Служба Смерти - Натали Лавру

меня свою хорошенькую головку и сказала. — Сейчас подойдёт заместитель директора.

— Лучше позвоните самому директору и сообщите ему.

— Я не имею права беспокоить его во время совещания, — нарочито вежливо ответила она.

Тут послышалось звонкое цоканье каблуков, к нам направлялась строго, но в то же время сексуально одетая женщина примерно моего возраста. Она оглядела меня с головы до ног и обратилась ко мне уже менее любезно, чем первая:

— По какому вопросу хотите попасть к директору?

— По личному.

— К сожалению, Дилан Владимирович сейчас не может вас принять, если вам не назначено.

— Что ж, тогда я дождусь, пока совещание закончится, — стояла на своём я.

Девушки переглянулись. Первая сказала:

— Она утверждает, что приходится Дилану Владимировичу супругой.

— Насколько я знаю, у него нет жены, — строго и с уверенностью ответила вторая.

— Значит, вас в это не посвящали, — огрызнулась я. Меня ход разговора начал порядком бесить.

— В таком случае будьте добры ваш паспорт?

Мне хотелось ткнуть ей в лицо штампом, но с собой у меня не оказалось ровно никаких документов.

— Я не советую грубить мне, — негромко, но чётко и выразительно ответила я. На руках у меня начали расти когти.

Катя, по-прежнему смотревшая на меня сверху вниз, сказала своей коллеге вызвать охрану.

Поняв, что дождаться Дилана мне так и не дадут, я оттолкнула вставшую у меня на пути Катю и широкими шагами направилась к кабинету. Однако женщины настолько боялись, что я всё-таки войду в кабинет, что настигли меня у самых дверей и схватили за руки.

Я со всей силы пнула дверь ногой, а затем стала отбиваться от двух холёных дамочек модельной внешности. Мои когти разорвали блузку одной из них, и я усилием заставила себя немного успокоиться, чтобы не озвереть полностью.

Наконец, дверь открылась и появился Дилан. Его лицо было искажено гневом до такой степени, что на мгновение я приняла его за помолодевшего лет на тридцать Седого.

— Дилан Владимирович, — виноватым голосом запищала секретарша, прикрывая торчащий из порванной блузки кружевной бюстгальтер, — эта женщина хотела попасть к вам. Мы пытались…

Он не стал тратить слова на разъяснения и жестом показал, чтобы я вошла в кабинет. Дверь за нами с грохотом закрылась.

— Альбина, свободна, — обратился он к некой особе, сидевшей за его столом.

Та встала, поправила свою большую упругую грудь, выпадающую из блузы со слишком глубоким вырезом, и, картинно виляя задом, направилась к выходу. Уже на пороге она оглянулась и сладким голосом пропела:

— До скорой встречи!

Дилан посмотрел на неё так, словно хотел убить, он заметно нервничал. Я выжидала, пока в помещении наступит тишина, мне хотелось убежать оттуда прочь, но это был бы слабый ход.

— Зачем пришла? — первым задал вопрос он.

У меня не сразу нашлись слова для ответа, с минуту я боролась с эмоциями.

— Мне нужны деньги.

— Нет.

— А на других баб ты не жалеешь денег? — сорвалась я.

Меня сводила с ума мысль, что я только что лицом к лицу встретилась с женщиной, которая делит со мной моего мужа. Или, вернее, уже не делит, а отвоевала.

— Это не твоё дело. Я оставил тебе достаточную сумму. Думаешь, я не знаю, зачем тебе понадобились деньги?

— Теперь тебе больше не придётся скрывать своё семейное положение, — я сняла с пальца обручальное кольцо и аккуратно положила его на стол.

— Брось, Диана, ты не в том положении, чтобы ставить мне условия, — зло, совсем как чужой женщине, ответил он. — Тебе не удастся меня запугать.

— Желаю тебе построить большой дом и как можно скорее свалить туда. Мне противно тебя видеть, — с этими словами я ушла.

Боль распирала меня изнутри. Сил, чтобы сдерживать истерику, хватило ровно до парадной двери. Прохожие на улице несколько раз останавливались и спрашивали, что у меня случилось, но я отмахивалась и брела дальше.

«Чёрт подери! Это ж надо! Не женат! Все сотрудники уверены, что он холост! — сквозь волну истерики пыталась анализировать случившееся я. — Значит, он до такой степени стыдится меня, что… Бред… Какой бред… Ну зачем ему скрывать? Чтобы заводить любовниц?»

Мне было плевать, что меня в таком состоянии увидят знакомые и соседи. Перед кем держать лицо, когда будущее уже не имеет значения?

Ноги принесли меня домой. Голова болела, живот ныл, хотелось пить. Душ слегка освежил моё разбитое тело, но, глядя в зеркало, я видела только, как каждая черта лица кричит о том, что его обладательница глубоко несчастна.

Живот продолжал ныть, и в моё сознание начали закрадываться неприятные догадки. Я знала, что где-то в комоде у меня завалялся тест на беременность, ещё со времён Светиной свадьбы.

Целый час я не могла заставить себя открыть ящик, боялась, что очередной кошмар окажется правдой. Я внушала себе, что у меня просто сбой цикла на нервной почве, что третья беременность мне уже не грозит, с такой-то личной жизнью, но всё равно было страшно.

В конце концов, тест, вопреки надеждам, показал положительный результат. Жар тут же хлынул мне в лицо, мысли в голове звучали громче, чем шум с улицы.

Я села на пол возле кровати, схватила руками собственные волосы и завела диалог