Легенда о белом бревне (СИ) - Лебедева Ива

— Придем домой, я тебе нерпу с жирочком, ну, то есть скверной, подарю! — пообещала я ему.

— Кхм...

Домой мы вернулись ужасно усталые, но довольные. Да, Рич тоже был вполне благодушен, хотя по его льдисто-каменной физиономии об этом достаточно трудно догадаться. Но я каким-то образом чувствовала его настроение.

Разве что не совсем понятно: доволен он покупками или тем, что поход по магазинам закончился. В комнате для гостей, которую ему выделили родители, я живо распотрошила пакеты и принялась раскладывать вещи по полкам в шкафу и ящикам комода, напевая себе под нос песенку про тридцать три коровы, а Рич, сидя на кровати и машинально поглаживая свое кигуруми кончиками пальцев, наблюдал за мной со странным выражением лица. От помощи я отказалась, ссылаясь на то, что он мой гость, и парень явно не знал, куда себя деть. А померить пижаму, которую я специально, с «тонким» намеком, положила рядом с ним, стеснялся.

Тут из коридора раздался короткий дробный топоток, скрипнула входная дверь. Рич обернулся и снова сделал на лице мой любимый размер глаз. 

Глава 14

Ричард:

Существо было небольшим, круглым и светло-розовым. Я бы даже сказал — безобидным. Только вот от твари слишком явно несло скверной, чтобы принять ее за обычное домашнее животное местных аборигенов.

Я покосился на заинтересованно оглядывавшую меня Рису и с удивлением не заметил с ее стороны даже толики напряжения. Наоборот, она даже отвернулась и стала копаться в пакетах. Неужели она не чувствует, что перед ней тварь? Не боится? Не понимает? Возможно, Мастер никогда не была на охоте и поэтому просто не осознает всю опасность.

— Эта тварь скверны небольшая, и ее уничтожение не должно вызвать затруднения. — Я так и не дождался от Рисы реакции и решил взять ситуацию в свои руки. Умереть из-за некомпетентности юной девочки от лап какой-то мелочи или, что еще хуже, наблюдать за ее смертью, валяясь рядом ржавой железкой, мне не хотелось. — Воспользуйся мной. Будет достаточно одного удара.

— Где тварь? — удивилась Риса, оборачиваясь ко мне со стопкой футболок в руках.

— Да вот же! — Напряжение в голосе мне скрыть не удалось. — Давай, ты сможешь. Я постараюсь уменьшить свой вес по твоей руке и направить удар, тебе останется только замахнуться! — Спокойно смотреть, как тварь протискивается в приоткрытую дверь, почему-то пыхтя и издавая другие странные звуки, было… нет, не страшно. Нервно. Особенно напрягало столь странное спокойствие и отсутствие чувствительности у Мастера. Может, Риса чем-то больна и потому не ощущает скверну? А такие болезни вообще существуют?

Все это пронеслось в голове вереницей за какую-то долю секунды, а потом Риса проследила за моим взглядом, вдруг бросила футболки в ящик и рванула прямиком на тварь… с голыми руками! Даже не попытавшись вооружиться, ржа побери эту малолетнюю идиотку.

Я взвился с кровати и ринулся наперерез, просто чтобы сбить полоумную с траектории, но не тут-то было. С радостным писком она схватила тварь на руки и развернулась с ней в обнимку как раз в тот момент, когда я на нее налетел. И в результате мы покатились по ковру одной бестолковой кучей, с визжащим розовым комком, зажатым между нами. Я получил локтем под дых и только охнул, оказавшись лежащим навзничь, а сверху меня накрыло сразу и Мастером, и тварью.

А потом тварь вопросительно хрюкнула и лизнула меня в нос.

— Что это за существо?.. — все же осознал я, что для твари скверны это… это слишком… дружелюбно. Да и скверну оно не вытягивает, а, наоборот, кажется, отдает.

— Это Тонтон, мой сэвен, — объяснила Риса сквозь хихиканье.

— Очень понятно, — забыв обо всех правилах приличия, съязвил я. — Тонтон, сэвен — это о столь многом мне говорит, Мастер! — Да и какие, ко рже, правила приличия! Я думал, сейчас ржой рассыплюсь из-за этой больной девчонки с суицидальными наклонностями, а ей весело!!! Еще и тва… то есть существо с особой тщательностью старается вылизать мне лицо. Да что здесь вообще творится?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сэвен — это вырезанная из дерева фигурка животного, в которой глава нашего клана запасает для нас жир, в смысле скверну. Моего зовут Тонтон, в честь поросенка из одной анимешки. Я даже бусы на него такие же надела, и он стал почти копией!

