Восхождение Королевы (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

— Наследник трона Маг Мелла… полагаю, перед тобой выстроится немало кандидаток в жены, — она сделала глоток из термоса и закрыла глаза, присосавшись к жидкости. — Моя жажда просто запредельна. Эту проблему чай не лечит.

— Скоро ты вернёшься в норму. Снова сможешь потопить всю Европу, если будешь не в настроении.

Я обещал то, что не мог ей даровать?

Возможно, это один из моих последних шансов по-настоящему прикоснуться к Аэнор. Клин боли расколол мою грудь при этой мысли, нанеся рану, подобную кроваво-красной трещине на дне моря.

Может, я сумею в последний раз соблазнить её перед уходом. Если это ещё возможно после всего того, что я ей рассказал.

Я вдыхал запах её волос, теперь отчаянно желая извлечь максимум из того времени, что нам осталось вместе. Перед уходом мне хотелось провести с ней ещё одну ночь. Я исцелю Аэнор, а потом соблазню её в последний раз. В безопасности, подальше от пытливых глаз блуждающих огоньков, я найду способ в последний раз услышать, как она хрипло всхлипывает от наслаждения.

И я сделаю так, что она никогда этого не забудет.

Глава 13

Аэнор

В воздухе витал холодок, влажный и тяжёлый. Теперь уже опустилась тьма, и за нами следила полная луна.

Очевидно, Салем выдал свой тёмный глубинный секрет (о том, что мы наречённые супруги), и это худшая вещь в мире, и никто не должен об этом знать.

Вот только… мне не казалось, что ему больше нечего сказать.

Я понимала его достаточно хорошо, чтобы знать — он ненавидит секреты. Но он всё равно утаивал что-то. Судя по напряжению в груди, по жёсткости его пальцев я знала, что он до сих пор хранит секрет.

Однако не похоже, что я выведаю его в ближайшее время.

Октябрьская прохлада в воздухе сделалась ещё морознее, когда опустилась ночь. Когда я выдохнула, вокруг моей головы заклубился туман. Даже в кожаной куртке я замерзала. Окинув взглядом океан, я увидела куски льда, дрейфующие в волнах. Они мерцали отблесками света. «Какого чёрта…?»

— Аэнор, — прошептал Салем. — Я не уверен, что мы одни.

— Я как раз думала о том же, — когда начал падать снег, искрящий серебром в лунном свете, я крепче обвила руками шею Салема. Я высунула язык, и на него упала снежинка. — Помнишь, когда ты поджёг тех ведьм в лесу? Тех, что с ледяной магией?

— Помню, да.

Снежинка растаяла.

— Полагаю, ты не стал оставлять кого-то из них в живых? Потому что этот холод не кажется полностью естественным.

Его бицепсы напряглись.

— Возможно, я оставил кого-то из них в живых. Там царил хаос, и они были как будто повсюду.

— И если мы убили всех их сестёр, думаю, они захотят отомстить. И мы недалеко от Маг Мелла.

Последний слог моего слова заглушил пронзительный визг, пронёсшийся по воздуху.

Крылья Салема захлопали чаще, низкий бьющий звук разносился по ветру.

— Держись.

Когда по мне ударил холодный штормовой порыв, я посмотрела вниз, на океан, где завитки мерцающего тумана клубились над холодным бурлящим морем. Без моей магии морозный воздух пробирал до костей, и у меня застучали зубы. Салем был единственным тёплым существом вокруг.

Низкое гудение магии заполняло всё вокруг и дрожало на моей коже. Я чувствовала, как вокруг меня вибрирует сила ледяных ведьм, и моё дыхание участилось.

Вновь взглянув поверх плеча Салема, я увидела первую из них, её серебристо-голубые волосы появились над водой. Она взметнулась в воздух, завизжав, и распростёрла руки.

— Салем! — как только я прокричала его имя, верёвки льда выстрелили из руки ведьмы. Они пронзили крылья Салема, и его мышцы застыли, руки разжались, когда его тело оледенело.

Я выскользнула из его рук, рухнув в студёное море. Из-за шокирующего холода у меня перехватило дыхание.

Не успела я даже вынырнуть на поверхность, как ледяные пальцы сомкнулись вокруг моего горла, когти впились в шею. Страх мурашками поднялся по моему позвоночнику.

