Маяк: Игра света - Андрей Михайлович Голов

А через неделю мне должны были прислать мою первую зарплату, размер которой, как я знал, позволит купить огромный прожаренный кусок мяса и кружку пива в городской таверне.

О ремонте я думал. Если б я мог использовать свои способности открыто, то дело пошло бы быстро, хотя материалы всё равно нужны, деревянные перекрытия и механизмы я восстановить своей магией не могу. Так что приспосабливался к обстоятельствам как мог, в надежде, что к зиме дом станет жилым помещением. По мне так справлялись с трудностями мы неплохо, худо-бедно, но прижились на новом месте. Я строил планы на уютную зимовку, не зная, что белая лисичка, предвестница больших неприятностей уже подкралась совсем близко.

Глава 5

Повезло, сегодня на море был штиль, и я довольно быстро насобирал пирамидку из аккуратных голышей, а дальше понял, что никакой тары для переноски этого добра, не захватил. Идти домой за мешком или корзиной было лень, я и так уже устал бродить по пляжу, хотелось есть и пить. Я снял мокрую от пота рубашку, завязал рукава и набил её собранными камнями. Мешок получился так себе, но зато половину смогу унести сразу. Я дотащил камни до маяка, когда заметил девушку, стоящую у входа, и присвистнул. Такие красотки и в столице нечасто встречаются. Увидел поблизости местных мальчишек и понял, что не только меня заинтересовало явление этого чуда и скоро тут соберётся толпа зрителей. Я положил рубашку с камнями на землю и совсем забыв, что я теперь не харизматичный блондин, а унылый брюнет, подкатил к незнакомке, по привычке имитируя акцент.

— Милый лэди, потерлся? Ищет настоящего мужчину в этом захолустье?

— Можно сказать и так. — оборвала моё вступление эта девица. — Я ищу Крисса Бактора, он писал, что ему дали работу на маяке в этой деревеньке.

— Я Крисс Бактор. — самым уверенным тоном проговорил я.

— Нет, ты не он.

— Откуда Вам, девушка — это знать. У меня есть документы. — я даже забыл об акценте от такой наглости.

— Понятия не имею, кто вы, но Крисс Бактор мой жених, и я отлично знаю, как он выглядит. — девушка упрямо тряхнула золотистыми волосами и уставилась на меня ядовито-зелёными глазами.

— Эмм. — испуганно выдавил я и заметил, что число зрителей увеличилось, вокруг нас собрались не только дети, но женщины и даже пару старичков приковыляли. Вспомнил, что стою по пояс голый, и решил, что разговор на людях пора заканчивать.

— Милая моя, я просто сильно загорел на этом солнце. — громко произнёс я. А потом тихо добавил. — пойдём со мной, нужно поговорить.

Повезло, но девушка не стала упрямиться, а сунула мне в руки огромный кофр и пошла за мной. Привёл я её в сарай и пока она не подумала, что я маньяк или насильник, перешёл к делу.

— Ваш жених погиб.

— Погиб? Когда? Где? Почему тогда вы взяли его имя? — с каждым вопросом она делала шаг ко мне и наконец почти упёрлась своим носиком мне в подбородок, а грудью в корсете в мой обнажённый торс. От невесты Крисса приятно пахло луговыми травами и мятой. Мой взгляд сам собой упал в вырез платья. Я тряхнул головой, отгоняя пошлые мысли, и сказал.

— В столице, кто-то стукнул его по голове. Он был моим соседом по квартире. Когда я его нашёл, испугался, что убийство повесят на меня, и сбежал сюда по его документам.

Девушка отступила и закрыла лицо руками. Через минуту она сдавленно произнесла.

— Хм. Что же мне теперь делать? Мне некуда идти, я надеялась, что мы поженимся, когда я приеду, и будем жить здесь. Я эльфийка из рода Зеленного леса, мне нет дороги назад. — казалось, девушка вот-вот разрыдается.

Я её понимал, эльфы жили общинами и покидать их можно было только мужчинам, так как им приходилось вести дела и торговать с другими народами. Женщина же, покинувшая общину, считалась осквернённой, и по возвращении её ждала лишь смерть от руки родичей. У нас в горах был похожий обычай, возможно, соплеменники скопировали его у эльфов, проживающих неподалёку.

— Послушай, тут никто не знает, что я не твой жених. Может, ты поживёшь с нами? Дом большой, найдём место. — пожалел я новую знакомую. Я совсем не возражал против такой «невесты», тем более, что реально женится на ней не придётся.

Эльфийка опустила руки и взглянула на меня покрасневшими от слёз глазами.

— С вами? Ты живёшь не один?

— Ну со мной друг, точнее, друг твоего жениха. Это длинная история, но он не знает, что я не настоящий Крисс. Ещё старичок — священник, он прицепился к нам на вокзале, и мальчик, помощник по хозяйству из местных.

— Странная компания. — задумалась девушка. — Но выбора у меня, я так понимаю нет. Значит, я должна изображать твою невесту, но сразу скажу, постель мы делить не будем. Я что-нибудь придумаю с жильём и съеду. Меня зовут Леонтина Коэн, это сокращение, не думаю, что ты сможешь запомнить моё эльфийское имя.

— Леонтида, позвольте пригласить вас в наш дом. — сказал я и подал красавице руку.

«Невеста» кивнула и сунула в мою протянутую руку чемодан и, выйдя из сарая, зашагала к дому.

Зайдя внутрь, она остановилась на пороге и простонала: «Тьма полночного леса, ну и дыра»

— Так, милый, займись вторым этажом, я не планирую спать на земляном полу. — сказала Леонтида и проследовала в комнату под лестницей, хлопнув дверью, так что сверху посыпались гнилые доски.

— Это ещё что за фифа? — спросил Тралл, который как раз отмывал руки в ведре.

— Моя невеста. — с горечью сказал я, осматривая фронт работ. Нет, я, конечно, мог отказаться выполнять каприз Леонтиды, но что, если после этого она покинет дом, сообщив всем, что я не тот, за кого себя выдаю. Да и понятно, не может же она спать в общей комнате с четырьмя мужчинами. Потеря мой личной каморки, которую я занял на правах хозяина дома, привела меня в тоску, с этим тоже надо было что-то делать.

— Интересно, сколько в этом краю мира стоит лестница и полы. — задумчиво проговорил я, подсчитывая в уме свои сбережения.

— О, лестница — это дорого, если хорошая гномская, то подороже всего этого дома. — сказал Тралл, вытирая руки о кресло Иунды, похоже, тоже невзлюбил старикашку.

— Да ведро рыбы подороже этого дома будет. — буркнул я.

Во входную дверь раздался громкий стук. Интересно, кто это такой вежливый, все местные заходили к нам, как к себе домой. Я пошёл открывать, в надежде,