— Ты уверена, что это деревянная фигурка? — с большим сомнением переспросил я, уворачиваясь от слюнявого розового языка. — Слезьте с меня. Оба! — не выдержал очередного лобызания. — Пожалуйста, Мастер.

— Не, — помотала головой Риса. — В смысле, я-то слезу, хотя и неохота. А Тонтон теперь не отстанет, пока не накормит. И вообще, я же тебе обещала нерпу с жиром подарить? Вот, считай, он теперь твой. Ты ему понравился, кстати. Сэвены обожают голодных Оружий.

— Я не испытываю голода, — почти прошипел я, отпихивая розовую морду местного аналога храна скверны. — Убери...те его.

Возможно, я и был бы не против восполнить потери, но уж точно не таким способом! Я лучше уж голодать буду, чем кормиться вот так… Откуда у деревянной фигурки слюни? Да и кодекс клана к такому очень строг. Принимая скверну Мастера чужого клана, ты невольно связываешь себя с ним хоть и недолговечной и тонкой, но связью. А без согласия главы на союз этого никак нельзя допускать!

Только кто бы меня спрашивал...

— Ну, он чувствует, что твой резерв не полон, — пожала плечами чокнутая девчонка и наконец сползла с меня. Но, вместо того чтобы встать, улеглась рядышком на ковер. — Я могу оттащить, но визгу будет на весь дом, мама с папой прибегут узнать, в чем дело. И все равно скажут тебе лежать смирно и потерпеть, потому что бабушкин сэвен — он никого просто так не полюбит. Раз льнет — значит, тебе это нужно.

— Ржа! Да хватит слюнявить мне лицо! — окончательно озверел я, отдирая от себя настырное существо. — Через руки передавай, если тебе так надо! — Сел и, одной рукой удерживая пыхтящего… сэвена, другой попытался оттереть эти… выделения со щеки. Но к моему изумлению, кожа оказалась совершенно сухой. Испарилось? Или тактильная иллюзия? Что вообще представляет из себя этот хран? Может, продвинутая голограмма? Для такого клана, как Лакоста-Ивановы, владеть столь развитыми технологиями… Они же только в этом году о спирали миров узнали, откуда?

— Впиталось, — со знанием дела прокомментировала Риса, укладываясь поудобнее и закидывая обе руки за голову. — Слюни, в смысле, впитались. Они же чистый жир. То есть переработанная энергия, — соблаговолила пояснить она. — Это, кстати, говорит о том, что твой резерв не полон. Так что обними Тонтона и полежи спокойно. Он больше не будет тебя слюнявить, просто так подкормит, — настаивала на своем девушка.

Похоже, легче подчиниться, чем пояснить, почему я не могу принять скверну от Мастера чужого клана. С другой стороны, если уж совсем придираться к формулировкам и искать себе оправдания… от Мастера я скверну и не принимаю. У энергии совершенно нейтральный вкус, она и правда чистая и переработанная.

— Это обязательно делать на полу? — все еще не приведя в порядок расшатанные нервы, переспросил я. Чудное существо, наконец получив полную свободу действий, улеглось мне на колени и довольно похрюкивало. — Не лучше ли пересесть… — Я окинул взглядом комнату, но из подходящей мебели увидел только кровать. Трапезничать в постели не более культурно, чем на полу. — Ладно, неважно.

Что-то у меня совсем нервы ни к рже, даже наглеть начал… Впрочем, неудивительно. Скорее непонятно, почему я еще не сошел с ума и не сорвался во все тяжкие!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Или сошел? И сорвался?

Глава 15

Лиза:

Эх, совсем принц дик… инопланетный. Это ж надо, испугаться маленького поросенка в бусах! Хотя «испугаться» — это не то слово, он явно хотел жестоко расправиться с милашкой Тонтоном, разрубив его на десяток маленьких поросяток. А потом возмущался, зачем сэвен его умывает. Да я бы тоже любыми способами постаралась у него то зверское выражение с лица стереть! Правильно я сэвена приманила, чуяла же, что резерв у парня опустел, а сам они ни в жизнь не признается в этом.