Вынужденная невеста дракона - София Руд

девиц. Точнее, волочусь где-то следом, чтобы и на виду быть, и в гущу не угодить.

Краем уха слушаю щебечущие голоса. Девушки говорят о местных цветах и садах в их имениях, а затем они решают вспомнить детство.

– Помнится, когда мне было десять, дядя подарил на день рождения пони, – хвалится брюнетка, но остальные девушки не спешат восхищаться. На лицах так и написано: «Подумаешь, пони…»

Ну, кому как. Если бы Рейну кто-то предложил даром покататься на пони, он был бы счастлив. Как же я люблю искорки в его вишнево-карих глазах.

Помню, Рейн увидел на базаре игрушку-дракона и так просил меня купить, что сердце обливалось слезами.

– Прости, малыш, – я опустилась на колени, чтобы заглянуть ему в глаза, и коснулась нежных влажных пальчиков. – Маме нужно еще поработать, чтобы это купить. Ты ведь сможешь немного подождать?

– Угу, – кивнул он. А когда я пришла ночью с работы, то дал мне мешочек тонких камешков, которые собирал целый день.

– Мама, это тебе монетки, чтобы ты так сильно не работала, – прозвенел нежный голосок, и сердце сжалось.

– Мое ж ты солнышко, – я закрыла мокрые глаза и прильнула губами к его лбу, пахнущему молочком и улицей. Когда вдыхаю его запах, на душе, как бы больно не было, становится светлее. Как же я соскучилась по нему. Моему теплому неугомонному мальчишке.

Приходится моргнуть несколько раз подряд, чтобы осушить едва зародившиеся на глазах слезы, пока не заметили другие невесты. Но им сегодня, к счастью, не до меня.

Они продолжают поддерживать пустые беседы, мило улыбаясь друг другу, словно разыгрывая сцену на случай, если кто глянет со стороны. И посматривают раз от раза искоса в мою сторону, чтобы я случайно не забылась и не возомнила себя им под стать.

Больно надо. Тем более меня сейчас беспокоит совсем иное. Неприятное чувство тревоги, зародившееся внутри несколько минут назад, становится всё сильнее и начинает сосать под ложечкой.

Что-то не так. Точно. Но что?

В голове начинают метаться мысли, и я уже места себе не нахожу. Обычно чуйка меня не подводит. Неужто случится что-то плохое?

Едва дамы решают, наконец-то, разойтись, как я одной из первых покидаю это общество. Спешу скорее оказаться в своей комнате и узнать у брата, всё ли в порядке с Рейном, но едва переступаю порог, как тут же пячусь.

Вопль непроизвольно срывается с моих губ, а испуганные глаза от шока превращаются в блюдца.

Глава 12. Опасные письма

В комнате всё перевернуто. Всё ящики комода оставлены открытыми. Дверцы шкафа нараспашку, а единственное платье и пижама лежат на полу. Но их сохранность беспокоит меня куда меньше, чем...

Я в ужасе кидаюсь к кровати, на которой валяется моя сумка. Всё содержимое вывалено наружу, но...

Блокнота моментальных писем нет!

В панике перебираю скромные пожитки несколько раз и хватаюсь за волосы. Нет! Блокнота нет! Кому он понадобился, дракон их за ногу?

А если этот «кто-то» прочитает мои письма?

Тише, Лея, книга ведь запечатана. О боги, кого я успокаиваю? Печать с нее ведь можно снять, если очень захотеть. Нужно только время и навыки. Нужно найти блокнот до того, как это случится.

– Что за крики? – влетает в двери Анна и тут же тормозит, обнаружив погром. – Это еще что?

– Хотела бы я знать, – цежу я, сжимая пальцами пустую сумку. – Мои вещи пропали.

– Ваши вещи? – переспрашивает Анна с таким видом, будто тут и красть-то нечего. – Что именно?

– Блокнот моментальных писем, – в отчаянии сообщаю я.

– Еще скажите, что у вас украли колье из слез единорога, – усмехается она.

– Нет, украли мой блокнот, – повторяю я.

– И откуда у прислуги деньги на такие вещи? – не верит мне сваха.

– Заработала, – хочу ответить я, но отвлекаюсь на топот в коридоре.

– Что за крик был? Что случилось? – переговариваются между собой невесты, толпясь у дверей моей комнаты. Всех я, конечно же, не вижу, но Сильвия стоит первой. И в отличие от остальных она выглядит не растерянной, оглядывая погром, скорее, довольной. Это она за всем стоит?

– Что тут происходит? – раздаются мужские голоса, и девушки тут же расступаются, пропуская в комнату блондина и брюнета в маске, которые тоже в первую очередь отмечают бардак, а уже потом вопросительно смотрят то на меня, то на сваху.

– Мисс Лейн утверждает, что ее обокрали, – нехотя сообщает сваха.

– Что именно у вас пропало? – спрашивает блондин, однако на самовлюбленном лице написано, что помогать мне он не хочет. Так, ради порядка осведомился.

– Книжка моментальных писем, – сообщаю я в который раз подряд.

– Если она была, – вставляет свое слово сваха.

– Что вы имеете в виду, миссис Толл? – хочет знать Дикий, и Анна пугается его острого взгляда.

– Моментальные письма – достаточно дорогое удовольствие. Думаю, мисс Лейн что-то путает, – говорит она, но уже не так смело.

– Давайте не будем переходить границы, миссис Толл, – отсекает Эйрел, и в комнате повисает напряженная тишина. – Ни вам, и никому другому не нужно рассуждать о платежеспособности мисс Лейн.

Спорить с Диким никто не решается, хотя блондину явно не нравится, что смотритель на стороне справедливости.

– Когда именно это случилось? – спрашивает меня Себастьян, но по его лицу понятно, что его раздражает не сам факт беззакония, а что ему это придется разгребать.

– Не знаю, – жму я плечами. – Я покинула комнату утром, а вернулась только сейчас и обнаружила это.

– Ни о чем не беспокойтесь, мисс Лейн, мы во всём разберемся, – заверяет меня Эйрел, за что тут же получает сердитый взгляд от Себастьяна.

– Да, разберемся, – подтверждает он, шипя сквозь зубы. – Уверен, это недоразумение. Расходитесь, пожалуйста.

Невесты с неохотой прячут любопытные носы и разбредаются по коридору.

– Поговорим? – тут же шипит Дикому блондин.

– Ни о чем не беспокойтесь, мисс Лейн, – повторяет мне на прощание Эйрел, а затем выходит из комнаты вместе с Себастьяном.

Легко ему говорить. Это ведь не его письма оказались в чужих руках. О боги, каждая минута ведь на счету. Что если вор уже взломал печать? Но я ведь очень надежно ее наложила.

Буду надеяться, что моя книга