно протянул руку этот новоявленный Андрей по направлению вереницы девушек, которые двигались в сторону лестницы и меняли этаж обучения.

Я кивнула вместо ответа и поплелась рядом, плечом к плечу с новым знакомым.

Зачем Андрей изуродовал волосы разноцветной краской? Он гомосексуалист или как у них называется? Очень интересно...

Я продолжала любопытствовать и осматривать интересующий объект. Обтягивающая одежда, накрашенный вид, серьга в ухе, вроде бы похож. К тому же, я выше Андрея и понять, мужчина он или женщина, смогла не сразу. Лишь, когда удостоверилась в отсутствии груди.

Дверь на лестницу Андрей приоткрыл и опять хотел пропустить меня вперед, рукой показывая направление дальнейшего движения.

Какой галантный мужчина!

Уже выходя на лестницу, я не сдержалась поинтересовалась:

— Простите, пожалуйста, а вы гомосексуалист?

— Че!? — услышала сзади, но когда вышла на лестницу немного затормозила.

Сейчас перемена — это понятно. Широкая белая лестница вела вниз на небольшую площадку к окну, где от легкого дуновения ветра развевались шторки, а на подоконниках стояли горшки с цветами. Всю линию подоконника занимали люди, много людей. Вели непринужденные беседы. Общались, смеялись.

Но привлек один человек. Когда дверь открылась он на полуслове замолчал, перестал смеяться и развернулся. Рассматривая верхушку лестницы: меня и Андрея гомосек...ой, я не так хотела назвать его...метросексуал.

Андрей, обогнув меня, деловито и громко топая башмаками, начал раздраженно спускаться по лестнице, а я пока не решалась.

Это он? Тот человек, который хотел поговорить. Ступенек тридцать белых, каменных надо было пройти вниз и оказаться напротив необходимого человека. Но невольно возникло желание развернуться и уйти отсюда. Бежать сломя голову.

Но нельзя, покажусь странной. И я сама виновата, вылила алкоголь на человека и не извинилась.

Засунув руки в карманы штанов, пошла не спеша, как по шаткому мостику, будто боялась упасть в речку и утонуть.

Очень не хотелось тонуть во взгляде странного парня, носящего цепь в качестве аксессуара.

На предпоследней ступени я остановилась, рукой придерживая перила. Неожиданно вся компания замолчала, будто увидела циркача и замерла в предвкушении выступления. Человек двадцать из Низов в черных жилетках, цепях, кольцах, напульсниках, а их мрачность разбавляли голубые сумочки и разноцветные платья Роз.

Я все же решилась посмотреть на уровень груди парня с цепью. Тогда же он начал пробираться вдоль подоконника, видимо ко мне.

В голове пели разные звуки: цепь на спортивных, черных штанах опять звенела, как колокольчики, необычайно красиво; шорох материала спортивок еще сильнее дразнил, пока мужчина передвигался; шаркающие шаги черных кроссовок или иногда скрип обуви по полу, когда их хозяин совсем лениво поднимал ноги.

Это как мелодия, состоящая из разных звуков. Вместе музыка, по отдельности пустота. Я не поняла, понравилась мелодия или нет, но насторожила однозначно. Мурашки вдоль позвоночника еще больше взволновали, поэтому пальцами посильнее обхватила перила. В поисках поддержки.

Я решительно подняла взгляд на мужчину, отметила его внешний вид: коричневую майку, на лоб налезала темная челка, а глаза, как и помнила были черные-черные и очень сильно впивались в предмет исследования.

Облик мужчины кричал о том, что у него тоже сегодня физическая культура. Была или будет. Поэтому я мысленно приготовилась зажать нос при приближении мужчины. Всего пару шагов осталось до него. Перестала дышать...а то мало ли умерла бы от запаха.

Мужчина остановился на ступеньку ниже. И все равно я видела его глаза напротив своих. Выше? Дайте я запишу на листочке. Я нашла представителя мужского пола выше меня, причем на целую ступеньку. А это сантиметров пятнадцать.

А потом поняла, что дышала и вдыхала вполне приятный запах...парфюм? Эти Низы оказывается не такие уж и Низы, вполне ухаживали за собой. А нет, запах сигарет неприятно пробрался в нос.

Мы так и будем смотреть друг на друга? Что ему надо?

— Вы хотели со мной поговорить, Андрей сказал. У вас есть разговор? — не выдержала упорного, изучающего взгляда. Сколько можно не мигать и смотреть? Я не полотно на выставке.