Пациентка по межзвездной переписке - Мария Павловна Лунёва

вниз. Его глаза лихорадочно блестели. Влажные губы приоткрылись. Кадык то и дело дергался.

Отбросив стеснение, я заинтересованно уставилась на его грудь. Твердая. Широченная. Ни грамма жира. Все такое твердое.

Каменный живот. Пальчики пробежались по кубикам, насчитав шесть. Никогда меня особенно не интересовало мужское тело. Но сейчас...

— Нум, это... оно тоже как стресс, да? Или все же как лечебная положительная терапия?

— Лиля, — его голос охрип, он собрался еще что-то сказать, но...

Но я поступила подло. Опустившись, скользнула губами по его животу. Мой язычок проделал мокрую дорожку и остановился чуть ниже пупка.

В штанах мужа в этот момент все окончательно встало на дыбы.

Улыбнувшись, я снова лизнула кожу и услышала, как мой орш зашипел и произнес что-то на незнакомом мне языке.

— Лиля, что ты со мной делаешь? — взмолился он. — Ты... мы...

— Мне нельзя, да? — кажется, в моем голосе прорезалась обида. — Так нечестно, мы ведь женаты.

Я расстроенно опустила голову на его грудь, чувствуя, как под моим животом пульсирует его... ну...

Боги, мне не хватало смелости даже про себя назвать его... Слегка покраснев, я выдохнула.

— Можно, — приподняв, Нум подтянул меня повыше. — Просто я думал, что ты еще не готова. Что оттолкнешь, если я зайду дальше поцелуев.

Уложив меня сверху, он устроил мои ножки так, будто я его оседлала.

— И если я тебя еще раз поцелую, — я лукаво взглянула на него.

В расширившихся зрачках появился блеск. Нум тяжело втягивал через ноздри воздух, словно пробежал марафон.

— То я уже не сдержусь, и твое «нет», милая, могу и не услышать, — вроде и предостерегающе произнес, а сам нижнюю губу облизал от нетерпения.

— Угу, поняла, — выдохнув, я потянулась и снова прижалась к его влажному рту. — «Нет» от меня ты не услышишь, — прошептала, сладко целуя.

Глава 49

***

Нежность. Мужские руки скользили по моему телу, настойчиво исследуя его. Сжимая и лаская, будто извиняясь за мимолетную грубость. По коже бегали мурашки, приподнимая волоски. Я не могла нормально дышать, настолько была напряжена. Ноги сводило от предвкушения и нетерпения.

Сладкая боль внизу живота. Истома.

Прогибаясь в пояснице, я все настойчивее ерзала на своем орше, но он не спешил. Напротив, затягивал все, будто позволяя мне испугаться и сдаться.

Но нет...

Выдохнув, я прошлась дорожкой поцелуев по твердой мужской груди. Нум замер и теперь лежал подо мной, не двигаясь. Позволял главенствовать с такой улыбкой, что у меня сердце просто обмирало и переставало биться.

— У меня совсем нет опыта, — прошептала я, снова пробуя на вкус его кожу.

— Пока ты отлично справляешься, — его грудная клетка заходила ходуном. — Мне интересно, что ты сделаешь дальше.

Словно пытаясь меня смутить, он поднял руки и сложил их за головой. Вроде и хотел казаться расслабленным, но я видела, как лихорадочно горят его глаза. Он ловил каждое мое движение.

Облизнув губы, я тихо захихикала. Лежит тут весь такой доступный и только мой. Целуй его, ласкай — все разрешает.

Нет, я, конечно, девушка невинная, но не из космической дыры же вылезла. Раз дают добро на соблазн, то чего бы и нет.

Мои пальчики скользнули по низу его живота и дернули пояс штанов. Нум вздрогнул и замер. Его взгляд стал совсем тяжелым. Облизав пересохшие губы, он усмехнулся. Вот только пульс в артерии на шее бился с такой силой, что стало заметно. Это подстегнуло.

— Когда ты первый раз связался со мной, — зашептала я, скользя языком по его ключице, — я не могла даже думать нормально. Смотрела на тебя и что-то невнятно мычала, проклиная себя за стеснительность. Ты казался мне мужчиной мечты. Недосягаемым. Тем, о ком хорошие девочки грезят, накрываясь одеялом с головой. Ты говорил, а я разглядывала тебя, пытаясь запомнить все в мельчайших подробностях.

Моя ладонь прошлась по ткани его штанов и спустилась на внутреннюю часть бедра. Нум толкнулся мне в живот и тихо зашипел. Его желваки заходили от едва сдерживаемого желания.

Но он продолжал только смотреть.

— Когда ты связался со мной, красуясь голым торсом, я поняла, что такое желание, — шептала я. — Уж больно мне хотелось потрогать все и пощупать. Узнать, какое оно — упругое, горячее...

Я ласкала его бедра, немногим не касаясь того бугра, что настойчиво вдавливался в мой живот.

Нум молча пожирал меня взглядом. Гад. И это мне в нем нравилось. Ну раз дозволили поиграться, то чего уж. Чуть приподнявшись, я проказливо дунула на его кожу в том месте, где шея соединяется с плечом, а после сомкнула губы и принялась посасывать, очень надеясь, что оставлю пусть и небольшой, но след. Мои же пальчики, совсем осмелев, прошлись по всей длине выступающего из штанов бугра.

Муж дернулся, что-то тихо прорычал и обхватил меня руками...

Мгновение — и я уже лежала под ним.

— Теперь я, — выдохнул он мне в губы. — Хочешь, покажу, что я хотел с тобой сделать, как только увидел тебя вживую? Думаю, тебе очень понравится, любовь моя.

Впившись в губы, он принялся нежно, но страстно посасывать их. Не позволяя дышать. Думать... Мне оставалось только хвататься за него.

Мысли покинули голову. Я глотала воздух ртом, чувствуя, как его поцелуи спускаются на шею. Он словно копировал все, что я проделывала с ним. Лизал и покусывал. Обдавал дыханием. Застонав, я прогнулась, прижимаясь к нему. Ответом мне был тихий смешок.

Его губы скользнули ниже. Проделали дорожку между грудей. Длинные, сильные пальцы легли на холмики, сжимая, словно массируя. Я заметалась на подушке. Но, кажется, Нуму этого было мало.

Комнату наполняли наши стоны и бешеный ритм моего сердцебиения, раздающийся с датчиков монитора. Казалось, все показания просто сошли с ума.

Нум же продолжал свое путешествие. Его губы обхватили твердые горошины груди. Поиграв немного языком, он оставил их и проделал влажную дорожку ниже. Язык скользил по моей коже, вызывая трепет во всем теле.

Я сжимала бедра, приподнимая таз. Кажется, даже тихо о чем-то просила. Сама уже не понимала, что происходит. Дыхание мужа разбивалось о мой живот. Прижавшись к нему лицом, Нум осторожно покусывал кожу и тут же ласкал языком место укуса.

— Хватит, — взмолилась я, хватаясь за его волосы. — Я больше не могу.

— Мне прекратить? — его губы дорожкой легких