А единороги будут? - Ирина Владимировна Смирнова

— Потому что я с детства мечтала отправиться на Истейлию и восстановить справедливость. — Еще одна романтичная натура на мою голову! — И, потом, меня по–прежнему привлекает ваш инкуб.

Судя по взглядам, которыми она одаривала Нибраса, Истейлию упомянули исключительно из вежливости. Основной причиной был демон, и я прекрасно понимала эльфийку, если честно!

Вот не будь у меня Рикиши — влюбилась бы, ибо красив так, что глаза хочется зажмурить. А излучаемое очарование? А вежливое воспитание? А голос, от которого мурашки по телу? А рога, которые так и тянет потрогать?! А хвост?.. И это она еще крыльев не видела!

Да, Нибрас прекрасен, только поглядывает он на свою поклонницу как–то опасливо. Не привык к такому напору?

— Чем тебе девушка не нравится? — поинтересовалась я у демона ментально. — Красавица же…

— Она не испытывает ко мне тех эмоций, которые старается демонстрировать, — пояснил Нибрас. — Я ей безразличен.

Странно, Рикиши неоднократно подчеркивал, что я могу чувствовать ложь. Однако сейчас в словах эльфийки я ее не ощущала. Она действительно была заинтересована нашим демоном.

Сделав приглашающий жест рукой, я подождала, пока Бхинатар поможет девушке сесть за стол рядом со мной. Потом принялась задумчиво грызть яблоко, размышляя, верить или не верить, кому верить и, вообще…

— Твои предложения? Сможешь помочь нам быстро выбраться из леса?

Эльфийка кивнула:

— Да, при условии, что вы возьмете меня с собой.

— В качестве кого? — я в упор уставилась на девушку, при этом вновь вгрызаясь в яблоко, сочное, аппетитно хрустящее на зубах.

— В качестве жреца, конечно. Я дочь Виньямара, потомок жреца маски Кросис, которому покровительствует драконица Силанна.

Нахмурившись, я догрызла яблоко, метко зашвырнула огрызок в стоящую как раз для этой цели широкую вазу типа нашей урны и уже приготовилась согласиться, потому что выбора у нас почти не было, как Шакрасис радостно–возбужденным тоном ментально сообщил:

— У нас еще гости!

Бхинатар, отлучившись и оставив нас с эльфийкой в обществе Рикиши и Нибраса, буквально сразу вернулся в сопровождении чудного восторженного ребенка, с которым я столкнулась под утро.

Девушка успела привести себя и свою одежду в порядок, подвернуть оба сапожка, сменить платье на свободного покроя штаны цвета хаки, а так же накинуть на плечи темно–зеленый плащ.

— Синьагил?! — первая эльфийка приподнялась в изумлении со стула, но потом снова уселась обратно с гордым и независимым видом.

— Лотанариэ? — вторая эльфийка тоже явно не обрадовалась неожиданной встрече. — Что ты здесь делаешь?

— Уж, явно, не тебя жду, сестренка! — первая эльфийка с презрением отвернулась от второй, изобразив на лице полное отсутствие какого бы то ни было желания общаться.

— Нибрас, присмотри за нашей гостьей, — я встала из–за стола, подхватила вторую девушку под руку и потащила ее из столовой. Сначала следовало пообщаться наедине, а уже потом проводить очные ставки между родственницами.

— Леди Мируан, не верьте Лотарнариэ! Она — любимица отца и, я уверена — пытается втереться к вам в доверие, чтобы потом предать.

— А ты, значит, не любимица? — раз я перешла на ты с первой из сестер, явно, старшей, то уж со второй, младшей, тем более могу себе позволить подобное панибратство. А, вообще, просто нервничаю я, нервничаю… И веду себя поэтому неправильно. Надо было быть вежливой и невозмутимой, а я разве что в открытую не хамлю.

Бхинатар и Рикиши увязались вслед за нами, хмуро поглядывая в сторону моей собеседницы. Судя по всему, она не внушала им доверия. Мне на самом деле тоже.

— Конечно, нет. Моя мать была всего лишь любовницей, а не женой. И запретила мне воспитываться вместе с братьями и сестрами.

Что–то в этой фразе насторожило мою интуицию. Возможно то, что решение расти независимо было принято матерью девушки, а не ею самой.

Тут эльфийка обернулась к Бхинатару, улыбнулась ему и потом снова повернулась ко мне:

— Я так рада, что смогу осуществить свою мечту и отправиться вместе с вами освобождать Истейлию! У вас такие чудесные спутники! Под их защитой, я уверена, нам не страшны никакие опасности.

Никакой радости, что эта красотка потащится с нами и будет виснуть на шее моего мужа, я не испытывала. Но, возможно, надо быть доброй и щедрой, не вставать на пути у чужого счастья и, вообще, не мешать Бхинатару обустраивать свою личную жизнь?

— То есть ты хочешь отправиться с нами? — задавая этот вопрос, я только руками не замахала, как Обби — лапками, так меня корежило от мысли, о такой спутнице. Предубеждение или интуиция? Ревность, зависть или предчувствие?

— Да, я готова помочь вам выбраться из леса, но при условии, что вы возьмете меня с собой.

— Отлично… — я задумалась, пытаясь обнаружить в себе те самые секретные способности, позволяющие чувствовать ложь. Способности затаились и помалкивали. — Рикиши, — мысленно обратилась я к своему нетопырю. — Приведи в столовую Клима. Возможно, у единорогов более чуткие слух и нюх, а то я не очень понимаю, какой из них верить.

Глава 39

В столовой Лотанариэ и Нибрас довольно спокойно общались на тему употребления эльфами мяса — очевидно, демон тоже изголодался на вегетарианской диете или поговорить больше оказалось не о чем. Со стороны они, кстати, смотрелись довольно красиво. Черноволосый черноглазый мужчина с тонкими аристократическим чертами лица, талией на два размера уже плеч и аккуратным ненавязчивым рельефом мышц на руках и груди (специально безрукавку расстегнул, наверное). А наличие гладких чуть завернутых в сторону друг друга рогов только прибавляло ему шарма. И хрупкая миниатюрная блондинка с уложенной вокруг головы длинной косой, большими практически синими глазами и пухлыми маленькими губками. Причем на Нибрасе безрукавка, штаны и сапоги практически черные, а на Лотанариэ — белое платье с золотой вышивкой, белые полусапожки и белая же лента в прическе. И вся она такая светлая, кристально чистая, прямо глаза слепит…

Сидят они такие, друг напротив друга, глаза в глаза смотрят и о такой банальной теме, как еда, разговаривают.

Синьагил презрительно нахмурила задранный кверху носик и тоже уселась за стол, демонстративно рядом с Нибрасом. Окружили девушки моего демона, а он, вместо того чтобы радоваться, как–то нервно поглядывать начал то на одну, то на вторую. А потом ментально у меня поинтересовался:

— Леди Мируан, позвольте, я их нейтрализую? А то они обе ведут себя очень подозрительно.

Я улыбнулась и кивнула, при этом отодвинув кресло от