Десять причин никогда не быть с тобой - Мира Ризман

и не подумала, что они родня. Впрочем, если говорить о семейных связях, то близнецы, определённо пошли в ту ветвь рода, к которой относилась и Кори. Местная заучка приходилась кузиной этой троицы, и все они были потомственными целителями. Хотя, судя по нраву Аслана, тот не отказался бы изменить жизненное кредо.

После ужина все сначала отправились мыть посуду, а затем устроились в гостиной, но если Джэйн ожидала оживлённых бесед или игр, то её ждало огромное разочарование. Каждый из местных домочадцев, даже шалопаи Дик и Аслан, вооружились книгами и принялись что-то изучать. Мастер подошёл к Джэйн и вручил ей толстенный справочник по травам.

— Посмотри хотя бы несколько страниц, чтобы завтра было легче разбираться, — посоветовал он.

— Уже завтра? — Джэйн никак не ожидала, что её так быстро начнут загружать делами.

— А чего ждать? Травы гораздо лучше изучать сразу на практике, — с улыбкой заметил Шамидж, а потом покосился на выданный справочник: — но немного теории, чтобы начать разбираться, тоже не повредит. Не волнуйся, ты отправишься с Кори. Она как раз пока осталась без пары.

Джэйн отыскала взглядом уткнувшуюся в не менее плотный том местную заучку. Та и ухом не повела, хотя точно слышала о назначении.

— К утру я сделаю тебе такой же медальон, — пообещал мастер. — И, если что-то непонятно… — он вновь посмотрел на справочник. — Так же обращайся к Кори.

— А я не слишком буду её отвлекать? — с нарастающим напряжением спросила Джэйн. Ей совсем не хотелось лишний раз обращаться к Кори. Уж слишком она напоминала строгую учительницу из деревенской школы: такая же требовательная и серьёзная.

— Помогать младшим — одна из обязанностей старших, — пояснил мастер, после чего покинул гостиную.

Читать было невероятно скучно. Джэйн тупо разглядывала картинки разных растений, даже не пытаясь вникнуть в их содержание. Схемы строения цветов и листьев раздражали, а вот сами изображения какое-то время ещё занимали её. Они были выполнены невероятно качественно: художник отмечал каждую мельчайшую деталь, как например ворсинки на листьях или тончайшую кайму на лепестках. Однако спустя с десяток страниц всё огромное разнообразие слилось в общее невнятное месиво, и Джэйн вовсе перестала замечать отличий. Ей всё надоело, и, не зная, как себя развлечь, она принялась исподволь разглядывать мальчишек, надеясь привлечь их внимание. Но Дик и Аслан настолько были слишком увлечены своими книгами, что даже не поднимали глаз от страниц.

Какое-то время Джэйн наблюдала за мастером. Тот, вопреки её ожиданиям, не сидел без дела. Он то и дело проходил мимо с небольшими пучками трав, которые развешивал то под потолком крыльца, то над кухонным очагом, а некоторые уносились на второй этаж. Какие-то заботливо убирались в холщовые мешочки, другие толклись, и полученный порошок пересыпался в баночки, третьи укладывались в небольшие деревянные коробки. Джэйн и не подозревала, что у травников столько забот. Мастер возился до глубоких сумерек, и как только за окном стало совсем темно, он вновь появился в гостиной и несколько раз хлопнул в ладоши. Все тут же послушно отложили книги и уставились на него.

— Завтра Алиса и Артур занимаются хозяйством, Кори и Джэйн идут за травами, а вы… — Он с укоризной посмотрел на парней. — Снова на отработку. И постарайтесь уже закончить! Осталось всего две аптеки. Даю вам ещё два дня, если не успеете, будете ходить за травами на рассвете!

Дик и Аслан обреченно переглянулись, но спорить с мастером не стали. Затем все отправились по спальням, и Джэйн с неохотой залезла под холодное колючее одеяло. Как она и ожидала, кровать оказалось жёсткой, тесной и ужасно неудобной. Подушка была слишком тонкой и худой, будто в неё забыли положить травы или перьев. Джэйн без конца ворочалась и уже совсем отчаялась заснуть. Не в силах более мучить себя, она выбралась на балкон, залитый алым лунным светом. Шибер вот-вот должен был отпраздновать своё полнолуние и почти заслонил собой тусклую серебристую Лайлет. Ночь стояла безветренной и невероятной тихой. Джэйн уставилась на красную луну, и внутри всё стало наполняться каким-то странным волнением. Сердце внезапно сжалось, а дыхание сбилось. Джэйн сама не понимала, отчего задыхается. Может, от ночного воздуха, наполненного ароматами хвои? Или же от страха, что впервые оказалась одна в незнакомом месте, вдали от родных и близких?

«Ты не одна», — пролетела незваная незнакомая мысль, будто и вовсе чужая.

«Оно снова здесь, оно рядом, моё спасительное проведение», — улыбнулась самой себе Джэйн, и на душе стало спокойно. Она вернулась в спальню и, улегшись, наконец, смогла уснуть.

* * *

Во сне за ней кто-то гнался. В темноте ей никак не удавалось разглядеть неведомого преследователя, но страх понуждал к бегству, и она неслась от скрежета зубов, невнятного рычания и зловонного дыхания. В какой-то момент ей показалось, что неведомое чудовище вот-вот схватит её. Она чувствовала спиной его приближение и слышала, как клацают челюсти над пятками. Сил почти не осталось, сердце стучало в ушах как бешеное, горло горело огнём. И вот уже чья-то когтистая мохнатая лапа коснулась ноги, оставляя рваную глубокую рану. Джэйн вскрикнула и споткнулась. Полёт вниз был совсем недолгим, лишь сердце пропустило удар, как вдруг чьи-то тёплые руки подхватили её, и страх мгновенно ушёл. Она спешно подняла голову, чтобы посмотреть на своего спасителя, но тут кто-то внезапно начал тормошить её, а над темнотой разнёсся недовольный голос Кори:

— Джэйн вставай! Джэйн! Нам пора за травами!

«О нет!», — простонала про себя Джэйн и упрямо не открывала глаза. Ей ужасно не хотелось куда-то тащиться, да и вскакивать с кровати она не любила. Бабушка всегда позволяла ей немного понежиться и поваляться.

— Вставай ты уже, лежебока! Завтрак давно остыл! — Кори стремительно теряла терпение. — Говорила я, что не стоит давать тебе поблажки, и вот посмотрите на неё, уже полдень скоро, а она и не думает просыпаться!

Поняв, что дальше раздражать Кори не стоит, Джэйн неохотно повернулась и с трудом разлепила глаза. Говорить она не спешила, в горле из-за внезапного кошмара совсем пересохло, а лоб весь покрылся испариной.

— Ну наконец-то! — обрадовано воскликнула Кори. — Давай уже, шевелись! Надевай платье и надо выходить, иначе придётся тащиться по самой жаре!

Джэйн двигалась нарочито медленно: лениво потянулась, неспешно опустила ноги, и, с минуту потерев глаза, с трудом поднялась. Кори закипала, словно чайник. Её щеки пылали, а во