Легенда о белом бревне (СИ) - Лебедева Ива

— Всего доброго, юные леди, — вежливо попрощался я, размышляя над тем, что эти девушки скажут, увидев меня завтра в классе Рисы.

Когда мы наконец расплатились за выбранную в этом магазинчике самую нейтральную и не рваную одежду, Мастер вытащила меня в просторный светлый коридор между сияющими витринами других лавок и как-то хищно огляделась.

— Оф-ф-ф, противные курицы. У меня от них стресс! — заявила она. — И его срочно, срочно надо снять. Я даже знаю как!

— М-м? — слегка опасливо переспросил я. И не ошибся в своих опасениях.

— Мы пойдем в магазин нижнего белья! Вот! Всегда мечтала… с парнем. И все перемерим!

— Прошу прощения, но… мы не настолько близко знакомы, чтобы я наблюдал за вами… в столь открытом виде. — Мало мне было ощущений, когда эта девушка меня тискала, теперь она решила добить? Я постарался вытянуть руку из чужой хватки. Но не тут-то было.

— Да брось! Я же не сексом тебя зову заниматься, а померить одежду, — отмахнулась Риса, радостно волоча меня в сторону одной из лавок. — И при чем тут я? Мерить будешь как раз ты!

— Я… — Я как вкопанный встал посреди коридора, невольно использовав свои силы, теперь даже тварь скверны не сдвинет. — Юная леди, это уже ни в какие рамки! Мы с вами знакомы ровно два часа!

— Четыре! — не согласилась Риса. — Даже четыре с хвостиком! Ну ла-а-адно, что ты так испугался? Я не собираюсь с тебя трусы снимать! Но пижаму, майки, футболки, носки, домашние штаны и всякое такое… мягкое-приятное к телу — это тоже там надо покупать.

— Я выберу сам, — решил все же настоять на своем. Мастер Мастером, но я уже совсем себя бессловесным украшением чувствую, а не боевым Оружием. И ладно бы между нами была уже привязка, тогда и выбора бы не было. А тут мелкая заигравшаяся девчонка из чужого клана. Милая, но… всему есть предел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ну ла-а-адно, — вздохнула Риса. — Тогда я буду предлагать варианты! Идет?

— Идет, — мрачно кивнул я, но про себя подумал: будь она из призмы или тем более из клана, никакой альтернативы мне бы просто не предложили. А здесь, оказывается, можно спорить. И даже настаивать на своем.

Если бы я знал, чем все обернется, встал бы крестом в дверях лавки и ни за что на свете не позволил завлечь себя в этот… этот… 

Глава 13

Лиза:

— Что я должен сделать, чтобы вы прекратили надо мной издеваться? — с плохо скрываемым отчаянием в голосе спросил у меня принц, косясь на кигуруми (цельная пижама-комбинезон, обычно в виде животных) в моих руках, как Белоснежка на отравленное яблоко.

— Я не издеваюсь. Нет, согласна, с предыдущим радужным единорогом я переборщила, но эта вот — котик! Причем твоего любимого белого цвета! Ты только потрогай, какой мягкий материал, в таком спать — настоящее удовольствие! Тут даже штаны нормальные, это мужской вариант! — В доказательство я показала ему бирку. — И это пижама, в ней дома спят под одеялком, по улицам не ходят! Ну, некоторые фрики не в счет.

Ричард очень неохотно ткнул пальцем в кигуруми и задумчиво застыл. Потом погладил короткий мягкий ворс, и взор его затуманился. Но тут же он встряхнулся и помотал головой с таким отчаянием, что я поняла: ему нравится, но он в этом не признается даже под страхом смерти.

— Берем. — Решительно дернув парня за руку, я поволокла его к кассе, туда, где уже громоздились упаковки носков, трусов, маек и прочего. Все белое, на крайний случай светло-серое или цвета слоновой кости, без единого рисуночка — ужас! А я ведь предлагала и с котиками, и с черепами, и даже с винтовочными принтами! Ничего не захотел. Но кигуруми… котика…

— Считай, что это я себе покупаю, — успокоила я опять впавшего в ступор Ричарда. — А тебе только поносить дам. Если кто вдруг прицепится, скажешь, что я капризная стерва, надела его на тебя силком, хотя ты доблестно сопротивлялся! Но я тебя укусила! Укусила за… за… в общем, за какую-нибудь важную часть тела. Хм, за рукоятку?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И-и-и-и! Обожаю, когда у него глаза так широко раскрываются, как в настоящей анимешке! Но только на этот раз он сначала вытаращился, а потом в невозможной синеве промелькнула искорка смеха и Рич кивнул. Ой! Неужели? Да! Да, Лизка, ты все правильно делаешь! Дурачься дальше, его прямо на глазах отпускает, и он перестает бояться всего на свете и в первую очередь — тебя!

