Любимая адептка дракона - Юки

А у меня земля ушла из-под ног. Пошатнувшись, я неловко взмахнула руками, не понимая, что со мной. Кажется, Залейс решил отомстить мне. Вот гаденыш!

— Тебе плохо? — услышала я будто сквозь туман взволнованный голос Генри, подхватившего меня под руки.

Но ответить я уже не могла — голос не слушался, и тело будто стало чужим. А холод внутри стал просто лютым, высасывая из меня саму жизнь.

Черт, это похоже на какое-то проклятие. И я, кажется, умираю...

— Держись, Вельга! — крикнул Генри с отчаянием.

— Что тут происходит? — рявкнул следом еще кто-то, и внутри вспыхнула робкая надежда, когда я узнала голос Доривальда.

А потом сознание решило, что с него хватит, и я провалилась во тьму.

* * *

Себастьян

— Я помню, отец! — раздраженно бросил я, когда папаша в очередной раз отчитал меня, что до сих пор не продвинулся в поисках. — Я подключил все возможные связи, остается только ждать! Все, мне некогда, свяжемся позже!

Не дожидаясь ответа от взбешенного родителя, я деактивировал артефакт и в сердцах выругался. Проблему создал отец, а разгребать опять мне. Будто больше заняться нечем.

Работа деканом и так была нервной, а уж адепты доставляли главную головную боль. Что не курс, так какие-то проблемы. Как недавно, например, тот случай с Нейман, когда этот самовлюбленный принц из захудалого королевства возомнил вдруг, что может творить все, что угодно, и ему ничего за это не будет.

Но руководство академии хоть и старалось избегать политических конфликтов, однако ж не позволяло адептам пользоваться влиянием их родителей, тем более для выяснения отношений. А принц Дармиус совершил слишком серьезный проступок, чтобы спустить все на тормозах — чуть не убил другого адепта.

Мысль о Нейман вдруг убежали в другую плоскость. Она казалась мне странной, как и ее дар оказавшийся редким и непредсказуемым. Но в самую их первую встречу я выделил ее из толпы не из-за него. Тогда, в аудитории, едва увидев девушку, я почувствовал нечто, чему названия не было. Непонятное желание коснуться Вельги, почувствовать ее запах, услышать ее голос и смех. Словно одержимость какая-то.

А еще... Она случайно увидела тот портрет, и ее реакция озадачила. Я точно увидел страх, мне это не показалось, но чем тот был вызван, сказать не мог. Какая-то догадка крутилась в голове, но тогда я отвлекся на саму девушку, разглядывая ее тайком, пока она медитировала.

Заскрежетав зубами с досады, я поднялся из-за стола. Хватит с меня на сегодня работы! Но едва направился к выходу, как сердце вдруг сжалось от острой боли, и я схватился за край стола, хватая ртом воздух.

Что за черт? У меня же никогда не было проблем с сердцем!

А следом в кабинет буквально влетел его секретарь, пожилой маг в отставке, и выпалил с несвойственной ему эмоциональностью:

— Беда, господин! Там, в парке... Говорят, то ли убили, то ли прокляли...

— Кого? — резко перебил его я, терзаясь дурным предчувствием.

— Адептку Нейман, господин декан...

Глава 20

Себастьян

Не знаю, почему, но весть о том, что Вельга может быть мертва, вызвала у меня отторжение. Дракон внутри заревел, словно лишился чего-то важного, и я на инстинктах сорвался с места, оттолкнув с пути замешкавшегося секретаря.

Что за ерунда? Почему мне так больно от одной мысли, что эта вздорная девчонка могла погибнуть?

Выдержка оставила меня, и я плюнул на правила академии, прыгнув порталом прямо в парк. И едва оказавшись среди деревьев, отпустил своего дракона на волю.

Мое тело увеличилось в размерах, раздалось вширь и налилось силой, которую боялись и уважали простые смертные. За спиной раскрылись крылья, и я, подняв в воздух клубы пыли, резко взлетел вверх, надеясь разглядеть все с высоты. Что-то внутри подсказывало, что времени на поиски нет, и действовать надо быстро.

Сделав всего круг над парком, я заметил внизу суету: столпившихся возле накрытых столов встревоженных чем-то адептов, бегающего кругами куратора огневиков и склонившегося над кем-то целителя Ромариса.

Драконья сущность заволновалась, из груди вырвался разъяренный рык. Меня заметили, задрали головы, и я тут же почти вертикально рухнул вниз. А, едва приземлился поодаль, разметав по сторонам землю и вырванную с корнем траву, как сразу бросился к целителю, на ходу перевоплотившись обратно в человека.

— Что с ней? — требовательно прорычал я, расталкивая столпившихся вокруг адептов.

Мне даже знать не надо было, над кем именно хлопотал лекарь — странным образом я чувствовал, что там лежит Вельга. Чертовщина какая-то...

Одного взгляда на распростертую на земле бледную, с обескровленными губами девушку хватило, чтобы внутри что-то оборвалось. Покачнувшись, я ухватился за край стола, чувствуя, как вдруг катастрофически стало не хватать воздуха.

— Проклятие, — мрачно отозвался целитель, и по его взгляду я понял, что все хуже некуда. — Малийская смерть. Не понимаю, откуда она могла тут взяться... Она еще жива, но быстро угасает, а я не в силах что-либо сделать, увы...

Я похолодел. А потом вдруг вспылил, теряя остатки спокойствия.

— Как это не можете?! Кто это сделал? Надо отыскать виновного и заставить снять проклятие!

— Это принц Залейс сделал, — услышал я чей-то злой голос совсем рядом. — Сомневаюсь, что он знает, как снять проклятие.

Я вскинул голову, посмотрев на рослого адепта, стоящего напротив. Альстед, кажется. Друг Вельги?

Что-то внутри отозвалось странным чувством, будто меня злил сам факт того, что Нейман с кем-то встречается.

— Залейс, значит? — скрипя зубами, произнес я, уже едва сдерживая беснующегося дракона. — С ним разберемся позже. Ну же, Ромарис, думайте, иначе я вас уволю к чертовой матери! Что мы можем сделать?!

Целитель слегка побледнел, отчего-то попятившись, будто увидев что-то на моем лице.

— Я... — замялся мужчина. — Думаю, у Нейман есть шанс, если поделиться с ней жизненной энергией. Но надо очень много... Простого человека это убьет.

— Так и я не человек! — рявкнул я, теряя остатки терпения. — Говори, что надо делать!

Ромарис торопливо закивал и подался ко мне, быстро диктуя указания. А я поморщился, краем глаза заметив, с какой тревогой наблюдает за нами Альстед. Похоже, не мне одному не безразлична Вельга. И непонятно почему меня это так задевает.

Тряхнув головой, я выбросил неуместные сейчас мысли из головы и опустился на колени перед девушкой. Сейчас главное спасти ее, остальное все потом.

Сосредоточившись, я потянулся к своей сущности, балансируя на грани превращения, и положил руки на грудь Нейман, чувствуя, как по жилам заструилась горячая, пульсирующая энергия, устремляясь прямо к девушке. Ее тело