Самый синий из всех - Екатерина Бордон

Андрей. Кажется, это первый раз на моей памяти, когда он опаздывает. Да и выглядит немного… помятым. Растрепанные мокрые волосы облепили голову, из-под свитера торчит скомканный воротник, а кроме того, он запыхался: наверное, бежал.

– Опаздываем? – с улыбкой спрашивает Тор. – В первый учебный день недели? На литературу?!

Андрей молча поднимает забинтованную руку и с многозначительным видом трясет ею в воздухе.

– О, прошу прощения, – стушевавшись, говорит Тор. – Садитесь.

Я прикрываю рот рукой, чтобы спрятать улыбку. Столбик термометра моего настроения стремительно ползет вверх.

– Так, о чем я? Ах да, про пьесу! Мы немного сократим текст, выкинем описания погоды и лирические отступления, но суть сохраним, так что нам понадобится как минимум десять-пятнадцать актеров, включая массовку. Ориентировочная дата премьеры… Хм, ее еще нет. Где-то в начале декабря, а значит, времени в обрез. Даю вам неделю на размышления, потому что уже в пятницу после уроков мы с Анной Викторовной устроим прослушивание в актовом зале. Что-то вроде кастинга.

– Как записаться? – спрашивает Лера.

– Похвальное рвение! – радуется Тор. Кажется, он и вправду загорелся идеей спектакля. – Какая роль вас интересует?

– Главная, – без запинки отвечает Лера.

И я ни капельки не удивлена. В классе раздаются смешки, но Лера даже не реагирует. Тор задумчиво вертит в руках мелок, чешет бороду и решительно кивает:

– Я повешу вечером объявление на информационную доску на первом этаже. И каждый желающий сможет отправить заявку, указав имя, фамилию, класс и желаемую роль. Как вам такая идея? Там же, на доске информации, будут доступны все остальные новости. Но давайте не будем забегать вперед! Есть другие вопросы?

Взлетает еще одна рука:

– Это как внеурочка? – спрашивает Марина. – То есть дополнительные занятия после уроков?

– Думаю, с кое-каких уроков вас придется забирать, но в остальном это внеучебная деятельность, да. По желанию. Мы будем собираться два раза в неделю.

– А что нам за это будет? – выкрикивает Каша.

– Как я мог забыть про бонусы! – Тор хлопает себя по лбу. – С меня пятерка за тест по Пушкину и, скажем так, лояльность во всем, что касается сдачи домашек по литературе. Совсем освободить вас я не смогу, но мы сократим их количество. Оставим только те, которые действительно нужны для проверки ваших знаний, а не для галочек в электронных дневниках. Галочки я и так расставлю, только тс-с-с… – Он прижимает палец губам и насмешливо прищуривается. Берет со стола учебник, быстро листает страницы и удовлетворенно говорит: – Ага. Ну что, пора переходить к самому роману? У меня есть неделя, и я приложу все усилия, чтобы заставить вас в него влюбиться. Или может, вы уже того? Любовь с первого взгляда?

– Не, это фантастика! – выкрикивает кто-то. Мы смеемся, и Тор вместе с нами. Это, кстати, одно из двух его достоинств. Первое: он обращается к нам на «вы», а второе – он любит смеяться вместе с нами, а не над нами.

– Кстати о фантастике. Мало кто знает, но смерть Пушкину и Лермонтову предсказала одна и та же гадалка, мадам Кирхгоф. Пушкину она сказала, что он проживет долго, если только на тридцать восьмом году не случится с ним какой беды от белой лошади или белой головы. Дантес, как вы понимаете. А Лермонтов пытался узнать у гадалки, сможет ли он получить отставку и уйти с военной службы, но та ответила, что в Петербург он уже не вернется. Так и случилось. Опять дуэль! Кстати, кто знает, как выглядит название города Пятигорска на языке жестов? Даю подсказку: именно там умер Лермонтов. Ну, кто-нибудь?

– Спросите у Мацедонской! – выкрикивает Каша, толкая меня в плечо. Я пронизываю его смертоубийственным взглядом, но он в ответ лишь безмятежно улыбается. Откуда ему вообще известно, что я знаю правильный ответ?

Тор поворачивается к нам. Вздохнув, я открываю рот, чтобы ответить, но слова застревают в горле, споткнувшись о неожиданно свирепый взгляд. Лера. Смотрит на меня с таким гневом, что я замираю и вместо четкого ответа едва слышно лепечу:

– Скрещенные пистолеты.

В столовой мне везет. Я, как всегда, прихожу одной из последних, но на этот раз занимаю пустой столик. Судя по крошкам и мятым салфеткам, здесь кто-то уже успел перекусить. Кстати, если подумать, они наверняка оставили на салфетках свои ДНК. Так что… в какой-то степени можно сказать, что у меня все-таки есть компания! Ха-ха. Ха.

Я сгребаю мусор в кучу и аккуратно скидываю на пустой поднос. Аллилуйя, можно, наконец, поесть. Сегодня в меню столовская классика: бледная сосиска с кучей гречки и четвертинкой помятого жизнью помидора.

– Поговорим?

Лера выпрыгивает у меня из-за спины так неожиданно, что я закашливаюсь, и крупинки гречки изо рта разлетаются по всему столу. Лера кривит лицо в брезгливой гримасе, но все-таки садится напротив, вполоборота. Смотрит на меня пристально, будто ждет, что я первой начну разговор. Но я понятия не имею, в чем дело.

– Не думай о себе слишком многого.

– Чего?

Лера закидывает ногу на ногу и принимается раздраженно покачивать соскочившей с пятки туфлей. Она напоминает сердитую персидскую кошку, которая нервно дергает хвостом. Да и выражение лица такое же высокомерное.

– Не прикидывайся, Мацедонская.

Она выхватывает из кармана пиджака айфон. Розовые ногти быстро мелькают над экраном. Лера разворачивает телефон ко мне. О-о-ох…

Кто-то все-таки снял нас с Андреем в спортзале. Вот я до нелепости медленно забираюсь по канату (ужас, какое красное у меня лицо!), вот выпускаю его из рук, а вот Оксана, подскочив, кричит: «Осторожно!» Андрей бросается к канату, вытягивает руки, и я падаю прямо к нему в объятия.

Признаться, в моем воображении все выглядело гораздо романтичнее. На деле же я выгляжу как мешок картошки. И вешу, очевидно, столько же, потому что Андрей, не удержавшись, падает на спину. Прямо со мной на руках. Начинается паника, отовсюду слышатся голоса, и владельца телефона оттесняют, так что больше ему ничего уже снять не удается.

Я молчу, переваривая гречку и свои впечатления от видео. Лера изучает мое лицо.

– Это ничего не значит, – говорит она.

– Я и не думала, что это что-то значит. Но если тебе так кажется…

– Мне так не кажется!

Ничего не понимаю. Лера вдруг замечает что-то за моей спиной и отодвигается, откидываясь на спинку стула. Ее лицо становится непроницаемым.

– Привет, Котлетка, – говорит Каша, приземляясь на стул по соседству. – Ты сегодня с подружкой?

Лера фыркает и складывает руки на груди.

– Не сказала бы… – бормочу я.

– О чем болтаете? – Каша ставит свою тарелку на стол и впивается в сосиску зубами.

Лера смотрит