Екатерина Олина - На всё лишь час

— Сиди в машине, — бросил он и вышел из автомобиля.

Я выключила радио и насторожилась. Так-с, становится все интереснее и интереснее. Спасибо, тебе душа моя, мне совсем не скучно. Я отстегнула ремень безопасности. Мою дверь распахнули и меня весьма невежливо тоже вытащили наружу. Я поежилась и затравленно огляделась. Нас окружили девять мужчин.

— Попался, поганец! — грубо сказал мужчина в черном пальто. — Ваша семья по-хорошему не понимает.

— О чем речь? — чуть растягивая слова, спросил Най.

— Ай, не строй из себя дурака, — встрял молодой парень, который выволок меня из машины.

Я подошла ближе к брату Суммана. Мне было страшно. Мужчины говорили о чем-то непонятном для меня. Все происходящее напоминало бандитскую разборку. Может Танатос мафиози? А эти типы стремятся к переделу власти? По крайней мере, из их разговора я поняла именно это.

Время шло, а мужчины все пытались договориться. Я замерзла, но отойти от Анайдейе и попроситься сесть в машину духу не хватило. Мы, наверное, уже часа два тут стоим. Най молодец, держится с достоинством, не пасует и разговаривает спокойно. В какой-то момент страсти стали накаляться. Я запаниковала.

— Давай договоримся, — с нажимом сказал мужчина в пальто и протянул руку, стали видны золотые часы, — мы хотим решить все мирно.

— Об этом вам нужно договориться с моим отцом, — как-то устало ответил Най.

— Кончай с ним! — снова влез в разговор паренек. — Может это чему-нибудь их научит.

Я до этого держала руки в карманах, но тут, повинуясь какому-то непонятному чувству, вытащила их и разжала кулаки. Мной словно кто-то руководил. Все вокруг вдруг стало четче. Страх смешался с каким-то непонятным чувством презрения ко всем тем, кто решил устроить нам засаду.

— Убейте его, ребятки, — скомандовал мужчина в пальто.

Я, сама не понимая, что творю, махнула рукой, сделала непонятный жест, и вокруг меня и обалдевшего Анайдейе в стороны разлетелись белые искры… Закрылась руками от слепящего света. Я начала терять сознание, последнее, что помню, это желтый свет светофора чуть дальше тех, кто уже лежал на асфальте…

— Черт меня разорви и пережуй, — прогремел Аластор, едва искры и именная калла перестали сиять, — шевелись!

— Куда уже торопиться-то? — сказал Сумман, но шагу прибавил. — Сюрприз, да?

— Ты ведь знал, — рыкнул на брата однобровый, — и понял, зачем ее с Анайкой отправили… потому ты мне все не давал вмешаться и…

— Потом истерить будешь, — оборвал его Сумман, — зови наших, затирать будем.

— А вы откуда? — покосился на показавшихся на дороге братьев Анайдейе, он держал на руках Аврору. — Забери свое сокровище, я сейчас сам тут скончаюсь. Вы видели, что она учудила?

— Видели, — проворчал Аластор, косясь на Суммана, который уже бережно держал на руках свою куколку, — если бы один твой особо умный родственник все рассказал, мы бы по кустам не прятались.

— Уймись, — грубо ответил ему блондин, — потом все выскажешь.

Аластор сжал кулаки, но отвлекся на то, чтобы позвать всю семью на место, где показала себя Белокрылая.

— Может ей память стереть? — Най пошел за Сумманом, который намеревался пристроить девушку в машине.

— Не стоит. Дверь открой. — Блондин усадил Аврору на сиденье и закрыл дверь. — Она сильная девочка, я думаю, сможет все это переварить. Надо заняться делом.

Вся семья Лилейных собралась, и старательно зачищала все следы Белокрылой. Пойна ходила вокруг машины, где лежала без сознания Аврора, и плакала, тихо и практически не всхлипывая, но очень горько.

— Она в порядке, не волнуйся, — наконец отвлекся на сестру Сумман, — идем, поможешь нам.

Все разъехались только под утро. Сумман подогнал свою машину и переложил все еще бессознательную Аврору к себе. Аластор уехал с Наем. Уже не особо торопясь, Сумман ехал домой.

«Пока что все, что я видел во сне сбывается», — думал он про себя. — «Значит нужно предотвратить нападки темных и светлых на куколку, и остается Нейтх».

Аврора начала двигаться и постанывать. Сумман усыпил ее и снова задумался.

«Отдыхай моя хорошая, дома поговорим», — он мельком глянул на затихшую девушку, — «светлые пока ничего не знают, и время еще есть».

Уже светлело за окном, когда я открыла глаза. Я лежала дома на постели. Спиной ко мне сидел Сумман, но сразу повернулся, как только я заворочалась. Меня подташнивало, и во всем теле чувствовалась слабость. Блондин помог мне сесть. Я смотрела на него с подозрением.

— Зачем я ездила с Наем? — хмуро спросила я и начала тереть глаза.

— С Наем? — усмехнулся Сумман. — Так ты его теперь зовешь?

— Ты сам меня с ним отправил, — раздражалась я еще больше, — поэтому не цепляйся.

— Сходи умойся. — Он встал. — Буду ждать тебя на кухне.

Я дождалась, когда он выйдет из комнаты, и вылезла из-под одеяла. Натянула на распущенные волосы резинку и пошла в ванную, потом добралась до кухни. В животе предательски заурчало. На столе меня ждал ароматный кофе и шоколад.

— Нас кто-то окружил и… — Я взяла чашку. — И потом искры… Сумман… тебе Най рассказал, что произошло? Он привез меня домой?

— Нет, я сам все видел и привез тебя, — он чуть улыбнулся мне, — мы с Ласом решили за вами приглядеть, и не зря как оказалось. Ешь, полегчает.

— Ай! — поморщилась я, наклонившись вперед, кофта почти обожгла кожу. — Что там? — Я закинула руку назад и сунула ее под кофту, снова стало больно.

Сумман встал, и сам заглянул мне за шиворот, потом вернулся на свое место.

— Не трогай пока, скоро пройдет, — совершенно равнодушно сказал он, — чуть позже я тебе объясню что там.

— Что нужно было тем… девяти? — спросила я, прищурившись. — Что они хотели?

— Я тебе все расскажу, только давай без истерик и возгласов, — он посмотрел мне в глаза, — договорились?

— Договорились, — вздохнула я, заставляя себя успокоиться, и взяла одну дольку шоколада, — рассказывай.

— Помнишь, я тебе говорил, что мы работаем на государство? — начал он и, дождавшись моего кивка, продолжил — Теперь следует уточнить некоторые детали. Начнем с того, что существуют темные и светлые… без истерик, — напомнил он, видя мое вытянувшееся лицо, — скажу сразу, что светлый не значит хороший, точно так же как темный — не всегда злой.

— А ты какой? — выпалила я, еле успев прожевать.

— Догадайся.

— Погоди, я вообще ничего не понимаю. — Я встала со стула, но закружившаяся голова заставила меня опуститься обратно. — Что за бред… и ты в это веришь?

— Приходится, — усмехнулся Сумман, — пей кофе и ешь шоколад, это поможет прийти в себя. Продолжим. Моя семья… мы темные. Тут принцип распределения силы: светлые могут рождаться в любой обычной семье, а темные только у темных. На каждый род отводится свое количество силы, но у темных еще роль играет сила родителей… Что?