Сделка с профессором (СИ) - Краншевская Полина

Бледная и взволнованная Бетти с благодарностью положила ладошку на его руку и ответила:

– Нет. Лучше сразу все сделать и поскорее вернуться домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Фрэнк невесело усмехнулся.

– Я тебя понимаю. Мало кому хочется задерживаться здесь дольше необходимого. Пойдем.

Они спустились этажом ниже, и Тарак подвел Беатрис к одной из многочисленных дверей в длинном хорошо освещенном коридоре. Перед ней стояли два жандарма. Завидев Фрэнка, они вытянулись по стойке смирно и отдали честь.

Тарак кивнул им и отворил перед Бетти дверь, пропуская вперед. Беатрис прошла в безликую серую комнату без единого окна и увидела щуплого высокого господина в черно-зеленой форме жандармерии, сидящего за небольшим столом в центре помещения. Мужчина сильно сутулился, вчитываясь в бумаги, лежащие перед ним, и походил на нахохлившегося ворона темными растрепанными волосами и длинным немного загнутым книзу носом. Тусклый свет висящего под низким потолком осветительного артефакта придавал его изрезанному глубокими морщинами лицу брезгливо-въедливое выражение.

– Максис Метикул, дайна Сонар прибыла для опознания, – объявил Тарак.

– Добрый день, – поздоровалась Беатрис.

– Вы задержались, – бросил сыщик скрипучим голосом, с неприязнью оглядывая ее с головы до ног. – Садитесь и начнем. У меня мало времени.

Фрэнк отодвинул для Беатрис стул напротив максиса Метикула, забрал переданное ею пальто и шляпку и помог устроиться.

– Максис Тарак, подождите дайну за дверью.

Фрэнк нахмурился, но возражать не стал, зная предписанный порядок до мелочей.

– Я буду рядом, – шепнул он Бетти и ободряюще потрепал ее по плечу.

Оставшись наедине с тощим максисом, Беатрис ощутила себя вовсе не свидетельницей, а самой настоящей преступницей, или, по крайней мере, подозреваемой, уж больно пристальным взглядом сверлил ее сыщик, будто желая залезть в мысли и как следует в них покопаться.

– Глава департамента предупредил меня, – начал он, не сводя с Бетти глубоко посаженных черных глаз, – что вы не сможете прямо отвечать на вопросы об Атли Баренсе. Поэтому мы сразу договоримся, что вы будете нажимать на красный кристалл вот в этом браслете, если ответ положительный.

Максис Метикул положил перед ней тот самый артефакт, что был на Бетти в закрытом клубе.

– Если же ответ отрицательный, то вы не предпринимаете никаких телодвижений. Понятно?

– Да. Я готова, – ответила Беатрис, надевая на руку браслет.

– За этой стеной, – указал сыщик вправо, – в настоящий момент проходит допрос Атли Баренса. Я активирую специальный артефакт, и вы сможете увидеть и услышать то, что там происходит. Ваша задача внимательно рассмотреть арестованного, прислушаться к его голосу и определиться, является ли он тем самым человеком, что удерживал вас в плену.

Вязкий комок встал у Беатрис в горле, и сколько она ни пыталась сглотнуть, никуда не исчезал. Не в состоянии выговорить от нахлынувшего волнения ни слова, Бетти кивнула и уставилась на серую стену.

На ее глазах штукатурка подернулась дымкой, и в следующее мгновение Беатрис увидела Атли, сидящего в такой же комнате, как и она сама, перед похожим столом. Пожилой господин в очках задавал ему вопросы, а он молчал. Его длинные светлые волосы стягивал шнурок, вместо шикарного черного костюма на нем были полотняные брюки и расстегнутая куртка болотного цвета, живот и нижнюю треть груди закрывали плотные повязки, на шее висел овальный серебристый кулон. Взгляд ярко-голубых глаз Атли погас, и ничего, кроме отчаяния, в нем больше не отражалось, губы местами потрескались и побелели, длинные пальцы мелко подрагивали.

У Бетти сжалось сердце в порыве сострадания к бывшему господину. Никогда раньше она не видела его таким сломленным, будто жизнь в один миг ушла из него, и лишь бесполезная телесная оболочка осталась временно существовать на земле. По наитию она перестроила зрение и чуть не вскрикнула от ужаса. Резервуар Атли был полностью опустошен, а висящий на шее кулон вытягивал малейшие капли маны, поступавшие из окружающего пространства.

