Тень для Великого - Дарина Энглас

есть польза от этого замысла. Умереть теперь станет намного легче зная, что мой сын женится и обзаведётся потомством.

Они подослали тебе сильную тень и вскоре начнут манипулировать ей и подсовывать невесту. Безотказный план.

Старик вновь задумался.

— Чтож, постарайся выяснить, не является ли в действительности данная тень твоей настоящей истинной. Если это окажется так, то все права на неё станут твоими! Тогда ты сможешь оставить её себе, а жениться на ком угодно.

— Но как это узнать? Метку уничтожили! Специально или девушка умудрилась пораниться, хотя сложно в такое поверить.

— Эта Дала Нейлет росла в замке. Я помню её ещё девчонкой. Завистливая и наглая! Не то, что её подруга. Вот та была сама верность. Ты знаешь, что родился благодаря ей? Фанья её звали. Она отыскала дорогу к королеве нимфезов и достала благословение. Нужно отыскать её. И уговорить ещё раз сходить к этому народу. Нимфезы….всё знают про истинных и подскажут, твоя это или нет. К сожалению сам ты их не найдешь. Сам знаешь, как они относятся к мужчинам.

Он откинулся на подушки и прикрыл глаза. Длинный диалог вымотал его

— Иди сынок, что то я устал сегодня. Хочу немного отдохнуть. Расспроси мать, она знает, где живёт Фанья.

— Спасибо папа — Вэлмор наклонился и поцеловал старика в волосы у лба — я люблю тебя!

— Ты хороший мальчик Вэлмор. Отрада моей жизни. Боги не оставят тебя!

Этим же вечером, указом Великого, тень по имени Киллиан перевели из серого здания, в основной замок и разместили в гостевых комнатах. Вэлмор выстроил портал и навестил гостью. С удовольствием отметил, что теперь прислужница будет спать в о дельной комнате.

При его появлении служанка бухнулась на колени, а вскоре после приказа мага была вынуждена уйти в соседнюю комнату.

Девушка сидела на низком стульчике без спинки и смотрела в пол.

— Ясного дня Киллиан — тихо проговорил Вэлмор. Присев перед ней на корточки, пальцем осторожно приподнял ее подбородок. Откатная магия, после построения портала, с кончиков его пальцев тут же стремительно перетекла к ней. Тень даже не вздрогнула. Великий тут же почувствовал облегчение, освобожденный от травящих его магических шлаков. Он перевел и застопорил свой взгляд на ее тонкой кисти. Взял в свою руку, такую маленькую по сравнению с его, перевернул ладонь, наклонился и прижался к ней губами, чувствуя как ощутимо по всему телу прокатывает благодатная дрожь.

— Ты могла бы гордится собой. Великий собственной персоной у твоих ног, девочка — прошептал он. — Я буду счастлив, если ты окажешься моей.

На следующий день гонец принес письмо от Далы Нейлет с просьбой принять её с падчерицей в Скале, в качестве гостей.

"А вот и невеста", невесело подумал Вэлмор.

Глава 11. Килли

После того, как нас перевели в шикарные апартаменты главного корпуса, Мэдоли стала со мной разговаривать. Ну как со мной? Скорее она вела монологи с собой, но обращаться стала ко мне.

— Дала Нейлет будет нами довольна, слышишь? Если так и дальше пойдет, то очень скоро мы все получим желаемое. Ты отправишься к своим родителям, а я поеду на остров Драго. Жених у меня там. Дала обещала золотой в приданное за хорошую работу. Хватит и на обряд в храме и на новенький дом.

Я по прежнему не отвечала, отвар действовал безотказно.

Лишь в тех случаях, когда приходил Великий, в его присутствии дурман слегка отпускал свои оковы. Это были самые живые и яркие моменты в моей жизни. Словно меня выдёргивали из тягучей трясины и давали подышать свежим воздухом. Мне казалось, если бы он побыл со мной ещё немного, то я могла бы прийти в себя и сново стать собой.

Он навещал меня почти каждую ночь. Усыплял прислужницу и садился на край моей кровати. Иногда гладил волосы или лицо. Целовал мои ладони и глаза. После его ухода я ещё долго ощущала приятное томление в местах, где касались его губы.

Он стал моей отдушиной. Якорем, что не даёт уплыть в пучину вечного сна, из которого нет возврата. Моё сердце оживало с его появлением в комнате и разгоняла страхи и отраву в крови. Ох если бы он остался со мной до утра, возможно я смогла бы набраться сил и вымолвить несколько слов.

— Дала Нейлет с Далой Гэлли сегодня приглашены на торжественный ужин в честь дня рождения Великого. — болтала Мэдоли, причёсывая мои волосы и пытаясь собрать их в подобие пучка.

— Большого торжества не предусматривается, всё же все знают, что старый Орд Дал лежит совсем больной. Далы соседних островов и некоторые особо близкие семье аристократы, получили приглашения. Думаю будут танцы и у Далы Гэлли появится шанс увлечь Великого. Интересно его мужская сила уже проявилась? Жаль ты не можешь чувствовать. Но думаю, раз он регулярно сливает в тебя остаточную магию, значит вполне может вскоре женится. А там ритуалом переключится на жену и ты ему будешь не нужна.

От этих слов я почувствовала резкое удушье и покачиваясь стала задыхаться. Прислужница испуганно забегала, расстегнула сзади узкое платье и стянув его на мне, до пояса.

Моё сознание сузилось до одной точки и покинуло меня, избавляя от душевной боли.

Приходила в себя постепенно. Сначала услышала монотонный бубнеж служанки и одно слово мужчины. "Уходи "сказал он и я почувствовала радостный порыв и желание открыть глаза, узнавая его. Но команды не было, а я ещё была слишком слаба, чтобы сопротивляться отвару.

Мэдоли покинула комнату, дверь слегка скрипнула и в наступившей тишине, я услышала приближающиеся к кроватке шаги.

— Открой глаза и посмотри на меня — донёсся его тихий приказ.

Притом я почувствовала магическое влияние. Раньше таким владела прислужница. Ведь именно ей отдала Нейлет браслет управления.

Я подняла веки и уставилась сонным взглядом на Вэлмора.

— Ты напугала меня — он улыбался одними губами, при этом его глубоко посаженные глаза оставались серьезными.

Я моргнула, продолжая смотреть.

— Мне иногда кажется, что ты всё понимаешь, просто не можешь говорить. Или мне просто хочется, чтобы это было так.

Я вновь моргнула, а мужчина медленно и нежно погладил меня по щеке, присматриваясь и наклоняясь ближе, словно для поцелуя.

— Киллиан, если ты заперта в своем теле, но понимаешь меня моргни два раза.

И я сделала это. Хлопнула ресницами дважды и замерла.

Он подскочил и в волнении заходил по комнате.

— Это всё меняет, слышишь?

Он вновь подскочил и сев на край кровати взял меня за