Ольга Ильина - Последняя из рода Леер - 5

— Аура, — я обернулась и увидела Зака. Холодного, сурового и обжигающего ненавистью моего халфа. Он еле сдерживался, а Азраэлю хватало мудрости не смотреть на него. Вместо этого он смотрел на его спутницу.

Зак спустился вместе с Жанной, которая держала его за руку, словно боялась, что стоит только отпустить и он накинется на анвара. Может, это было не так уж далеко от истины. Но настоящим сюрпризом для меня стало присутствие Акрона и Ноэля.

— Привет.

— Какого черта ты привела его?

— Не кричи на меня, пожалуйста.

— Я не кричу, — буркнул он, но тон сбавил.

— Как она?

— Плохо, — ответила за Зака Жанна, — Хочешь увидеть ее?

Я кивнула.

Девушка проводила меня наверх, через коридор и еще один, вверх и вниз по лестнице, пока мы не оказались перед неприметной дверью. Но и за ней была всего лишь лестница вниз. Мы словно шли по лабиринту из коридоров. Я даже хотела спросить ее об этом, но внезапно переходы кончились, а я оказалась в большом зале, напоминающем чем-то зал ритуалов в Адеоне, там, где хранилась чаша. Здесь же, в центре зала стоял алтарь, над которым парила она, прямо в воздухе. Странное зрелище. Но стоило приблизиться, я поняла, почему так происходит. Источник. Мы были в самом его центре сейчас.

— Где Лестар? — прошептала я. В таком месте даже голос повышать не хотелось. Все в полутонах и полушепоте, словно громкий звук мог испортить что-то, сломать.

— Он с Гааром и Яром. Пытаются понять природу яда.

— У них что-то получилось?

— Ноэль очень помог. Это сложный состав. Чем больше мы пытаемся поддерживать в ней жизнь, тем быстрее она угасает. Я не сильна в этом.

— Но ты сильна в разгадках. Зак говорил, что ты была лучшей на курсе по части разгадывания головоломок. Он тебе польстил?

— Не думаю, — честно ответила девушка.

— Тогда у меня для тебя будет непростая загадка.

— Если это поможет Миле, я готова не спать ночами и сделать все, что будет необходимо.

— Я тоже. Так, где там Гаар и компания?

Мы снова шли по бесчисленным коридорам.

— Интересно, ты специально это делаешь?

— Что делаю? — не поняла девушка.

— Неужели нет пути покороче?

— Есть, наверное. Но дом не желает мне их показывать.

— Шутник?

— Еще какой. Я уже привыкла.

— Ничего, скоро у него появятся новые объекты для развлечений. Целая армия. Когда Гаар планирует открыть школу?

— Хотел этой осенью, но, судя по ситуации в мире и несчастьем с Милой, мне еще долго придется плутать здесь.

— Погоди, он тебе работу предложил?

— Не только мне, но и Заку, и Майку. Но Майк с Ясминой отказались. Они сейчас в Велесе. Какие-то политические дела.

— Понимаю. А Зак?

— У него свои обязательства перед Велесом.

— Уверена, если ты решишь остаться, он никуда от тебя не денется.

— Мне бы твою уверенность, — почти не слышно ответила девушка, но я, с моим идеальным слухом альфа, услышала бы даже писк мыши в другом конце коридора, который, надо сказать, довольно скоро закончился и мы пришли в кабинет Гаара, а я словно в прошлом очутилась.

Это место до боли напоминало прежний кабинет моего любимого учителя в велесской академии. Увидев Лестара, кивнула. Он сейчас походил на горящего в лихорадке безумца. Все его движения были порывистыми и отдавали чувством отчаяния. Страшное зрелище, заставляющее сжиматься сердце от бессилия. Он посмотрел на меня с такой надеждой, что я вздрогнула и перевела взгляд на Гаара, который сейчас, как никогда, напоминал моего прежнего учителя. Деловитого, одержимого целью разгадать эту загадку.

— Аура, я рад, что ты здесь. Посмотри.

Мне захотелось улыбнуться. Все это было так знакомо. Из далекого-далекого прошлого, которое вроде было недавно, но словно целая жизнь прошла.

В ворохе бумаг, разбросанных на столе, я разглядела множество формул. Перечеркнутых не единожды.

— Видишь это?

Я пригляделась. И вздернула вверх брови.

— Хитро.

— Еще как. Видишь эти ингредиенты?

— Корень белладонны, живительный корень и аматис? Странное сочетание для того, кто хотел убить.

— В том-то и дело. Ее не хотели убивать. Исключить из уравнения на время. Да, на долгое время. Но не убивать. Однако, этот кто-то не знал о ребенке. Стихия воды и огня, совершенно противоположные нашли невероятное сочетание в ребенке. Но его природа, которую он больше перенял от отца, чем от матери, колеблет фон, заставляет яд распадаться, отравляет организм.

— И времени совсем не остается.

— Я предлагал вытащить из нее плод, — тихо проговорил Лестар, а я даже о такой мысли не подумала. Насколько же этот человек отчаялся, что предлагает убить свое дитя, чтобы спасти жену.

— У нас еще могли быть дети. Столько, сколько захочет.

— Она никогда тебе этого не простит.

— Плевать. Лишь бы жила, — убежденно проговорил он и не выдержал, вышел из кабинета. Я даже услышала какой-то шум снаружи, что-то разбилось и рухнуло. Жанна пошла посмотреть, насколько сильный нанесен урон и сможет ли замок сам устранить препятствие, а мы с профессором остались одни. И только теперь, без свидетелей, я рискнула задать вопрос, который не могла задать при Лестаре.

— Сколько у нее времени?

— Мы пытаемся поддерживать силы. Источник облегчает последствия, но… Неделя, может, меньше.

Меня убила эта новость. Я рассчитывала минимум на месяц.

— Этого не может быть. Лекарство… Что-нибудь.

— Иногда всех наших усилий может быть недостаточно.

— Я в это не верю. Ведь наверняка можно что-то сделать, что угодно.

— Послушай. Даже если мы найдем противоядие, организм слишком разрушен. Оно просто не поможет. Ребенок стал ее убийцей.

— Не смейте так говорить! Не смейте!

Никогда не страдала истериками, считая слезы неконструктивным, глупым занятием. Да, иногда они были очень полезны, но сидеть и жалеть себя… Это удел слабых, сильный стену головой будет бить в надежде, что когда-нибудь она треснет. Но сейчас у меня этих самых сил не осталось. Ноги перестали держать, и я сползла на пол, а слезы брызнули из глаз.

— Должно быть что-то, должно, должно, — я подтянула ноги к груди и зашептала как мантру, как какое-то чертово заклинание, — Должно, хоть что-то…

— Не изводи себя. Даже если бы у нас была возможность и время — противоядия нет. Есть ингредиенты, на которые мы разобрали яд. Яр узнал один из них. Одно из растений, которые росли только в Триноне. Как дерево расмен.

— Если есть это дерево, то может, есть и то растение? Где-нибудь, — с надеждой спросила я.

— Прости. Но вместе с твоей страной и побратимами погибло множество растений, животных, деревьев. Целая культура, целый мир уникальной флоры и фауны. Вероятно, именно на это отравитель и рассчитывал, что мы поймем, и ты, в отчаянной попытке спасти подругу, захочешь открыть врата и вернуться в прошлое. И вижу, ты бы так и сделала.