Поцелуй Тёмного Огня - Эми Пеннза
Глаза Фергуса расширились — отражение удивления, которое я испытал. Она только что сбросила много информации, но один элемент привлёк моё внимание больше всех остальных.
— Переговоры предполагают обмен, — сказал я. — Предполагая, что мы дадим тебе слёзы, что ты готова дать нам взамен?
Она сделала ещё один вдох, и теперь её щеки стали почти такими же красными, как и волосы.
— Моё... тело. Мне сказали предложить себя в обмен на слёзы.
Глава 6
Галина
Я думала, что один высокий, мускулистый дракон, смотрящий на меня сверху-вниз глазами, полными похоти, был ужасающим.
Теперь, когда двое из них делали это, я не могла контролировать свой бешеный пульс.
Это казалось невозможным, но Брэм был даже крупнее Фергуса. На самом деле, он был самым крупным самцом, которого я когда-либо видела. Его белая рубашка на пуговицах натянулась на его мощных руках и широких плечах. Даже сидя, он всё ещё возвышался надо мной. И хотя он был достаточно любезен, чтобы освободить мои запястья — расплавив путы только своей кожей, — он излучал ауру опасности, которой не хватало Фергусу.
Может быть, это был просто контраст в их окраске. В то время как Фергус был блондином, волосы Брэма были такими же тёмными, как у воронов, которые иногда кружили над башнями Кровносты.
Однако в его глазах не было ничего тёмного. Зелёные, как изумруды, они были окаймлены густыми чёрными ресницами, почти слишком длинными для мужчины.
Но я едва обратила внимание на его ресницы или очаровательные радужки. Я была слишком сосредоточена на крошечных огоньках, мерцающих среди зелени. Огонь был там, когда он впервые подошёл к кровати, и он появился снова только сейчас — когда я сказала, что должна отдать своё тело за слёзы.
Те же странные огоньки плясали в глазах Фергуса, напоминая мне, что они думали, что я их пара. В смысле истинная женщина, которую искали все драконы.
А затем размножались болезненными и унизительными способами, пока не получили потомство, необходимое им для восстановления их расы.
Моё сердце забилось быстрее. Конечно, они были неправы. Или, что более вероятно, они играли со мной в какую-то жестокую игру.
Но почему они ждали, чтобы наброситься? Я уже была в их постели. Не было ничего, что могло бы помешать им заявить на меня права. Они могут даже не вызвать у меня слёз. После того, как они повеселятся, они могут отправить меня обратно в Кровносту с пустыми руками, где Григорий быстро снесёт мне голову за провал моей миссии.
Слёзы жгли мне глаза.
— Ох, — тихо сказал Фергюс. — Только не сейчас, — он потянулся ко мне.
Сработал инстинкт, и я отпрянула назад, прежде чем смогла остановить себя. Мои длинные юбки обвились вокруг ног, обнажая лодыжки и икры.
Сразу же две пары мужских глаз сфокусировались там. Брэм встал.
Я попыталась отпрянуть ещё дальше, но моё скомканное платье помешало этому.
— Вы не хотите меня, — выпалила я. — Я всего лишь полукровка.
— Вряд ли это препятствие, — проговорил Фергус. — Мы тоже.
— Но... — я нахмурилась. — Вы драконы.
— Да, и за тысячу лет не родилось ни одного чистокровного дракона.
«Конечно», — подумала я, чувствуя себя глупо. «Женщин-драконов не осталось. Потому что они думают, что вампиры убили их». Моё сердце снова забилось быстрее.
Тёмные брови Брэма сошлись вместе.
— Ты не можешь бояться нас, Галина.
Мне потребовалась секунда, чтобы разобраться в его акценте, который был сильным, но странно... привлекательным. Они оба говорили напевным тоном, который звучал почти как музыка.
Но он ошибался насчёт моего страха. Полукровка я или нет, у меня были все основания бояться. В драконах не было ничего доброго или нежного. Мой отец был одним из самых прославленных воинов в мире, и даже он боялся их.
Используя свои ладони, я немного отодвинулась назад.
— Я бы не стал, — мягко сказал Фергус. — Если только ты не хочешь, чтобы мы снова связали тебя.
Я замерла. Говори. Я должна была поддерживать их разговор. Я облизнула губы.
— Если вы не чистокровные драконы, тогда кто вы? — о, боги, может быть, их другие половинки были чем-то ещё более ужасающим.
— Наши матери были оборотнями, — ответил Брэм, — но драконья кровь — это правда. Мы наследуем мало материнской ДНК.
— Наверное, потому, что у каждого дракона два отца, — сказал Фергус.
У меня внутри всё сжалось при напоминании о том, как они воспитывали своих женщин. Никогда ещё я не была так отчаянно настроена. Просто захотеть оказаться где-нибудь в другом месте. Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не молить о пощаде. Бок о бок они представляли собой устрашающее зрелище, оба такие высокие, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ними взглядом. Я не была уверена, куда смотреть, поэтому поймал себя на том, что мечусь взглядом туда-сюда между ними, ожидая, когда кто-нибудь сделает шаг.
— Хватит о нас на данный момент, — произнёс Брэм, что-то в его лице дало мне понять, что его не обманула моя попытка отвлечь их. — Ты сказала, что Людовик умирает. — тёмная бровь поползла вверх. — Мне интересно знать, какая болезнь способна сразить тысячелетнего Кровавого принца. И будь честна, девочка. Мы можем учуять ложь так же легко, как мы можем учуять наши пары.
Я заставила себя выдержать его взгляд, даже когда беспокойство пробежало по моей коже. Если Брэм был знаком с моим отцом, то он, вероятно, был в курсе скандалов, которые регулярно преследовали Кровносту.
— Он соблазнил жену князя Сергея Севолодского. Принц Сергей отомстил, послав наёмного убийцу. Её кожа была покрыта Чёрным Сеттанисом.
Брэм и Фергус обменялись взглядами, и по выражению их лиц я поняла, что Григорий сказал правду о яде.
— Мой отец умрёт без слез, — сказал я. — И...
— И? — подсказал Фергус.
Я проглотила комок в горле
— Я умру, если вернусь в Кровносту без них.
Оба мужчины напряглись, их охватила жуткая насторожённость. Это было бесчеловечно. Почти как у рептилии. И я вдруг поняла, что имел в виду Брэм, когда сказал, что драконья кровь — это правда.
Волосы у меня на затылке встали дыбом.
Его голос был мягким — сердечным, ровным, — но под ним безошибочно угадывалась сталь. Пламя заплясало в его глазах, и он сжал руки в кулаки.
— Кто-то угрожал тебе?
— М-мой дядя, — выдавила я, не в силах отвести взгляд от двух огней в его зрачках. Может быть, это
