Замок серебряной розы (СИ) - Снегова Анна

Я выяснила, что выше всего в Королевстве котируются натуральные блондинки, и решила не менять свой природный цвет. Выписала пять штук самых популярных журналов мод и пошила кучу платьев – белых, бежевых, пудровых, цвета то ли ущипленного, то ли укушенного бедра и прочих пастельно-придурошных тонов, какие полагались здешним семнадцатилетним барышням.

Я готовилась.

И ждала.

И вот, наконец, дождалась.

Спустя два года Королевский географ устал крутить роман со своей географией и вернулся.

В Замке ледяной розы объявили об устройстве традиционного Зимнего бала, который не проводили уже много лет – с того самого времени, как начались первые случаи с плесенью, уже к счастью давно забытой.

По этому поводу гудело всё Королевство.

Ещё бы – самый завидный жених, граф, наследник Замка ледяной розы. До сих пор не прибран к рукам. Непорядок. Ему уже тридцать, даже король намекает, что пора бы продлить род славный графский род Винтерстоунов. Старшие сестры давно поменяли фамилии, выйдя замуж. На Ричарде – величайшая ответственность за то, чтобы не кануло в вечность имя, которое его славные предки вписали в историю. Нужен наследник. Он не имеет права дольше тянуть время и отлынивать.

И вот теперь где бы я ни появилась – а леди Эмма для тренировки регулярно устраивала мне светские выезды, таскала на культурные мероприятия в столицу и всячески способствовала моей «социализации» - досужие сплетницы говорили только об этом.

Если бы они только знали, как близки были в такой момент стать подопытными кроликами для множества вполне безобидных, но не слишком приятных заклинаний, которые в приступе бешенства я придумывала на ходу прямо-таки пачками – тут же прикусили бы языки.

Конечно же, нам приглашение пришло среди первых. Графиня Винтерстоун лично, своей рукой его написала и отдельно упомянула моё имя. Было приятно, что она меня до сих пор помнит.

Вечереет.

Я стою перед высоким напольным зеркалом – спокойная, как слон, нервы уже выгорели, нервов уже никаких не осталось – смотрю на себя и понимаю, что что-то не то.

И вроде платье идеальное. Идеального фасона, с аккуратным неглубоким вырезом и короткими рукавами, везде где надо кружева-бантики. Светло-светло-голубое, как и положено юной семнадцатилетней барышне, да ещё и в цветах Замка ледяной розы… но почему-то внутренний голос уныло подсказывает, что в таком сегодня будет каждая вторая, если не каждая первая.

И вроде причёска идеальна тоже. Волосок к волоску, платиновые локоны аккуратно завиты и лежат по плечам, и я стырила у Ши её любимые жемчужные серьги.

И Флавия лично явилась в гости и сделала мне аккуратный макияж, подвела глаза тонкими стрелочками, сделала их огромными и капельку загадочными. Наговорила кучу напутственных слов и уверила, что я настоящая красотка.

Всё идеально.

Я готова к встрече, которую жду уже, кажется, полжизни.

Но отчего тогда внутри всё противится, и хочется почему-то сорвать с запястья ленту с цветочной бутоньеркой, раздеться, лечь в постель, накрыть голову подушкой и никуда не ходить?

Я смотрела в зеркало, и чем дольше смотрела, тем отчётливее понимала.

Что это не я.

Просто не я.

Неужели столько лет я шла к тому, чтобы создать вот этот тщательно причёсанный кукольный образ?

Неужели хочу, чтобы Ричард полюбил именно этот образ, а не меня настоящую?

Правда была настолько простая – но до неё было так сложно дойти. Зато когда меня осенило, возникло чувство, будто камень с души свалился.

Я рассмеялась, и сорвала-таки эту дурацкую бутоньерку. Серьгами швыряться не стала, всё-таки не мои. Аккуратненько отложила их в шкатулку.

Платье… цвет красивый, но мне сейчас совсем не под настроение. Я подумала-подумала… и выбрала чёрный. Ну и что, что не принято! Ну и что, что юным девушкам категорически не положено.

