Праздник по обмену - Яна Ясная

замерший в воздухе документ, невозмутимо, как будто так и надо (хотя откуда я знаю, возможно, так и надо). – Теперь поговорим об извинениях.

Мне показалось, или старший управляющий агентства зашипел, как утюг, на который плюнули? Во всяком случае, уходить он передумал, развернулся к нам:

– Я не уполномочен решать вопросы о компенсациях, Иверин Зеленый Мыс. Можешь обратиться за ними в головной офис!

– Знаю, – весомо согласился Ив. – И, возможно, обращусь. Но могу и забыть о том, что имею право на компенсацию. И не только на нее.

– Чего ты хочешь?

Нет, мне определенно не показалось в прошлый раз – управляющий агентства шипел.

– Юная госпожа хочет получить гарантии, что с ее подругой все в порядке.

– Откуда мне знать, в порядке ли подруга юной госпожи?

Вот умеют же некоторые одними только интонациями дать понять, что никакая перед ним не госпожа, не юная, да и не факт, что у нее вообще есть подруги.

И что-то как-то так он меня довел со своими кривляниями… Честное слово, меня так даже родственники доставать не решались, а все знают, что родственники – это такие люди, которые ниспосланы, чтобы нас доставать.

Иверин попытался было что-то этому козлу неприятному ответить, наверняка убедительное и весомое, но… В общем, он правда меня достал, честное слово!

– Я требую доказательств, что Снежана Румянцева жива, здорова и в безопасности!

– Да кто ты такая, пустышка, чтобы что-то от меня, магистра и мастера, что-то требовать! Мы не предоставляем информацию о наших клиентах третьим лицам, Skal‑grak osh‑dum!

Не знаю, что значила последняя фраза, но не уверена, что-то оскорбительное – скандал набирал обороты.

– Во-первых, не “магистр”, а “младший магистр”! – Я с нескрываемым злорадством бросила ему это в лицо игнорируя попытки Ива пресечь безобразие. – Во-вторых, я соседка, подруга и доверенное лицо Снежаны Румянцевой, и если вы не вернете мою подругу назад…

Тут я спохватилась, что в этом случае и Иверина тоже вернут назад, и переобулась на ходу:

– Не предоставите мне возможности переговорить со Снежаной – то в следующий раз я приду в ваш офис с полицией!

Славу от этого пустого, в общем-то, обещания скривило. То есть, даже сильнее, чем от слов “младший магистр” и выразительнее, чем до этого перекашивало от меня.

– Хорошо, зог-мал!

Ну, я уже поняла, в принципе, что ругательства их загадочный переводчик не переводит.

– Я дам Слово! Не тебе, пустопорожняя, а ему! В том, что Снежана Румянцева этим утром действительно была перемещена в квартиру Иверина Зеленый Мыс в городе Вилларел, и час назад по времени вашего мира она была жива и здорова и находилась в офисе агентства “Интермир-Турс” в мире Тилорь! И ей были выданы гарантированные законами Конфедерации Открытых миров инструкции по безопасности, деньги мира Тилорь по фиксированному курсу для закрытых миров! Довольна?! – Орал он мне в лицо.

– Нет! Кто ты такой, чтобы я верила тебе на слово!

И в этот момент в офисе повисла тишина.

А потом глаза Славы Гор сверкнули серым светом, он как-то неуловимо быстро, но в то же время с явным усилием, будто преодолевая сопротивление ставшего вдруг густым и вязким воздуха, потянулся ко мне (и оказалось, что кончики пальцев у него тоже светятся серым светом), а Ив тоже с трудом рассекая воздух, но все же быстрее чем Слава, сделал шаг, успевая закрыть меня собой и одновременно вычерчивать что-то руками…

Кажется, я визжала. Но боюсь, что это не точно – потому что потом меня смяло, скрутило, спресовало в комок плоти и чувств размером с теннисный мяч.

Ощущение было – как будто мне разом сломали все кости. И после этого выдернули все жилы. Или проделали все то же, но в обратном порядке.

В себя я пришла… а не уверена, что пришла. Может, так и осталась не в себе. Рецепторы заработали, органы чувств подключились и я обнаружила себя в объятиях Ива. И ладно бы, я, там, к примеру, уткнулась ему в плечо – так нет же. Я перегнулась пополам и затравленно хватала ртом воздух. Воздух, вроде бы, хватался, но я все равно не могла надышаться.

Ох. О-о-ох, какой ужас.

В голове все еще звенело, но в глазах понемногу прояснялось – в достаточной мере, чтобы заметить, что я, например, стою по колено в снегу. А из снега торчат сухие былки травы и ветви кустов.

Так. Так, ну, кажется, мы уже не в офисе “Интермир-Турс”. Логично – снег есть, а Славы нет.

Если бы мы были все еще в офисе – было бы наоборот.

Нас с Иверином выкинули из офиса? Кажется, так.

Магически. Это, кстати, не “кажется”, это совершенно точно.

О-о-ох. Я попыталась выпрямиться. Иверин заботливо подхватил и придержал, пока я мужественно старала ь проглотить рвущееся наружу “У-у-у!”.

Вот уважаю вас, мама Роулинг, но тьфу вам под ноги за то, как вы описали трансгрессию!

Какое там “словно протаскивают сквозь узкую резиновую трубку” – меня будто через мясорубку пропустили!

Я сглотнула набежавшую слюну.

Попыталась оглядеться. Лес. Снег. Лес в снегу.

Божечки-кошечки, Бастет, Сехмет и Мафдет, давайте пожалуйста мы в нашем мире, а? Я не готова… Ни к чему буквально не готова! Не надо другого мира!

– Где мы, а?

Ив осторожно поправил меня, чтобы мне удобнее стоялось, и невозмутимо отозвался:

– Мы не в городе. Здесь деревья и снег. В снегу следы обуви и, мне кажется, я вижу натоптаную тропинку. Думаю, мы неподалеку от какого-то жилья.

– К черту подробности, мир какой? – Хрипло переврала я старый анекдот.

Пусть это будет наш мир, пусть наш, ну пожалуйста-пожалуйста-пож-жалуйста, высшие силы, вам что, жалко?!

– Мы в мире Земля. Не волнуйтесь, Варвара. Этот… этот…

Он замялся, и я махнула рукой:

– Да ругайтесь, чего уж там. Я тоже пару слов добавлю.

Махнула, правда, фигурально. Потому что в этот момент я как раз закапывалась в куртку на груди Ива.

– Этот глистами поеденый имбецил не мог переместить нас далеко. Мы где-то в окрестностях вашей столицы. Мы обязательно вернемся домой и все будет хорошо, не бойтесь, Варвара, я обо всем позабочусь. Простите меня! Я… я не сумел. Не успел вас защитить. Я, конечно, маг – но больше все-таки теоретик. Прстите.

Я вздохнула и теснее прижалась к его груди. Золотой же мужик!

Не ругает, за то что я своим скандальным поведением спровоцировала агрессивного психа. Просит прощения, за то что не защитил.

Эх, ведь повезет же какой-то дуре!

– Иверин, – жалобно попросила я откуда-то у него из-под