Александр Бромов - Поиски

— Ты о чем? — не понял Сантилли.

— Вот вы волшебники, — девушка неуверенно оглядела демонов, — а таскаете у нас технику («волшебники» весело переглянулись), вместо того, чтобы создать что-то свое.

— Волшебное? — уточнил Тоньес, переходя порталом в земной мир и многозначительно глянув на нее. Бет значение взгляда истолковала по-своему и поспешила за оставшимися вещами.

— Лень, — герцог постарался быть серьезным и не улыбаться, — Зачем что-то придумывать, да, Тони? — Сантилли стал помогать Ласу складывать последние книги, — Мы возьмем у вас то, что нам нужно, усовершенствуем, подгоним под себя и будем использовать. А вы, — ашурт хитро посмотрел на недовольную девушку, — будете тащиться сзади. Такова жизнь, милая.

В голосе демона явно прослушивалась ирония, и Элизабет стало обидно.

— Но это несправедливо! — она от возмущения припечатала книгой покачнувшуюся стопку.

— И кто говорит о справедливости?! — Его Светлость сделал большие недоуменные глаза, — В свое время вы неплохо поживились за наш счет: использовали наши идеи и изобретения. Заметь, мы никого не упрекали, — герцог понес книги в кабинет.

— Никаких идей мы у вас не брали! — возмутилась Бет, машинально следуя за ним.

— Да? — искренне удивился Тоньес и многозначительно хмыкнул.

— Короткая жизнь — коротая память, — фальшиво посочувствовал Сантилли, сгружая ношу рядом со шкафом.

— Вы еще ковры-самолеты вспомните и сапоги-скороходы, — запальчиво высказалась девушка, начиная сердито расставлять книги на полки.

— С сапогами, да, ты права, как-то неудачно получилось, — Сантилли поморщился и почесал нос, — вечно в них кто-то куда-то с концами убегал.

— Да ну вас с вашими шуточками, — отмахнулась от демонов Элизабет и вернулась в бывшую комнату, чтобы забрать фотографии со стен.

Лас, не принимавший участия в веселом споре, снял с крючка нечто длинное в черном чехле и с недоумением покрутил его в руках. Сквозь ткань прощупывалось две палки.

— Что это? — просил он у Элизабет.

Та, смутившись и покраснев, быстро забрала странную вещь и буркнула:

— Это для айкидо.

— А подробнее, — сразу заинтересовался герцог, услышавший незнакомое слово.

— Это такой вид боевого искусства, — пояснил Тоньес, с интересом поглядев на девушку.

Сантилли протяжно присвистнул.

— Можно? — он вопросительно посмотрел на Элизабет и, не дожидаясь разрешения, расстегнул чехол и достал слегка изогнутый деревянный меч.

Ловко покрутил его в руках и вложил обратно, вытянув на свет палку.

— Это боккен, а это дзё, шест, — торопливо объяснила девушка, забирая его у герцога.

— И как успехи? — поинтересовался Тоньес.

— Нормально, — нехотя ответила Элизабет, застегнула чехол и прошмыгнула мимо графа в портал.

Демоны, значительно улыбаясь, переглянулись, и Лас одними губами произнес «Вау!».

Потом девушка спустилась вниз и отдала ключ хозяину, представляя его недоумение, когда он напрасно будет ждать ее у входа, чтобы как обычно пожаловаться на жизнь.

— В чем я теперь буду ходить? — расстроено спрашивала Элизабет, глядя на плоскую сумку с одеждой, одиноко стоящую на полу кабинета.

— Таамир все равно сделает то же самое. Сошьешь новую, по моде, — утешил ее Тоньес и, вспомнив, как девушка испугалась, увидев навороченный компьютер, добавил, — Дракон заплатит, как и за технику.

— Кстати, сколько это в пересчете? — спросил Сантилли, которому надоело молчать и злиться.

Тоньес задумался.

— Если считать доставку и установку….

Демоны хитро переглянулись. Санти поиграл бровями и проговорил:

— Думаю, как раз на кабриолет для Эджен выйдет.

Тоньес поморщился. Что-то новенькое, недовольно подумал герцог.

— Ладно, не будем наглеть, не дай боги, Таамир припомнит нам это. Половина машины нас устроит, — решил граф, и демоны ударили по рукам.

— А почему вы их называете драконами? Это династия? — запоздало спохватилась Элизабет.

— Потому что драконы. Как их по-другому назвать? — опередил шурина Тоньес.

— Можно летучими мышами, но тогда тебе понадобятся длинные ноги, — усмехнулся герцог.

— Зачем? — не поняла девушка.

— А затем, милая, что тебе после этого придется оч-чень быстро бегать. И не факт, что получится, — пояснил Сантилли, и демоны рассмеялись.

— А как называется ваша планета? — Элизабет вопросительно посмотрела на демонов.

— Наш мир? — переспросил Тоньес, — И'не Кей-Лайн, Жемчужина.

— Красиво, — Бет пошевелила губами, пробуя на вкус новые слова.

— Мягче произноси, — посоветовал Сантилли, — язык Ин Чу ласковый, в отличие от хозяев.

Интересно получается, подумал Лас, они не привыкли думать об их мире, как о планете. Граф сначала даже не понял, о чем спрашивает Бет. Забавно.

Демоны еще задержались, помогая расставлять книги и заодно посвящая ее в тонкости местной жизни. В это время заглянула Мици и доложила, что пришел портной.

— Передай Таамиру и Эдингеру, что мы вежливо попрощались и свалили в неизвестном направлении, — сказал Тоньес, открывая портал к себе.

— Мишелю пламенный привет, — Сантилли махнул рукой и потянул за собой Ласа, — мы отсыпаться, если дадут.

Элизабет тоже махнула на прощание и осталась наедине с новой жизнью в неизвестном для нее загадочном мире, где ничего не знают об электронике и электричестве, зато вовсю пользуются волшебством. Надо будет отучаться от привычки поправлять несуществующие очки и учить язык драконов, которые на них совсем не похожи, привыкать к дворцовым порядкам и к тому, что твой идеал оказался совершенно недосягаем. Король! Ну, почему он король, а не какой-нибудь заурядный магнат? Те женятся на таких вот золушках. Элизабет подавила тяжелый вздох и отдалась в руки портного, маленького круглого, но подвижного человечка, тут же принявшегося ее измерять и что-то невозмутимо набрасывать на бумаге.

В это время в дверь гостиной постучали, и вошел Эдингер, а вслед за ним впорхнула невероятная красавица в летящем наряде. Платье сильно напоминало готические, не раз виденные Элизабет на реставрации битв или турниров двенадцатого-четырнадцатого веков, когда ребята из различных клубов и обществ любителей средневековья, облачались в старинные одежды, брали в руки самодельное оружие и начинали разыгрывать из себя рыцарей.

Прекрасные дамы, облаченные по моде того времени, подбадривали своих избранников, бросая на истоптанный песок цветы и вышитые платочки. Это было и захватывающе и смешно одновременно, потому что некоторым «деткам», играющим в эти игры, было давно за тридцать или даже сорок. Элизабет брали на такие сборы в качестве воина-пехотинца, неплохо владеющего мечом. Да ей и самой было интересно окунуться в эпоху настоящего рыцарства.