Эльфийка и эпидемия безумия (СИ) - Снежная Марина

— И все же мы проверим, — заявил Вэйд, но скорее, в пику графу. — Назовите полное имя этого молодого человека и то, что знаете о нем на данный момент.

Граф ограничился сухим упоминанием имени и фамилии, от остального же отказался напрочь. Еще и смотрел так, словно мы уже перешли границу дозволенного, и он едва сдерживается, чтобы не прогнать нас взашей.

— А ваша жена? — пока не выставили вон, поспешила спросить я. — Где она была прошлой ночью?

Сказать, что граф был возмущен вопросом — ничего не сказать. Уставился на меня с таким видом, словно я в него плюнула.

— Надеюсь, вы не додумаетесь идти к моей жене с подобными вопросами? — с негодованием воскликнул он. — Она здесь ни при чем.

— Но ведь мотив у нее был, — встал на мою сторону Вэйд.

— Да какой мотив? — граф даже развеселился от такого предположения. — У нас с ней чисто договорной брак. Я не лезу в ее дела, она в мои.

Вэйд несколько поскучнел, но все же изъявил желание убедиться в сказанном лично. Что и стало последней каплей для графа, после чего он разъярился настолько, что вызвал охрану и велел выставить нас за ворота. Еще и пообещал поговорить с Бидером о том, что себе позволяют его подчиненные.

К счастью, у стражников достало благоразумия не хватать нас руками, а просто попросить удалиться. Наверное, убийственный взгляд Вэйда повлиял на них в благотворную сторону. Иначе, боюсь, напарник бы точно взорвался. От него исходило такое напряжение, что я физически это чувствовала. Казалось, ждет малейшего повода, чтобы выпустить наружу всю неприязнь, какую питал к аристократам и их чванливым слугам.

— Теперь ты понимаешь, почему я не люблю работать с высшим обществом? — угрюмо бросил он, идя к ожидающему нас служебному экипажу.

Едва поспевая за напарником, я кивнула.

— Понимаю. Но что мы будем делать дальше?

— Придется обращаться за разрешением к Бидеру, объяснив ситуацию. И надеяться на то, что он окажется на стороне следствия, а не своего приятеля.

— Думаешь, графиня все-таки замешана в убийстве?

— Кто знает, — пожал плечами Вэйд. — Но расспросить ее следует непременно. Пока же поедем в театр, где работал убитый. Есть несколько вопросов и к его коллегам. Вдруг что — то интересное расскажут. Особенно тот, кому он перешел дорогу.

Я вспомнила актера, игрой которого так восхищалась, гораздо более талантливого, чем Миранадаль, и от души пожелала, чтобы он был здесь ни при чем. Но проверить, однозначно, следует.

ГЛАВА 6

Театр без толпы зрителей смотрелся совершенно по-другому. Как ленивый, расслабленный огромный кот, растянувшийся на солнышке. Вспомнив, какая суета тут царила вчера, я еще больше почувствовала разницу. Думала, что актеры после вчерашней премьеры будут отдыхать. Но не тут-то было. Охранник у входа сообщил, что распорядитель труппы уже собрал всех в зале на очередную репетицию и разбор вчерашних ошибок. Нам он препятствовать не стал — значок Департамента сделал свое дело.

Зрительный зал тоже поражал пустотой. Лишь в первых рядах кое-где сидели люди, наблюдая за действиями актеров на сцене. Полноватый, но не лишенный определенной элегантности мужчина зычным голосом давал указания и комментировал происходящее. Наверное, это и есть распорядитель. Я даже его вспомнила — после премьеры он выходил на сцену вместе с Азали Осале.

При звуке шагов к нам устремились всеобщие взгляды, после чего распорядитель разочарованно произнес:

— А я думал, это наш спящий красавец, наконец, явился.

— Видимо, благодарность почитателей таланта настолько его утомила, что сегодня и не явится, — едко сказал один из актеров, которого без грима едва можно было узнать.

