Полёт феникса (СИ) - Архангельская Мария Владимировна

— Что ж, я вовсе не намерена препятствовать общению с роднёй, — и я снова повернулась к слушательницам внизу. — Через три месяца праздник Зимнего солнцестояния. В честь него будет дано представление, и у вас будет возможность выступить перед его величеством. Покажите ваше усердие, приложите все силы. Пока это всё. Расходитесь.

— Мы будем строго следовать вашим указаниям, ваше величество! — отрепетированно откликнулись девушки. — Младшие наложницы просят разрешения уйти.

Они ещё раз поклонились, потом поднялись, сделали слаженный поворот кругом, так что передняя шеренга стала последней, и ряд за рядом покинули комнату. Кадж сделала глоток из своей чашечки и взяла из вазочки мочёную сливу.

— У старшей сестры ещё есть дела на сегодня? — спросила она. Оставаясь наедине, Кадж с моего согласия обращалась ко мне менее формально. — Как раз сегодня ко двору прислали дань вином из южных провинций. Мы могли бы посидеть за чаркой, как в старые добрые времена.

— Я бы с удовольствием, но сейчас мне надо встретиться кое с кем ещё. Возможно, в другой раз. К тому же мне, быть может, предстоит на ближайшее время совсем отказаться от вина.

— Старшая сестра… Неужели?

— Это ещё нужно подтвердить, — я улыбнулась. — Так что пока не надо поздравлений.

Гань Лу полностью подтвердил мои подозрения, поздравил сам и тут же спросил, послать ли к его величеству. Я ответила, что намерена сообщить ему всё сама. Из своих покоев к ждущему меня паланкину я вышла в удивительно радужном настроении. Не я ли совсем недавно размышляла, что двое детей — вполне достаточно? Но вот у меня будет третий ребёнок, и я прямо-таки неприлично счастлива. Все прошлые страхи куда-то улетучились. Уж если я благополучно родила двоих, как-нибудь рожу и третьего, старшего ребёнка старшей жены, чьё положение будет не так-то просто поколебать. Покачиваясь в паланкине, я с улыбкой гладила живот. Вот теперь я надеялась, что будет мальчик. А уж как обрадуется Тайрен!

Когда паланкин опустился на землю и Ле Лан, почтительно отведя занавес в сторону, помогла мне выйти у ступеней дворца Великого Превосходства, мне поклонился посланный вперёд Шэн Мий.

— Ваше величество, умоляю простить нерадивого слугу.

— Что случилось?

— Я отправился вперёд доложить о вашем прибытии и услышал… Его величество сейчас беседует с сановником Раем о… о вас. Слуга считает, что вашему величеству лучше услышать самой.

Я приподняла брови, несколько удивленная постановкой вопроса. Мне откровенно предлагают подслушать, вот как? Что же такого сановник Рай может обо мне говорить? Вообще-то обо мне Тайрену уже много чего наговорили, один такой разговор мне уже довелось слышать своими ушами. Тогда Тайрена посетил самолично один из трёх Великих наставников, полагающихся императору наряду с тремя Великими верховниками, Великий опекун Динь Е. Как раз в момент его прихода я сидела у Тайрена в кабинете, Великий опекун со всей положенной почтительностью попросил о разговоре наедине, и я вышла в соседнюю комнату. Вот только сановник Динь не учёл, что здешние деревянно-бумажные стены прямо-таки созданы для подслушивания. Или, быть может, счёл, что императрица не унизит себя прикладыванием уха к стенке, даже искушаемая бормотанием голосов из-за двери? Плохо же он тогда знал императриц.

— …Развлекался, выпуская стрелы вверх и называя это "стрельбой по Небу", был распущен, пил много вина и слушал женщину. Всех чиновников, которые пытались увещевать его, он тут же казнил. Все благородные люди Ин говорили: "Это второй тиран Е, надо казнить его поскорее". Вы же помните, ваше величество, чем всё закончилось? Подданные царя Хэйи-цзана обратились в соседнюю Цунь, с тем чтобы низвергнуть его, Ин была завоёвана войсками Цунь, разделена на части, и жертвоприношения предкам рода Чжаи прекратились.