Я двинула локтем назад, на мгновение высвободившись из хватки ведьмы… достаточно надолго, чтобы суметь уплыть от неё. Я содрала с себя кожаную куртку, чтобы двигаться быстрее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Затем я нырнула под воду, стремительно двигаясь в толще моря. Как минимум я могла быстро плавать.

Создав между нами немного расстояния, я вынырнула между волн. Моё сердце колотилось как бешеный зверь, пока я искала Салема. Он оставался застывшим в воздухе, его тело было заточено в лёд и мерцало в лунном свете. Четыре ведьмы летали вокруг него, и разодранные белые одежды трепетали позади них.

Вокруг меня океан замерзал, на поверхности плавали куски льда. Мои зубы сильно стучали.

Мне нужно добраться к Салему. Что-то в том, как он застыл в воздухе, окружённый врагами, казалось таким пронзительно одиноким. Бледный свет звёзд мерцал на его заиндевевших крыльях.

Я продолжала плыть сквозь волны, оставаясь на поверхности, чтобы смотреть на него. Шёпот, доносившийся сверху, заполнял воздух. Ведьмы, кружившие возле Салема, говорили с ним. И вопреки их тихим голосам, я слышала обрывки фраз.

— Убей свою наречённую, — шептали они, — иначе ты никогда не вознесёшься на небеса.

Ведьмы подлетели ближе к нему, серебристые волосы развевались за их телами.

— Убей её, иначе мы раздробим твоё тело на тысячу кусков.

— Ты хочешь покинуть этот мир… — шептали они. — Есть лишь один способ.

— Оборви её жизнь…

— Иначе фрагменты твоего тела останутся здесь навеки… заточённые в земле.

— Убей её ради твоей единственной истинной любви.

— Иначе мы похороним куски твоего проклятого тела в изгнании, за пределами городских стен…

— Изгнанный с небес. Полынь прорастёт на твоих останках.

— Твоя единственная истинная любовь ждёт тебя. Она примет тебя обратно, когда ты покончишь с Аэнор.

Мои мышцы превратились в лёд. Его единственная истинная любовь?

Я вздрогнула от этих слов, когда их смысл полоснул по мне. Они говорили о ком-то другом.

— Поддайся нам… — они шипели как ветер, врывающийся в треснутое окно. — Мы почувствуем, когда ты согнёшься под нашей волей. Мы почувствуем твоё согласие.

Когти царапнули мою шею сзади, и я резко развернулась, обнаружив позади себя ведьму. Ярость наэлектризовала её ледяные глаза.

— Ты воровка. Он не твой. Его сердце принадлежит другой.

О чём, во имя замёрзших сисек, она говорит? Или, точнее, о ком она говорит? Дикая ярость переполнила меня, и я потянулась к кинжалу в своей маленькой сумочке.

Но прежде чем я сумела вытащить его, ведьма схватила меня за волосы и силой окунула под воду. Её когти впились в мой череп с боков, и я почувствовала, как море вокруг меня замерзает.

Слова ведьмы звенели в моей голове.

«Его сердце принадлежит другой».

«Единственная истинная любовь…»

Моё тело превращалось в лёд, но я вытащила кинжал из сумочки. Я изо всех сил пырнула ведьму в запястье, и она разжала хватку на моей голове. Я вынырнула на поверхность, отчаянно ища тепло.

Ведьма снова потянулась ко мне, но я вскинула кинжал к её шее сбоку, пронзив сонную артерию, затем вытащила обратно. Её глаза широко раскрылись, когда она рухнула под воду.

Моё дыхание вырывалось короткими, резкими вздохами. Я казалась паникующей, и клубы тумана вились вокруг моей головы.

Я посмотрела на Салема, и мои лёгкие сжались при виде его. Они промораживали его до костей… и мне казалось, что они разобьют его на осколки, если он не поддастся. Я не хотела отдавать своё единственное оружие, но мне нужно отвлечь их настолько, чтобы чары разрушились.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Переведя дыхание, я вместо этого схватила кусок льда и запустила им в ведьм.

Осколок ударил по одной из них, и она резко развернулась — этого оказалось достаточно, чтобы отвлечь её внимание от Салема. Его тело тут же засветилось красной магией. И в следующее мгновение оковы льда слетели с него. Пламя вырвалось из его тела, воспламеняя ведьм вокруг.