Невеста вне очереди. Искушение для принца - Лена Хейди

Инквизитор понял, что принц будет стоять на своём до последнего удара сердца своего противника, так что неодобрительно поджал губы и отвернулся.

– Леди Карина, время утекает, словно песок сквозь пальцы. Позвольте нам приступить к диагностике, – мягко обратился ко мне главврач. – Как я уже сказал, для этого вам не нужно раздеваться.

– Ладно, приступайте, – покладисто ответила я, и трое лекарей принялись водить вокруг меня руками с зажатыми в пальцах кристаллами.

Как и обещал главврач, ко мне никто не прикасался.

В шатёр тем временем вошли двое рослых мужчин, которые внесли кушетку – оббитую красным бархатом тахту, и даже установили перед ней ширму. Выполнив свой долг, они удалились.

Прошло минут пятнадцать, как мне вынесли вердикт:

– В целом состояние здоровья удовлетворительное. Зашкаливают гормоны стресса и наблюдается переутомление, а также небольшое обезвоживание, голод и пониженный уровень глюкозы в крови, но это объяснимо и легко поправимо. Я выпишу курс витаминов, которые нужно будет пропить.

– А что насчёт вирусов, бактерий, вшей, клещей и прочей эпидемиологической угрозы? – поинтересовался инквизитор.

Не успела я возмутиться, как главврач ответил:

– Всё чисто. Девушка не представляет собой угрозы для нашего мира.

– Что ж, ладно, – ровным тоном отозвался Лиртейн и повернулся ко мне: – А теперь раздевайтесь.

– Выйдите вон, – показала я ему на выход. – Вы все! Эйден, тебя это тоже касается. Пусть останется только главный лекарь.

– Не смейте тут командовать, леди, – раздражённо прищурился инквизитор. – Кто вы такая, чтобы отдавать мне приказы?

– Я лишь надеюсь на вашу мужскую порядочность, господин Лиртейн. Или вам придётся на мне жениться, – парировала я.

Тот на секунду опешил, но быстро взял себя в руки:

– В данный момент я стою перед вами не как мужчина, а как инквизитор. Я при исполнении своих служебных обязанностей, леди. Мне нужно видеть, какие магические татуировки или ритуальные шрамы нанесены на ваше тело. Я не могу допустить, чтобы опасная особь находилась во дворце, в непосредственной близости от короля и наследного принца.

– Нету на мне ни татушек, ни шрамов! – возмущённо взмахнула я рукой, а со стороны Эйдена донеслось глухое рычание.

Принцу сильно не понравилось, что меня снова назвали особью.

– Вы лжёте, – отчеканил инквизитор. – А это что? – он показал на мою ладонь, а точнее, на основание большого пальца.

Я глянула на свою руку и застыла в растерянности: там и правда был розовый шрам. Кажется, он появился после того, как я обожглась об странный камень, превратившийся в уголёк в каюте Кузеги.

– Это совсем свежее ранение, – озадаченно пробормотала я.

– Вы что, его даже не заметили? А сколько ещё на вас таких неожиданностей? – вскинул он бровь. – И вообще, я не понимаю вашей стеснительности. Вы стоите перед нами в откровенном, крайне облегающем наряде, который подчёркивает каждую выпуклость тела. Все мужчины в этой палатке и так уже рассмотрели вашу фигуру во всех подробностях. Так зачем теперь строите из себя недотрогу?

Зря он это сказал. К счастью, в этом мире за меня есть кому заступиться.

Издав разъярённый рык, принц набросился на инквизитора, и эти двое кубарем вылетели из шатра.

Надеюсь, они не поубивают друг друга.

Впрочем, министр был совершенно спокоен, как и лекари.

– Не теряйте время, леди Карина, – невозмутимо махнул мне на кушетку Флайтон и поспешно вышел на улицу, оставляя меня наедине с врачами.

Глава 19. Вердикт

Эйден

*

Пока я мутузил бока бесючему инквизитору, лекари быстро осмотрели Карину.

Моя синеглазка, моя загадочная девочка – просто поразительно, как быстро она запала мне в сердце. Можно сказать, взяла моего дракона без боя, и я был сражён этой хрупкой красавицей наповал.

У меня не было ни малейших сомнений, что Карина – принцесса. Уж больно свободно она общалась с принцами – со мной и Арни, а также со знатью. Держалась с большим достоинством. Да и руки у неё были совершенно не крестьянские – нежные, ухоженные. А какая у неё сила воли! Никаких слёз и истерик несмотря на такую сложную ситуацию, в которой она оказалась. Истинная будущая королева.

– Вы выпустили пар, ваше высочество, или ещё нет? – крикнул мне Флайтон в тот момент, когда я бил Лиртейна головой об землю.

В бою мы оба приняли частичную трансформацию, и вокруг нас хлопьями летели перья. Как у меня, у инквизитора крылья были не кожистые, а с оперением – знак особой родовитости и древности рода.

Не услышав от меня ответ, Флайтон произнёс волшебную фразу:

– Леди Карина вас ждёт.

Я тут же выпустил свою жертву из захвата.

Хорошо, что я удержался от полной трансформации, иначе вернуть себе контроль над драконом было бы проблематично.

– Не испытывайте больше моё терпение, герцог Лиртейн, – сказал я поверженному противнику.

– Я всего лишь делаю свою работу, принц Эйден, – холодно заявил он, поднимаясь с земли и вытирая кровь из разбитой губы. – И я служу не лично вам, а всему королевству и его величеству. Если вам что-то не нравится – обращайтесь к королю.

Я проигнорировал эти слова, направившись в шатёр к своей принцессе.

Лиртейн крикнул мне вдогонку:

– И сейчас я обязан доставить эту леди в допросную!

Вот ведь настырный тип.

Жениться бы ему поскорее, чтобы супруга выбила из него лишнюю энергию и поумерила чрезмерное рвение к работе.

В ответ небрежно махнул ему рукой, даже не оборачиваясь. Дал понять, что уже всё сказал, и допросы Карины будут проходить лишь в моём присутствии.

– И каков результат обследования? – спросил я лекарей, войдя в шатёр, и перевёл взгляд на девушку.

У меня отвисла челюсть. Её переодели!

Не знаю, куда дели тот странный обтягивающий костюм, что был на ней, но сейчас девушка была облачена в золотистые туфли и изумительно изящное платье из синего атласа, отделанного золотыми кружевами. Взгляд невольно застрял в соблазнительном вырезе декольте.

– Ого… Ты восхитительна, моя прекрасная леди! – искренне выдохнул я.

Девушка зарделась от смущения, но было видно, что мой комплимент ей польстил.

– Спасибо, – мягко улыбнулась она.

К нам приблизился главный лекарь, Янис Сирмонт:

– Всё замечательно, кожа чистая, никаких татуировок и шрамов, в том числе ритуальных. Единственный рубец – на руке, за ним нужно будет понаблюдать. Мы попробовали его убрать, но, несмотря на все усилия, он не поддаётся лечению. Это слишком странно, ваше высочество.

– Я так и знал, что с ней что-то не так! – торжествующе воскликнул за моей спиной Лиртейн.

Даже не заметил, как этот несносный герцог просочился в шатёр вслед за мной.

– Пока нет оснований для сильного