Как я прогуляла урок некромантии (СИ) - Виктория Миш

Медленно обернувшись к группе несчастных, кому богиней судьбы предначертано было учиться со мной и принять от меня наказание за свою бестактность и самомнение, я широко усмехнулась.

Ребята ахнули. А я сделала шаг вперед и грозно рыкнула:

- Бу!

Газель и Нинель в панике завизжали. Они были магичками и непривычными к темной стороне жизни. А ведь учились на знахарей. И – никакой выдержки. Сколько им крови, ужасов и оживших скелетов предстоит увидеть! Могли бы и промолчать.

Парни, коих в нашей группе было большинство, просто брезгливо морщились.

Гордей откинул палку в сторону. И вызывающе усмехнулся. Ну да, конечно. Он ведь тоже из Ордена Мстящих. С такими не связываются. Гад он и есть гад, даже если в документах написано, что человек обыкновенный.

Филигар, наш староста и тот еще зануда, единственный смотрел на меня с жалостью. Ему не нравилось всё, что я делаю. И не нравилось никогда. Даже если дело касалось вопроса, как держать вилку правильно или что заказывать на ужин. На всё и всегда у него было свое собственное мнение!

Диндон презрительно кривил губы потому, что на кладбище я отправилась без него. Хотя он и застукал меня за разговором с Чешем и набивался в товарищи. Но я отказалась. Во-первых, у него по некромантии три, почти всегда три, пусть даже и с километровым минусом. Зачем же ему прогуливать и привлекать внимание магистра?

Иногда я даже завидовала Диндону.

Если представить, что магистр Формблю хоть к кому-то относится по- человечески и с сочувствием – периодически выдавая сентенции: «ох, бедняжка, он родился бестолковым, ну что теперь с него спрашивать?» так это точно – наш Диндон. Ведь ни разу он не отправлял его на отработки по четвергам. Ни разу не отправлял на пересдачу и вообще, большую часть занятий делал вид, что его не существует.

В общем, я резко и решительно отказала парню. Во-вторых, я понимала, что лишние свидетели мне ни к чему.

Да, я испортила с ним отношения. Ну, а что было делать? Я честно и откровенно сказала своему единственному другу в Академии Гладостей, что ни за что не пойду на дело с парнем по имени Диндон. Это же сто процентный провал всего замысла! Несерьезно как-то.

К тому же, он будет звенеть всю дорогу и отвлекать меня. Ведь не зря родители назвали его таким странным именем. Парень и вправду не всегда знал, когда лучше помолчать. Когда стоит заткнуться и положить язык в карман.

На позапрошлом занятии я ему так и сказала: «Быстро засовывай язык висельника в карман, пока Формблю не увидел… Как зачем? Ты что, забыл, что нам в домашке задали? Да, нам нужен этот язык. Что значит, не хочешь воровать?.. Мы позаимствуем. На время. Остатки вернем в баночке!.. «

В общем, остались мы без языка. И без возможности дослушать лекцию. А на следующей контрольной, естественно, мы завалились на теоретических вопросах. Формблю их как раз рассказывал после того, как выгнал нас с урока. Диндону, впрочем, поставили три. А мне – два.

Как всегда два!

- Ну ты и страшилище! – сказал Алехандро. Наш красавчик с черными как смоль волосами и яркими выразительными голубыми глазами. Смазливый, конечно. Но он не шел ни в какое сравнение с зловещей красотой Формблю. Не был таким величественным и пугающим, таким сильным и в то же время…

Блин, опять я не о том думаю!

…Представляю, какой у меня зрелищный вид!

- Гелла, вставай!

Филигар первым опомнился и подал мне руку. Я с благодарностью взглянула на старосту. Всё-таки, что-то хорошее в нём было. Он не чурался широких жестов и часто помогал нам в учебе бескорыстно. В отличие от Алехандро – тот каждый раз выставлял такую цену за возможность списать конспект или получить ответ на вопрос, что волосы становились дыбом.

Сто фортинов за вопрос. Сто фортинов за готовое решение упражнения. Да у меня всего на жизнь оставалось сто пятьдесят фортинов!

Девчонки из нашей группы меня обычно игнорировали. Поэтому, единственный вариант, что либо списать или уточнить – обратиться к парням.

Иногда я спрашивала Диндона, всё-таки он мой друг. Но Диндон сам не всегда понимал тему. Долго корпел над ней, брал дополнительную литературу в библиотеке. В общем, когда до него доходило, что именно нужно сделать в задании, и как работает то или иное заклинание, мы уже проходили другую тему.

Неудивительно, что из всей группы самыми отстающими считались мы с Диндоном.

- Продолжим наше практическое занятие! – голосом, способным заморозить лёд, произнес магистр Формблю.

Оказывается, всё это время он стоял тут же, у скалы. И, видимо, наслаждался моим падением. Во всех смыслах.

- Напомню для тех невежд, возомнивших себя величайшими магами современности, и позволившим себе прогулять, что мы сегодня делаем. Оживляем древнейший артефакт безвестного некроманта. Каждому студенты предлагается свой артефакт.

Я не успела отпустить руку Филигара и отряхнуться, как в воздухе передо мной повис кинжал в ножнах. Небольшой, как раз мне в руку. Черные ножны с едва заметными истершимися иероглифами подсказывали, что вещь эта – очень древняя. Сколько ей лет? Пятьсот или тысячу.

- Вам необходимо взять ножны, подчинить себе и заколоть агнца для жертвоприношения, - продолжил объяснять Формблю.

На слове «заколоть» я испуганно ахнула. То есть, он нам предлагает убить живое существо?!

- Так вот…Некоторые из вас, я смотрю, не теряли времени даром, - в голосе некроманта как будто появились теплые нотки, - Гордей и Нинель, молодцы. Смогли приручить кинжал. Как я вам уже говорил, загон с овцами – с правой стороны, за каменным выступом. Там же стоят чаши для крови и алтарь для жертвоприношения.

Испуганно глянув на хмурого Диндона, парень не смог приручить оружие, и то кружилось вокруг его головы, рискуя оставить без глаза, а то и двух! я почувствовала, что меня замутит.

Не зря я решилась прогулять сегодняшний урок! И хотя о практике Формблю сказал как всегда, перед самым отбытием в скалы, я реально могла сохранить себе нервную систему.

Резать живое существо ради какого-то обряда!

Разве это не кощунственно?!

- Я не буду этого делать, магистр! – четко сказала я и посмотрела прямо в черные глаза некроманта. Опять черные, не фиолетовые. Может, мне показалось тогда, под действием странных чувств, что глаза Формблю другого оттенка?.. Обычно я уверена в том, что вижу. Но с магистром Формблю ни в чем нельзя быть уверенной, - Мы,