И я в очередной раз поразилась, как Дигора Минниса тогда изуродовали подведенными бровями и накладной бородой. Хотя в нем и под всей той маскировкой можно было угадать привлекательного мужчину. Но сейчас это стало еще более очевидным. Пожалуй, убитому эльфу он ни в чем не уступал. Ну, разве что отсутствием удлиненных ушей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы даже не предполагаете, насколько правы, — заговорил Вэйд, уже подошедший к переднему ряду зрителей, где сидел распорядитель. — Если, конечно, речь о Миранадале Готе. Он и правда не явится. Ни сегодня, ни когда-либо еще.

Воцарилась тишина. Актеры и обслуживающий персонал вместе с распорядителем уставились на моего напарника в некотором замешательстве.

— Вэйд Садерс, дознаватель Департамента Правопорядка, — привычно представился Вэйд, потом назвал и мое имя. — Мы здесь по делу об убийстве господина Готе.

После этих слов будто огненный шар взорвался. Люди возбужденно загалдели, обсуждая услышанное. Но распорядитель довольно быстро пресек это безобразие, громко гаркнув на них.

— Я Мадр Мингер, — представился он, поднявшись навстречу. — Распорядитель театральной труппы. Отвечаю за подбор актеров, проведение спектаклей, репетиций и прочее. Чем могу вам помочь?

— Всего лишь честными ответами на наши вопросы, — криво усмехнулся Вэйд. — И попросите ваших подчиненных не расходиться. Их мы тоже опросим.

Распорядитель дергано кивнул и, отдав распоряжения актерам, повел нас в сторону кулис. Миновав подсобные помещения, мы добрались до его кабинета.

Он явно не знал, как себя правильно вести с нами, потому нервничал. Начал было предлагать чай или кофе, но Вэйд отказался.

— Хотелось бы сразу перейти к делу. У нас еще много работы, — сказал он, усаживаясь в не очень удобное кресло.

Я присела на такое же, стоящее чуть поодаль.

Судя по виду кабинета, пыльному и захламленному, здесь хозяин проводил не слишком много времени.

— Можно спросить, как это случилось? — нервно сцепив пальцы перед собой на письменном столе, спросил распорядитель.

— Убитому нанесли около двадцати ножевых ран. Изуродовали лицо и отрезали некоторые части тела, — коротко ответил Вэйд.

Распорядитель судорожно сглотнул и слегка ослабил ворот рубашки — видать, стало трудно дышать.

— Но кто это сделал? — наконец, спросил он.

— Вот это нам и хотелось бы выяснить, — в упор глядя на него, откликнулся напарник.

Снова повторял свой коронный номер, как и в случае с оборотнем-крысой. Смотрел так, будто именно этого человека и подозревал. Действовало безотказно. Даже такой с виду собранный и волевой мужчина почувствовал себя донельзя неуютно.

— В какое время Миранадаль Готе покинул вчера театр? — сухо спросил Вэйд без всякого перехода.

— Вскоре после окончания банкета, — подумав, ответил распорядитель.

— Один?

Мужчина замялся и, догадавшись о его затруднениях, напарник уточнил:

— О его связи с графом Нардалом мы знаем. Как и о том, что вчера он ужинал вместе с убитым. Но хотелось бы уточнить кое-какие детали.

Распорядитель изумленно расширил глаза.

— Так это граф его… — недоговорил и опять дернул за ворот рубашки.

Потом поднялся, подошел к графину с водой и дрожащей рукой налил себе в стакан. Выпил практически залпом и вернулся к столу.

— Это одна из версий, — откликнулся на вопрос Вэйд. — Мы и ее отрабатываем. Итак, попрошу вас говорить без утайки. Тем более что моя напарница менталист и уловит ложь. Браслет, насколько вижу, вы не носите.

— Зачем? — даже обрадовался возможности сменить щекотливую тему распорядитель. — Никогда не скрывал того, что думаю. За то и ценят. Или ненавидят. Тут уж не мои проблемы.

Эти слова, похоже, понравились Вэйду, даже взгляд несколько потеплел. Наверное, почувствовал родственную натуру. Сам он тоже редко беспокоился о том, кто и что подумает о его высказываниях.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Итак, театр господин Готе покинул вместе с графом Нардалом, насколько я понял? — вернулся к обсуждению дела напарник.

— Да. Сразу после того как вернулся экипаж графа, отвозивший его супругу.

— Что можете сказать по поводу графини? Она выглядела раздосадованной тем, что муж уделял внимание господину Готе?