Он спокойный, глубокий, мощный, он приковывает к себе взгляд, и я никогда раньше себе не позволяла его носить. Цвет земли, цвет плодородной почвы, цвет тлеющих углей, которые вот-вот взовьются пламенем. Цвет магии. Уникальной магии, которая таит в себе потенциал всех остальных цветов. Цвет угля, которым можно обогреть – и которым можно рисовать картины.

Ну и самое главное… у меня даже пальцы задрожали, когда я сложила их особым образом и в воздухе завибрировали невидимые струны.

Надо было сделать это давным-давно.

Взмах.

Ещё.

Светящийся след от моих пальцев в воздухе складывается в тонкую вязь.

Заколки и гребни сами собой падают куда-то на пол. Тугие локоны подпрыгивают и замирают в короткую причёску чуть выше плеч – буйные, непослушные.

Жизнерадостного, лягучашье-зелёного цвета.

Я улыбнулась своему отражению в зеркале.

Вот теперь – совсем другое дело!

Глава 10

Глава 10

Выхожу из своей комнаты, спускаюсь… а вернее, сбегаю по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньки.

У меня словно крылья за спиной. Позабытое чувство свободы возвращается с каждым вдохом. Как приятно, когда заколки не врезаются в кожу, когда волосы ничего не стягивает! Как приятно, когда ничего не липнет на глаза – пусть простит меня Флавия, но макияж я тоже смыла! И зачем я так долго терпела? Зачем так долго играла чужую роль? Наверное, мне мешали воспоминания о том, как приняли меня тогда в Замке ледяной розы. Кто-то – душевно, а кто-то… ясно давал понять, что я там лишняя, что я не вписываюсь. Ни в какие каноны консервативного местного общества. И я так отчаянно хотела вписаться, что забыла о самом важном.

Мне главное, чтоб я нравилась одному-единственному человеку. Если от моего присутствия в Замке ледяной розы, меня настоящей, кому-то станет тошно – тем хуже для него.

На последнем повороте едва не налетаю на свою «группу поддержки».

Сёстры обе стоят в холле Замка стальной розы и ждут меня, чтоб проводить напутственным словом. На эту «выставку невест» ни одна из них, понятное дело, не собирается. У Шианы всё время уходит на её двухлеток, которые только недавно изобрели, что мотать нервы маме удобнее всего, если бросаться врассыпную в разном направлении. Ну а Флавия…

Моя старшая сестрёнка недавно осчастливила элират долгожданным наследником. Как дикая кошка гоняет от сына всех нянек и мамок, которых пытается предлагать ей Совет старейшин, и признаёт одного Уилла. Только папочке доверяет ребёнка, которого, я знаю, и не надеялась когда-нибудь иметь. Почти не спускает новорожденного малыша с рук. То, что она сегодня аж целый час выделила, чтобы проводить меня на первый в моей жизни серьёзный бал, для неё сродни подвигу. Я, конечно, ценю, но…

Флавия – это Флавия.

- Та-а-ак. Это что у нас здесь происходит?! – рявкает дорогая сестрёнка, и преграждает мне путь. – Я столько времени убила, чтоб превратить тебя в человека – и что я вижу?!

Аметистовые глаза мечут молнии.

Ши как-то невзначай сдвигается так, чтобы оказаться между нами.

Правильно делает.

Кончики моих пальцев начинает пощипывать от зелёных искр магии.

- А я по-твоему сейчас кто? – немедленно взрываюсь я. Сестру, конечно, люблю, но я сейчас слегка на эмоциональных качелях, и лучше бы ей меня не злить.

- Понятия не имею, но точно не то воздушное создание небесной красоты, которое я имела неосторожность оставить в одиночестве ровно на пять минут!!! – Флавия медленно приближается ко мне, и в её кошачьих глазах я вижу отчётливо желание прямо сейчас меня прибить за то, что угробила результат её часового труда.

Шиане всё-таки приходится вклиниться между нами.

- Дорогая, остынь!

- А ты, как всегда, защищаешь! – огрызается сестрица. – Нет, ну ты посмотри только! И как мы в эту оторву с зелёными волосами будем влюблять самого закоренелого холостяка Королевства?! Нет, я решительно отказываюсь в этом участвовать! Для того мы чтоли ей сопли столько лет вытираем, чтоб похоронить все мечты в первый же день?