— Я всё это прекрасно помню, — голос Тайрена был тихим и опасным. — И в чём же, позвольте спросить, вы уподобляете меня царю Хэйи-цзаю? Быть может, я развлекаюсь стрельбой по Небу? Или пью слишком много вина? Веду себя распущенно?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вашему величеству известно, в чём. Вы возвели в императорское достоинство женщину вашего отца. Одно это очерняет ваше величество в глазах ваших предков и простолюдинов.

— Вы их спрашивали? — кротко спросил Тайрен. — Моих предков и простолюдинов?

— Прошу прощения у вашего величества?..

— Императрица Фэй добродетельна, умна и предана нам. Найти такую женщину — большая удача для нашей династии.

— Слуга осмелится возразить, ваше величество. То, что я упомянул — уже плохо, но это касалось Внутреннего дворца и было личным делом вашего величества. Однако императрица Фэй не ограничивается властью над Внутренним дворцом. Разве её величество не имеет влияния на то, как решаются государственные дела в империи? Разве ваше величество не прислушивается благосклонно ко всему, что она скажет? Недаром говорится: если курица возвестила утро, дому конец. Молю ваше величество склонить свой слух к словам старого слуги — отошлите императрицу или хотя бы призовите её к порядку! Или у вашего величества нет достойных советников? Женщина, взявшая власть в руки, способна лишь губить и разрушать, как погубила Первую империю Чжан Дандан! Молю ваше величество — не губите империю!

Тайрен довольно долго молчал.

— Но ведь на вас я могу положиться, господин Великий опекун? — официальным тоном спросил он.

— Разумеется, ваше величество, во всём.

— Значит, я могу доверить вам важное дело.

— Приказывайте, ваше величество.

— Вы знаете, что область Чжучхе подверглась двойному разорению от рук варваров — когда они шли от границы степей к столице, и когда под ударами наших войск откатывались назад. Почти все чиновники в ней погибли либо разбежались, и я до сих пор не назначил нового начальника области. Между тем опасность ещё не миновала, степняки могут в любой момент снова вторгнуться в наши владения. В таком месте мне нужен человек надёжный и опытный. И я не знаю никого, кто подошёл бы лучше вас, сановник Динь.

На этот раз долго молчал сановник, а вот я мысленно ахнула. Если Великий опекун — должность первого ранга, то начальник области — в лучшем случае третьего. Это не просто отставка с занимаемой должности, это понижение, да какое!

— Приказ будет готов в самое ближайшее время. Надеюсь, вы меня не подведёте, сановник.

— Подданный… примет указ, — казалось, что в горло Динь Е попало что-то, мешающее ему говорить. — Могу лишь… молить Небо, чтобы оно прояснило разум вашего величества, и Северная империя спаслась от уготованных ей бедствий.

— Не беспокойтесь, я приложу все усилия, чтобы бедствия её миновали. Идите.

Прозвучали медленные шаги, в соседней комнате стало тихо. Я выждала ещё какое-то время, после чего осторожно вышла в кабинет. Тайрен сидел за столом, задумчиво глядя куда-то перед собой. Я тихо подошла, обняла его сзади и прижалась щекой к его забранным в пучок волосам.

— Им нужен урок, — тихо произнёс Тайрен. — Всем им.

Я не стала переспрашивать, а он больше ничего не добавил. Указ вышел уже на следующий день, и в нём было прямо сказано, что сановник Динь лишился места Великого наставника за клевету на моё величество. Увещеватели, правда, сразу не унялись, но после ещё пары-тройки ссылок поутихли. И вот опять? Что же там сейчас может говориться такого, что способно так встревожить моего распорядителя?

Слуги кланялись мне, опуская бесстрастные взгляды — если их и удивило, что императрица ломится к своему супругу без доклада, они никак этого не показали. Остановить меня тоже никто не подумал. Двери в покоях Тайрена содержались в полном порядке, ни одна створка даже не скрипнула. И я мысленно благословила обычай ставить перед дверями деревянные ширмы — защиту от злых духов. Ибо духи, как известно, могут двигаться только по прямой, и обогнуть неожиданную преграду для них непосильный труд. На мой взгляд, с остановкой духов вполне могли справиться и повороты коридоров, но местные предпочитали перестраховаться. И вот — я могла, стоя за ширмой у входа, слышать всё, оставаясь для людей в комнате невидимой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})