– Вы узнаете этого человека? – услышала она резанувший слух скрипучий голос сыщика и вздрогнула.

Слезы навернулись ей на глаза, но Беатрис постаралась собраться и нажала на красный кристалл.

– Его имя Атли Баренс?

И снова она уверенно надавила на камень.

– Это он забрал вас из закрытой школы и удерживал в тайном месте?

Бетти опять активировала артефакт.

В этот момент за стеной дознаватель спросил Атли о пропавших дайнах и выложил перед ним на стол несколько изображений разных девушек.

– Я не имею к этому никакого отношения, – ответил он, скользя по лицам безразличным взглядом.

«Как он странно говорит, – подумала Беатрис и принялась всматриваться в Атли со всем тщанием, на какое была способна. – Или это из-за тяжелого ранения и пребывания в заточении?»

Она привыкла к тому, что голос ее благодетеля всегда звучал чуть приглушенно, размеренно, без резких колебаний. А тут Бетти уловила довольно низкие нотки и специфическое, едва различимое удлинение гласных в паре слов.

Такими особенностями речи отличались айсары, да и внешность Атли выдавала его принадлежность к выходцам из Айсарийского шараата. Но раньше это никогда так не бросалось в глаза, как теперь.

Сыщик задал еще несколько уточняющих вопросов, все они сводились к подтверждению того, что именно Атли Баренса являлся главным виновником исчезновения Бетти из Камелии.

– Вы можете снять браслет, – сказал наконец максис Метикул. – Прочтите протокол опознания и подпишите, если все написанное верно.

Беатрис изучила протянутый листок и подняла взгляд на сыщика.

– У меня есть некоторые сомнения, – все же решилась признаться она.

– Какого рода? – с недоверием посмотрел на нее максис.

– Речь человека за стеной немного отличается от того, что я слышала раньше.

– Что вы имеете в виду, уточните.

– Он растягивает гласные и говорит… – Бетти замялась, не зная, как описать интуитивные ощущения. – Говорит слишком низко.

Сыщик усмехнулся и одарил ее снисходительным взглядом, словно перед ним была полнейшая невежда, не знающая элементарных понятий.

– Это характерно всем айсарам, и Атли Баренс не исключение. Он родился и вырос на Северном континенте, а в империю перебрался всего несколько лет назад. Подписывайте протокол, если все остальное верно.

Бетти не нашлась что возразить, и поставила писчей палочкой свою подпись.

В коридоре ее дожидался Тарак, и едва Беатрис вышла из допросной, он тут же подошел к ней и с тревогой спросил:

– Как ты? Как все прошло?

– Тяжело, – не стала скрывать Бетти. – Хвала всевидящей Идане, этот кошмар позади. Можешь проводить меня домой?

Фрэнк с сожалением покачал головой.

– Максис Иксли просит тебя подняться в его кабинет. Это ненадолго. Переговоришь с ним, а потом я тут же доставлю тебя в особняк максиса Джентеса.

Беатрис скрепя сердце согласилась, и они поднялись на третий этаж. Тарак открыл перед ней тяжелую дверь и пропустил в приемную главы департамента.

– Здесь я работаю с документами, – махнул он в сторону аккуратно прибранного письменного стола в глубине помещения. – Проходи. Нам сюда.

Тарак подошел к еще одной двери и, постучав, отворил ее.

– Дайна Беатрис Сонар, – с поклоном объявил он и обернулся к Бетти.

Она зашла в роскошную комнату с великолепной мебелью и слегка растерялась. Книжные шкафы из красного дерева выглядели так, точно их сделали на заказ по индивидуальному эскизу умелого мастера. Изогнутые ножки, дверцы с резьбой, изображавшей целые картины с животными и птицами, позолоченные ручки – все приковывало взгляд и поражало воображение. Широкий кожаный диван и два кресла для посетителей смотрелись несколько вычурно и больше бы подошли для гостиной богатого аристократического дома, чем для кабинета в казенном учреждении. Хрустальная люстра-артефакт дополняла дорогой интерьер и окончательно сбивала с толка. Беатрис с трудом сосредоточилась на хозяине столь странного кабинета, затерявшемся в обилии броских деталей обстановки.