Избранница темного короля - Наталья Викторовна Косухина

– Повозку с вашими вещами разгрузят в течение часа, а вы можете уже отправляться в дом, он готов для заселения. Слуги принесут все, что необходимо госпоже.

Я кивнула, но тут же нахмурилась, делая вид, будто только сейчас вспомнила о чем-то важном.

– А моя охрана? – бросила я взгляд на мужчин, стоящих поодаль.

– Им предоставят возможность переночевать в казармах стражи, а завтра они отправятся обратно.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но лицо осталось безмятежным.

– Вы можете оставить рядом лишь одного охранника, – добавил он. – Хотя и в нем нет необходимости, у нас очень безопасно.

Угу, угу, рассказывайте.

– Ох, ну вы понимаете… – мой голос стал слаще меда, и я заметила, как напряглись мои люди – они-то знали, что это значит. – У моей служанки здесь есть жених. Это так романтично!

Чиновник оживился – сплетни для высшего света были как глоток свежего воздуха.

– Тиз. Останешься со мной, – повелела я, указывая на самого молодого из охранников.

– Да, госпожа, – он склонился в поклоне, и я отметила про себя его выдержку – ни тени удивления, ни лишних вопросов.

– Что же они не соединили свои судьбы перед отъездом? – спросил Орзор с искренним любопытством.

Я притворно задумалась, опустив глаза, будто делилась большой тайной.

– Я все еще сомневаюсь… – прошептала я. – У меня про Айсир спрашивал и другой молодой человек. А она, знаете ли, очень милая и исполнительная девушка. Личная служанка, с приданым… ну, вы понимаете.

Глаза чиновника загорелись, он понимал. И я чуть не рассмеялась – как же легко вельможи ведутся на светские пересуды!

Айсир, стоявшая чуть позади, прикрыла лицо ладошкой, изображая девичье смущение. Но я знала – ради меня она бы и крокодила назвала своим возлюбленным.

Тиз же стоял, как каменный, не выдавая ни единой эмоции. Отлично.

Орзор был в восторге – теперь у него будет, что перетереть со знакомыми. А у меня – еще один верный человек рядом. И предлог хороший.

– Дайте им шанс, госпожа. Парень молодой, еще покажет себя.

Голос Орзора звучал мягко, почти отечески, а в его карих глазах читалась уверенность.

– Да? – засомневалась я, чувствуя, как в груди шевельнулось что-то похожее на любопытство.

Мой взгляд скользнул к Тизу – тот стоял чуть поодаль, сжимая в руках копье так крепко, что пальцы побелели.

– Конечно, я сразу вижу способных. Глаз наметан, столько лет при дворе.

Орзор улыбнулся, и в этой улыбке было столько самоуверенности, что я едва сдержала смешок. Как же просто люди верят в собственную значимость!

– Тогда доверюсь вашему слову, – наконец сказала я и по-новому посмотрела на Тиза.

Может, и правда способный? Вдруг за этой молчаливой угрюмости скрывается что-то большее?

Орзор заулыбался, и его морщинистое лицо осветилось искренней радостью. Ему явно было приятно, что я положилась на его опыт. Как же легко льстить в этом мире! На Земле скажешь комплимент – из тебя всю душу вытрясут, прежде чем поверят, если поверят вообще. А тут – один взгляд, легкая улыбка, и человек уже тает от удовольствия.

– Тогда не смею больше задерживать госпожу. Желаю вам хорошо погостить у его величества.

– Благодарю, – мурлыкнула я, слегка склонив голову, и направилась прочь, чувствуя, как шелковое платье шелестит вокруг ног.

Никого более из свиты я не представляла – им было не по чину. Все же, какой толк от Изоры, оставалось загадкой.

– Каждый раз, когда ты начинаешь говорить, у меня от страха сердце в пятки уходит, – не смогла смолчать тетушка, оправляя складки своего платья.

Я повернулась к ней, ощущая, как уголки губ сами собой поднимаются в холодной усмешке.

– Держись. Чем ты можешь быть мне полезна? – уточнила я, сверля ее взглядом.

Изора глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Права, дорогая, показывать сейчас характер не время.

– Так хочется тебя бросить… Но я обещала брату, – прошептала она обреченно.

Ее пальцы сжались в кулаки, но тем не менее она ответила на мой вопрос.

– Обычно старшие родственницы должны следить за тем, чтобы никто не обманул юную девушку, не втянул в сомнительное дело, не соблазнил… В общем, ограждают от внешнего мира.

Она замолчала, и в ее глазах мелькнула усмешка.

– А тут, скорее, внешний мир нужно ограждать от тебя.

Я усмехнулась.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнила я, приподняв бровь.

Примерно то же самое она говорила мне еще дома. Не это я ждала от нее услышать. Немного помолчав, она добавила:

– Буду добывать информацию. Слухи при дворе цветут пышным цветом. В конце концов, я здесь провела молодость.

Я оценивающе посмотрела на нее. Вспомнила ту историю…

– А он ничего, – заметила между прочем.

Она резко замерла, мгновенно поняв мой намек. За спиной послышались шипение и сдавленные ругательства.

Когда-то Изора приехала в королевскую резиденцию во служение – юная, наивная полная надежд. Она была словно хрупкий цветок, выросший меж камней. И там, среди холодных стен и придворных интриг, завела роман с мужчиной, который, как и она, был незаконнорожденным. Их связывало не только чувство, но и общая боль – будто два изгоя нашли друг друга в этом жестоком мире.

Но судьба оказалась безжалостна. Вспыхнуло восстание, пламя мятежа опалило их будущее. Два любящих сердца разлучили – не по их воле, а по воле рока. Тетю решили выдать замуж за другого, и она, находясь на птичьих правах в семье, даже не посмела возразить. Горечь бесправия, гнет долга – все это почти сломало ее.

Жених погиб во время восстания. Мой дед тоже – пал, защищая то, во что верил. Отец поддержал нынешнего короля и возвысился, но за власть необходимо платить. И на него были покушения, особенно в первое время, когда отлавливали недовольных. Одно из них помогла предотвратить Изора и, рискуя жизнью, спасла его. В награду она попросила лишь одно – ссылку без принуждения к замужеству.

И вот теперь, впервые за долгие годы, она вылезла из своего захолустья и прибыла во дворец.

Я покосилась на нее – все еще молодую, привлекательную. Харизматичную, где-то даже обаятельную – несмотря на все пережитые невзгоды, в ней оставалась искра жизни. И я подумала, что она еще сможет составить чье-то счастье. Может быть, не так, как мечтала когда-то. Может быть, не с тем, кого любила. Но судьба – дама капризная, и кто знает, какие двери откроются перед ней теперь?

Войдя в выбранный дом, я вышла на террасу, и пока слуги суетились, расставляя вещи, я замерла у резных перил, впитывая вид,