Александр Бромов - Игры богов

Лас сразу подвинулся, помогая другу пристроить жену в образовавшееся гнездышко.

— Мы заболтались, — повинился он, с наслаждением прикасаясь губами к ее коже и вдыхая такой родной запах.

Они не заметили, когда исчез Сантилли.

Позже, уже днем друзья бродили по берегу моря в ожидании Сах Ира и Мишеля, оставив Элерин командовать прислугой, готовящей обед. Она прекрасно все поняла — им хочется побыть вдвоем — и не обиделась, беззаботно махнув рукой:

— Я позову, когда все будет готово.

Немного кружилась голова, но, наверно, больше от радости, поэтому Ласайента долго не мог выбрать, что одеть, пока Сантилли сам не выдернул из шкафа светлую футболку и джинсы, перебросив к ним вдогонку спортивную кожаную курточку.

— Самые сильные маги теперь живут на Радужной и многие в Орхане, — не спеша говорил он, перечисляя основные новости. — У ребят — отличное пополнение из молодежи, головастое, как говорит Алексей. Глеба ты вчера видел. Завтра сходим к ним в гости, и все узнаешь подробнее. Таамир половину основных производств на Земле погреб под себя.

Лас не выдержал и присвистну:

— Вы как прозевали?

— Он когда-нибудь кого-нибудь посвящал в свои планы? — сердито спросил Сантилли. — Чертова ящерица. Через подставных лиц действовал. Скажи спасибо, что вообще заметили, что он туда зачастил. Шпионов наших на раз вычисляет, возвращает и, знаешь, с такой гаденькой улыбочкой предлагает включать логическое мышление.

— И что теперь? — нахмурился Лас.

— А ничего, — беспечно пожал плечами император но, перехватив недовольный взгляд друга, пояснил, — готовим подарок к двухсотлетию профессоров: чистую Землю, а пока скупаем территории и то, что нам милостиво оставили, потом начнем генеральную уборку. Рино только не говори, я уборку имею в виду.

Лас и хмыкнул:

— Долго ли эту свалку очистить или ты про другое?

— Про другое, — Санти запустил в море плоский камешек, но тот нырнул в первую же волну. — Черт, разучился. Воры, убийцы, попрошайки. Я хочу все провернуть тихо и незаметно.

— Тихо не получиться. Отстреливать по ночам будешь? — поинтересовался принц, вслед за ашуртом прочесывая глазами берег в поисках нужной гальки.

— Зачем? — фыркнул Сантилли. — Поохотиться я могу и на Ри Мари-Но, кстати, гораздо интереснее, чем на это быдло.

Грубое слово резануло слух, и Лас недоуменно вскинул на друга глаза. Он не ожидал, что тот станет настолько резок и жесток. И сразу вспомнились старые страшные истории про Кровавого герцога. «Голыми руками на части рвал, никого не жалел», — всплыли в памяти слова испуганного очевидца-крестьянина, чудом оставшегося в живых. Принцесса, тайком от всех пробравшаяся на кухню, чтобы послушать путника, несколько ночей после этого не могла уснуть.

— Сами прибегут, надо только пряник предложить правильный, — ашурт, выбиравший камешек, не заметил замешательства друга. — Наши хотят некоторым людям предложить повысить статус, сам понимаешь, понадобится много жертв, — очередной «блинчик» зарылся в волну, — Думаю, за год управимся, а попутно займемся почвой и атмосферой. Но это уже забота магов и ученых.

— Ты думаешь, они согласятся? Тот же Марк встанет на дыбы, — по возможности спокойно спросил Лас, старательно отгоняя неприятные мысли.

— А кто-то хочет посвятить их в тайну ритуала? — хитро прищурил глаза Сантилли. — Знание для Повелителей, — и, видя сжатые в нитку губы принца, напрямик спросил, даже не пытаясь спрятать легкую насмешку. — Изменился? Не нравлюсь?

— Нет, — Лас решительно тряхнул головой, — не в этом дело. Мы все меняемся.

Ашурт вопросительно изогнул бровь, молча требуя продолжения.

— Там же люди, а ты о них, как о домашнем скоте.

— Скот, мой принц, — тяжело усмехнулся Сантилли, — я буду холить и лелеять, а это, извини меня, быдло, отбросы. Люди…, - он посмотрел на море, — люди, Ласти, стремятся к лучшему, меняют себя, совершенствуются. За примерами далеко ходить не надо, ты согласен? — йёвалли кивнул — А те — проститутки, наркоманы, убийцы…, - и ядовито спросил, — целоваться прикажешь с ними? Ах, нет — перевоспитывать. Извини — не ангел. Но этот мусор даже им не нужен, — он равнодушно пожал плечами и запустил в море следующий камешек.

Они немного помолчали. Да, друг сильно изменился, но все равно это Сантилли. Таамир вчера обмолвился, что теперь все наладится, потому что к ашурту вернулась душа. Тогда Лас не обратил на его слова внимания. Что дракон имел в виду? Что душа — это он? Не слишком ли?

Из раздумий его вырвал ироничный вопрос Сантилли:

— Не разучился еще играть за семь дней?

— Джуни новую группу набрал? — сразу оживился принц. — Кто?

— А ты догадайся с двух раз, — ухмыльнулся друг и продолжил. — Инженерная академия с отличием, консерватория с отличием, уже имеют защитников. Везде успевают.

— А где выступают? — спросил удивленный Лас, не ожидавший от их сыновей такой прыти. — На Земле же война была.

— Далась тебе эта Земля, — поморщился ашурт, — их и у нас на руках носят.

Йёвалли недоверчиво покрутил головой, глядя себе под ноги, и машинально начал сгребать носком кроссовки небольшую кучку песка, переваривая информацию. Сантилли его не торопил, давая время, все обдумать и разложить по полочкам. Сейчас друг утрясет все, «перезагрузится», и начнутся вопросы о главном, или он его плохо знает.

— Ты о чем-то молчишь, Сан, — Ласайента поднял гальку и покатал ее между пальцев, — что все-таки случилось?

— Каша какая-то заваривается, — неохотно ответил тот. — Все крутятся вокруг меня, но морды держат кирпичами. В доме не продохнуть от магов и богов. Они чего-то боятся, Ае, боятся, но молчат, — он задумчиво покусал губу, подбрасывая на ладони плоский кругляш.

— А поговорить начистоту?

— Ах, эти круглые невинные глаза! — с сарказмом воскликнул ашурт и с силой бросил очередной «блинчик». — Как они меня умиляют! Явились, заговорщики, — он кивнул головой в сторону дома, от которого к ним шли друзья.

— Мы тогда совсем забыли про Праздник Мира, — негромко рассказывал Сах, когда они вчетвером сидели на причале возле шхуны, — и никто не напомнил. Таамир меня чуть не сожрал.

— Почему? — Лас не сводил с воды отрешенных глаз, думая о своем.

— Он за несколько лет плешь всем проел, — пояснил Мишель. — Говорил, что тебя могут убить. Он всегда такие вещи чувствует.

— Ничего не происходило, и все расслабились, — Сах пожал плечами, — а он перед гонками просил меня присмотреть за тобой. Надо было поехать вместе с тобой на эти чертовы испытания.