Екатерина Олина - На всё лишь час

— Ты говорил, что эти искры сотворила не совсем я… этот Диспатер он же мертв…. Он как привидение, да?

— Они оба: и Диспатер, и Ювента всю жизнь тебе помогали, просто ты их не видела. — Сумман коснулся моего лица. — Твое феноменальное везение, думаешь, откуда взялось, и интуиция у тебя развита. Это все их подсказки. Ты же видела портрет у нас дома.

— Дама в бордовом… — задумалась я. — Не замечала сходства между нами…

— Ты субтильнее и пониже ростом. — Блондин снова обнял меня обеими руками. — Зато, когда ты злишься, у тебя глаза синеют, как у Диспатера.

— И часто ты меня злой видел, чтобы это заметить? — проворчала я.

— Достаточно, — усмехнулся он, — если ты не устраиваешь скандалы и не кричишь, это же не значит, что ты спокойна и все у тебя хорошо.

— Ай! — Снова защипало кожу на спине, от шеи и между лопатками. — Что там такое?!

— Прорезался твой знак. — Чуть наклонил голову набок Сумман. — Он проступает по достижению определенного уровня, но думаю в твоем случае — это знак Диспатера.

— Чего?! — Вытаращила я глаза и, вывернувшись из объятий, пошла в спальню, попутно стаскивая с себя кофту. — Охренеть!

— Ты очень точно подобрала слово, — ехидно заметил вошедший вслед за мной блондин.

— Извини, но по-другому тут не скажешь. — Я уже вся извертелась, пытаясь разглядеть получше. — А у тебя ведь ничего такого нет.

— Я пока не встретил нужного противника, чтобы получить свою лилию, — пожал плечами Сумман, — да и ты тоже. Те девять не твой уровень. Этот знак скоро пропадет.

«Новогодняя тридцатка, тоже тебе каллу не принесла» — усмехнулся про себя темный.

Я застыла и поспешила надеть кофту обратно, нечего щеголять тут в нижнем белье. Так я сегодня… ну пусть не я, а через меня… не мой уровень? По телу пробежали мурашки.

— А чем темные и светлые занимаются? — покосилась я на блондина, который сидел на кровати.

— Светлые ищут, лечат и помогают, а мы… — он улыбнулся — а мы устраняем проблемы, заметаем следы и подкидываем работу светлым.

— Как это понимать? — Я уперла руки в бока. — Подкидываете работу?

— Ты сегодня одним ударом снесла две верхушки семей… не кривись, прими это как есть, как ту вынужденную эвтаназию. Так вот, мы затерли следы, а светлые будут искать тебя.

— А чему ты радуешься? — вспылила я на очередную улыбку Суммана.

— Тому, что кроме тебя самой никто ничего там не найдет. Так что ты в безопасности. Сейчас не нужно афишировать тебя и то, что ты можешь. Никому об этом ни слова. Ясно?

— А если все же найдут? Что у вас предусмотрено? Волшебная тюрьма? — Я опустила руки и голову.

— В худшем случае наденут наручники и отпустят. Конкретно для тебя сделают ошейник. Надо постараться не допустить этого.

— Наручники? А почему для меня ошейник? — Я села с ним рядом.

— Наручники лишают темной или светлой силы, а ты у нас… серая. — Он откинулся назад и закинул руки за голову. — Для тебя эксклюзив сделают или не сделают. Тут все от тебя зависит.

— Тебя смерть девяти… темных совсем не трогает, да? — Я села полубоком и посмотрела в черные глаза.

— Нет. — Стал он серьезным. — Они хотели убить моего брата, дабы преподать урок отцу. Тебя убили бы за компанию.

— А ты стоял и смотрел, как нас там на дороге чуть не… — Я вскочила. — Ты же мог вмешаться… Аластор ведь тоже мог помочь! Почему вы пришли, только когда все уже случилось?

— Успокойся, — проронил он, чем привел меня уже практически в бешенство, — так было надо и точка.

— Надо? — рыкнула я. — Кому? Тебе?

— Голос сорвешь, — раздалось в ответ.

— А если бы нас убили? — меня уже начинало трясти от злости. — Откуда ты мог знать, что этот твой Диспатер начнет действовать?

— Небольшая подсказка из будущего, — снова спокойным голосом ответил Сумман и сел, — Сибилла предсказательница. Она видела, что если Анай возьмет тебя с собой, то вы оба останетесь живы.

— Сибилла… — На меня накатила слабость. — Видела, что я… убью девятерых…

— Не совсем так подробно, но в целом да. — Он встал и сделал шаг ко мне.

— Не подходи! — вскрикнула я. — Ты уходил на эти свои дела… ты же… убивал! Потом возвращался ко мне… — Я отошла к дальней стене.

— Моралистка. — Он снова начал приближаться.

— Не подходи, — голоса уже не было.

— Аврора, — он сменил строгий и ехидный тон на более ласковый, — тебе не нужно меня бояться и себя тоже.

— Я не боюсь.

— Я вижу, — усмехнулся блондин и уже стоял вплотную ко мне.

Я вяло отбивалась от его рук, но быстро сдалась и уткнулась в его грудь. Сразу стало спокойнее. Я почувствовала себя в безопасности.

Я проснулась уже ближе к вечеру. Мой блондин спал рядом. Мы оба уснули в одежде. Глянула на своего красавца и умилилась. Кем бы он не был, темным, светлым или серо-буро-малиновым, я его все равно люблю больше жизни.

Я начала гладить его руку, которой он меня обнимал:

— Баю баюшки баю — тихо прошептала я — Не ложися на краю: Придет серенький волчок, тебя схватит за бочок и утащит во лесок, под ракитовый кусток; там птички поют, тебе спать не дадут… — я замолчала, а потом улыбнувшись спросила: — чего смеешься?

— Мне даже в детстве колыбельных не пели. — тихо ответил он не открывая глаз.

— Почему? — теперь я добралась до его волос.

— У темных чуткий сон. — крепче обнял меня Сумман — малейший звук не дает спать.

— Тогда тебе со мной ой как не повезло — хмыкнула я.

— Не повезло? — он улегся на спину и закинул руки за голову — встретил милую шкодливую капризулю. Она из кожи вон лезет, пытается обо мне заботиться и помогать. Хм, может ты и права.

— Получишь сейчас — я села и ткнула его в бок — не повезло ему. Считай меня карой за все свои грехи.

— А почему этот знак… ну калла прорезалась на спине, а как ты сказал у вас лилия появляется на руке? — спросила я сидя за столом на кухне и потягивая вкусный кофе. — и почему твоя лилия показывается от щелчка, а моя калла нет?

— Когда я увлекся легендами и рассказами про Белокрылых, мне тоже было интересно, почему у них все не как у нормальных темных. — улыбнулся мне Сумман — никакого логического объяснения я не нашел. Пришлось самому выдумывать.

— И что ты выдумал? — чуть не облизнулась я от любопытства.

— Рассуждал я примерно так — откинулся он на спинку стула — издревле твой род считался очень сильным и крайне жестоким. Еще они славились любовью к авантюрам. Если кто-то из темных где-то погибал при странных обстоятельствах или был убит непонятно кем, тут сомнений не было, что это дело рук Белокрылых. Это было что-то вроде непреложной истины, но и доказать никто ничего не мог.