— Может, тогда, под ту же легенду, во-о-он ту футболку с…

— Нет! — отчаянно замотал головой принц. Ну вот… Здесь пока не передавливаем, поняла. Но обозначить направление — это было верное решение. А дальше потихонечку, потихонечку — не все ж сразу. И потом я ж его люблю вот такого — слегка мороженого… Ой. Чего? Люблю? Ах ты тундрец по нерпе… ну… похоже, да. Не так чтобы насмерть, но…

— Ладно, ты все равно молодец и супергерой! — Я привстала на цыпочки, положила руки парню на плечи, чтобы удобнее было, и звонко чмокнула его в щеку. — Такой шопинг выдержать — на это далеко не каждый мужчина в принципе способен! Девять из десяти умерли бы еще возле джинсов!

Щека, которую я поцеловала, тут же залилась пунцовым румянцем. Но что интересно, меня никто не оттолкнул и от меня не шарахнулся! Прогресс, аднака, как говорит бабушка. А хотя… он вообще-то с самого начала именно от физического контакта не пытался уклониться. Интересно почему? Я тоже ему нравлюсь или это какая-то очередная затундренная призменная фишка из области дрессировки Оружий? Нет, внутреннего отторжения от него я не чувствую, иначе не вела бы себя так вольно. Ладно, потом выясню, пока буду просто наслаждаться. Мне его тискать просто меганравится, ну что ты тут поделаешь, хвостом твою нерпу...

— Местные как-то странно на нас смотрят, — негромко шепнул он, косясь голубым глазом на покрасневших до состояния свеклы продавщиц, которые с рекордной скоростью упаковывали наши покупки.

— Завидуют, — с полной уверенностью пояснила я. — У меня есть настоящий принц, а у них нету! Я покупаю со своим парнем пижамку, а им такое даже и не снилось! А вообще, — тут я с сожалением вспомнила, что мы в Токио, а не в Москве или Нью-Йорке, — я их немножко шокировала, конечно. Они тут за ручку подержаться на людях и то стесняются… но втайне знаешь как мечтают о свободе? Во-о-от!

— Мы ведем себя… неприлично? — почему-то вычленил из моего разговора он только это. Вот… бревно воспитанное!

— Не, — помотала я головой. — Ты в полном порядке. Потому что блондин и иностранец. Причем красивый. Это скорее мне, теоретически, могут предъявить претензии, я-то местная. Но мне, знаешь ли, дороже возможность тебя потискать, чем всякие условности.

— Кхм, — сказало прекрасное бревно и тяжело вздохнуло, будто собираясь нырнуть в холодную воду. — Что же… желание Мастера союз… нейтрального клана действительно приоритетнее, чем соблюдение традиций непосвященных аборигенов... по кодексу, — еле слышно пробормотал он скорее для себя, чем для меня.

— Вот! Правильно рассуждаешь, аднака! — От переизбытка эмоций я даже пару раз подпрыгнула на месте, полностью забыв об окружающих нас людях. Ну как забыв… Частью сознания я всегда контролирую окружающее и прекрасно знаю, когда можно дурачиться, а когда нельзя.

Здесь и сейчас ничем мне это не грозит. Никакими особыми репутационными потерями и всей этой ерундой. Подумаешь, немного хулиганства в торговом центре. Между прочим, я выгляжу как девочка «мимими», и очень многие, даже самые строгие ревнители приличий, только улыбнутся, глядя на мои «милые ребяческие выходки». У японцев с этим тоже все не как у людей… Так что отрываемся на полную. И что самое главное, эта моя веселая клоунада действует на принца. Он смотрит как на чокнутую и… оттаивает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А то чую я: начнутся потом протокольные мероприятия, встречи с родней по папиной линии, опять же, школа… а там надо вести себя как леди или хотя бы как милая и слегка глуповатая японская школьница, которая в будущем станет неплохим украшением мужа и не будет стращать его излишним интеллектом. Вторая роль полегче, но… в этот раз никаких послаблений, рядом с принцем нужно именно как леди. Я умею. Но не люблю! Вообще, по моему скромному разумению, никто не любит. Но не признаются, потому что… нельзя терять лицо. Ладно, хоть Рича побалую и сама оторвусь, пока возможность есть!