Сладкие цепи для Ястреба (СИ) - Элис Айт

и огладил бедро. — И горяча как пожар. Могла бы уже сто раз выйти замуж или подобрать раба для утех.

— У меня появился ты, — я показала ему язык.

— Я-то, конечно, лучше всех, — рассмеялся он. — И все-таки это не ответ. Мужского внимания тебе не хватало, в этом я убеждался всю ночь напролет. Однако ты избегала мужчин. Сколько — год? Два? Почему, Суана? Что такого сделал твой муж? Это же его вина?

Я поморщилась. Ворошить горькие воспоминания сейчас, когда так хорошо и сладко лежалось в кровати, желания не было. Но раз откровение за откровение…

Глава 8.3

— Как ты уже наверняка догадался, этот брак заключили не по любви, а по сговору родителей. Я была готова терпеть мужа, но оказалась ему не интересна с самого начала. Он предпочитал девушек помладше. Выйдя замуж в двадцать лет, я для него быстро превратилась в перестарка.

У Ястреба вытянулось лицо.

— Это ты-то? С твоей красотой?(Суана по версии нейросети)

— Ты как будто не знаешь, насколько разными бывают вкусы. Кому-то нравятся персики, кому-то сушеные свиные уши… Муж свои предпочтения скрывать не пытался. Дом постоянно полнился молоденькими рабынями. Иногда он их затаскивал в постель по двое, а то и по трое. Мое присутствие его при этом не смущало. Он считал, что я должна… — слова с трудом шли на язык. Я помолчала. — Должна ублажать его любовниц.

Ястреб выдал заковыристое ругательство, какое мог сочинить только пират.

— Ублюдок поставил тебя ниже рабов! Надеюсь, это ты помогла ему встретиться с предками за Гранью?

— Если бы… Как я и говорила, я здесь абсолютно ни при чем. В своем увлечении супруг не видел ни краев, ни берегов. Он устраивал оргии не только дома. Видишь холм и вон ту рощу на нем? — я указала в окно. — Раньше она принадлежала нам, потом я ее продала. Муж любил ловить там птиц. И развлекаться тоже. Однажды он схватил одну из девушек — Лейху — и стал насиловать прямо во время прогулки. Но он не знал, что в эту рабыню влюблен молодой раб, который носил для него клетки с певчими птицами. Парень увидел, что творят с его возлюбленной, не выдержал и спустил моего мужа с холма. Перелом шеи — смерть была мгновенной.

— Ему бы стоило перед этим помучиться, — проворчал Ястреб. — Паренька только жаль. Заработал себе на новый пеньковый ошейник.

Я вздохнула. Да, за убийство хозяина существовало всего одно наказание — смерть через повешение.

— Этот парень здесь, дома. И девушка тоже.

У него округлились глаза.

— Те двое с младенцем? Только не говори, что спасла убийцу ради того, чтобы воспитывать внебрачного ребенка собственного мужа!

Я криво усмехнулась.

— Нет. Мы здесь все… не пылали к моему благоверному любовью. У парня хватило ума первым делом броситься ко мне. А я взяла надежных людей — его собственных родителей, Кефара — и пошла туда, где произошло убийство. Мы представили все так, будто мужа никто не сбрасывал, а он сам споткнулся и упал со склона. Страже приплатили, лишних вопросов нам не задали. Лейха, к счастью, после… того, что с ней сделали, не забеременела. Младенец — их собственный сын. В этом сомнений нет, он родился через год после смерти моего мужа.

Ястреб покачал головой.

— С каждым днем ты меня поражаешь все сильнее. Оставить у себя этих людей как вечное напоминание…

— Они верны мне как никто.

Все, кроме одного. Того самого человека, который воровал у меня и вносил в учетные книги заведомо неверные цифры.

И снова Ястреб догадался, о чем я думаю.

— Давай лучше выспимся, а важными делами займемся на свежую голову, — предложил он, притягивая к себе. — Ложиться на рассвете — одна из самых дурных привычек богатых людей.

— И пиратов, — хмыкнула я, устраиваясь у него на плече.

Настроение все равно испортилось. Я не сказала Ястребу об одной важной детали — я не противилась свадьбе с мужем, потому что была в него влюблена. Каков он на самом деле, выяснилось слишком поздно. И мужчин я отталкивала после этого не только из-за тяжелых воспоминаний, а потому что боялась очередного разочарования.

Пират оказался хорош. Нежен, внимателен и одновременно страстен — мечта любой женщины. Но все пустынные ястребы однажды улетают на волю и не возвращаются…***Дорогие читатели! Встречайте еще одного участника литмоба «Оковы желаний» — Каю Север и ее «Принца в подарок»!

Глава 9.1

Утром я проснулась раньше Ястреба. Сразу будить его не стала — поддалась слабости и любовалась тем, как солнце играет на его ресницах, затем наскоро позавтракала остатками ночного пиршества и направилась в свой кабинет. А там достала учетные книги и принялась проверять вчерашнюю догадку.

Признаки подлога обнаружились быстро, понадобилось только понять, на что именно обращать внимание. Изучая аккуратно вшитые в книгу листы, чуть-чуть отличающиеся от остальных, я корила себя за то, что при жизни мужа почти не занималась подсчетами, представив все это ему самому и Кефару, как нашему управляющему. А обманывать нас начали, как оказалось, уже тогда. И с каждым месяцем масштаб расширялся — вор наглел, видя, что я слишком занята горой свалившихся на меня забот.

Закрыв последнюю книгу, я какое-то время смотрела в потолок. Хотела бы сказать, что бездумно, но на самом деле на сердце было горько.

Учетные книги — задача Кефара. Его и только его.

— Кефар! — позвала я.

Он вошел в кабинет, сопя и вытирая капли пота с морщинистого лба. Ему пришлось подниматься по лестнице, а с каждым годом старику становилось все тяжелее и тяжелее это делать.

— Доброе утро, госпожа, — поздоровался он и, насупившись, уставился на меня. Будто я его чем-то успела обидеть.

— Что? — со вздохом спросила я.

— Вы уже работаете, а ваш… телохранитель до сих пор спит. В вашей же постели!

— И что?

— Госпожа ун-Суана, раб не должен мнить себя хозяином!

«А женщина не должна становиться главой аристократического рода?» — хотела продолжить я, но промолчала, поджав губы.

Рано.

— Кефар, кто, кроме тебя, имел доступ к учетным книгам?

Старик перемялся с ноги на ногу. В блеклых глазах промелькнуло что-то похожее на испуг, и все же управляющий ответил:

— Никто.

— Ты уверен? У нас три участка земли, которые мы сдаем в аренду. По каждому из них ведется своя книга — у нас и арендаторов. Каждый несколько месяцев ты ездишь проверять, как у них идут дела. Но ты уже стар, наверняка устаешь и