Лжепринцесса для Драконов - София Руд

подходящее слово, для дракона, напрочь лишенного эмоций. Рипт Диргар оказался рядом так быстро, что я даже не заметила, когда он встал из-за своего стола и долетел до нас эти несколько метров. А протянутая перед моим носом огромная белая ладонь окончательно отбила способность мыслить.

Почему я так боюсь его касаться? И почему мне кажется, что сейчас случится очень плохой разговор.

Глава 7. Гримуар

— Благодарю, рипт Диргар, — отозвалась я, избегая прикосновения и поднимаясь на ноги собственными силами. — Мои ладони испачканы.

Ректору это не понравилось. А Эмбер, хмыкнув, подался прочь.

— Дело в пыли, которой вы не коснулись, или в том, что боитесь дотронуться до меня? — спросил ректор. Не слишком ли прямо?

— С чего бы мне бояться? — набралась я смелости, когда ректор вальяжным шагом подошел к окну.

— С того, что уже дважды, касаясь драконов, из вас вылетают подозрительные искры, рипт София, — сказал он, все так же не глядя на меня. И хотя я не видела его глаз, все равно ощущала на себе пристальный взгляд.

— Не понимаю, о чем вы….

— В самом деле? — развернулся ректор. Лучше бы он этого не делал. Колени опять затряслись. — Вам самой не показалось странным, что ваша магия словно мутирует в эти моменты? Вы не пытались найти этому объяснение?

— Я ничего такого не заметила, — солгала я. — Боюсь, вам показалось.

— Правда? Тогда может проверим? — да чего он пристал с этими тестами на магию? Смотрит на меня как свихнувшийся ученый маг на подопытного кролика. Что такого он знает или видит, о чем не подозреваю я?

— Дайте мне руку, — велел властный могильный голос, и к дрожащим коленям прибавились еще и пальцы. Их затрясло так, что пришлось сжать в кулаки.

— Ну, — протянул ректор. Может в обморок грохнуться прямо сейчас? Нет. Тогда он коснется не только руки. И кто знает, что произойдет.

— Принцесса! — на пороге появился сопроводитель. Не Тьюдо, а Эльбо, но я сейчас рада была кому угодно. Даже той грымзе, что выдрала мне половину волос, делая вчера прическу.

— За вами всегда следят, — шепнул мне ректор так, словно он был другом, а не врагом, а затем переместил равнодушный взгляд на гостя.

— Господин Эльбо, чем обязан?

Сопроводителя не удостоили чести быть названным риптом.

— Я потерял принцессу и забеспокоился, — объяснился Эльбо. Ректор тут же бросил на меня насмешливый взгляд, словно говоря: «Смотри, я прав», а затем вновь глянул на гостя.

— В стенах моей Академии никто и никогда не посмеет навредить принцессе, — заверил ректор, но вовсе не из заботы обо мне, а потому что знал, какой разразится скандал, умри София тут.

— Я ни в коем случае не высказываю недоверия к вашей системе безопасности или адептам, но случайности тоже нельзя исключать, — был весьма умен Эльбо. Не даром он метил в ректоры. Так, по крайней мере, говорили. А теперь вот тут со лжепринцессой носится.

— Понимаю ваши тревоги, — учтиво протянул ректор и отступил полшага назад, словно говоря мне: «Больше не задерживаю».

Дважды намекать не надо. Я чудом уняла желание броситься прочь со всех ног и заставила себя выйти из кабинета спокойно, как подобает Софии.

— Позвольте, я сопровожу, — попросил Эльбо. Его тон звучал исключительно вежливо и мягко. Потому что он не знал, что говорит с Зеркалом, и был учтив не со мной, а с Софией. И София кивнула.

— Позвольте спросить, — заговорил он, когда мы отошли немного подальше от дверей пугающего кабинета. — Что Рап Эль Диргар хотел от вас?

Вот что ему сейчас сказать? Что лжепринцесса мечет искры от прикосновения к драконам? Не знаю, что это значит, но всеми фибрами душу чувствую, что ничего хорошего. Одна единственная мысль, что возникает в голове — что у меня есть какая-то связь с этими существами. У меня. У сироты, род которой неизвестен. С Софией такого бы не произошло.

— Могу я увидеть Тьюдо?

Если кому и признаваться, то ему. И то, нужно сто раз подумать, прежде, чем это сделать.

— Сейчас его нет в Академии.

Не знаю почему, но эта новость отозвалась во мне облегчением.

— Он вернется к вечеру, и я передаем, что вы его искали.

Хотела сказать: «Не надо, я передумала», но поняла, что Эльбо и так доложит об инциденте в кабинете ректора, а значит, у Марша будут вопросы.

— Спасибо, — кивнула я, и поспешила к толпе студентов, просачивающихся в двери следующей аудитории. Вот же Эдэрх, осталась без обеда!

Ой! Нельзя так думать, а то ляпну невзначай при драконах. Интересно, они знают, что основатель их государства и само его название у нас используется как ругательство?

Забудь, Бэль, просто забудь! Хватит осечек.

— Где ты была? — обратился ко мне Стефан, когда я плюхнулась рядом. — Я искал тебя, но не нашел.

— Заблудилась, — призналась я, и он сначала недоверчиво покосился, затем едва не захохотал, но тут же стал серьезнее. Должно быть вспомнил, что перед ним принцесса.

— Прости.

— Все в порядке, мне даже понравилось, что мы так просто общаемся, — отозвалась я. В самом деле, когда Стефан вел себя со мной, как с обычным человеком, я таким себя и чувствовала. Не Зеркалом, не Софией, а Бэль. Эти моменты теперь на вес золота.

— Вдруг завтра ты передумаешь и велишь отрубить мне голову? — подколол Ло-Сент.

— Будешь ерничать, прикажу сегодня, — ответила я ему, и парень вновь усмехнулся. Все. Этот день перестал быть ужасным.

— Адепты, тишина! — прохрипел немощный голос, принадлежавший такому же немощному дракону, которому в пору сидеть на веранде и попивать чай, читая газету, но никак не учить юных магов и драконов фитологии.

— Меня зовут Фароил Тез Комо, — говорил он так же медленно, как и передвигался. Путь от дверей до трибуны занял где-то минуту, хотя любой другой прошел бы его за десять секунд.

— Сегодня мы с вами поговорим о растениях, — поговорим? Скорее умрем от ожидания, пока господин Тез Комо закончит предложение. Я уважаю старость. И она должна протекать должным образом в любви и заботе близких, но никак не стать причиной пытки и неуспеваемости адептов.

— Многие недооценивают силу растений, полагая, что знания в этой сфере нужны лишь магам, у которых вечно не хватает сил, — он разонравился мне окончательно. — Но они ошибаются. В живой силе флоры заключена великая мощь. И чтобы познать ее, нужно учиться. На ваших столах две книги. Одна пустая — в нее вы сами будете записывать полученные знания. Страницы запечатаны и сохранят ваши очерки до конца семестра, а потом они исчезнут.