Тёмный Король (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

Он скрестил руки на груди и уставился на меня. Его лицо не выражало никаких эмоций.

— Что случилось с её головой? — спросил он тихим голосом. — Это она сама с собой так поступила?

Внезапная неподвижность остальных рыцарей выбила меня из колеи.

Потом Мелисанда скользнула к нему. Она обвила его шею своими изящными руками и заглянула ему в глаза.

— Я хотела продемонстрировать нашей новой игрушке своё умение колдовать, — промурлыкала она.

Анку бесстрастно посмотрел на неё и убрал её руки со своей шеи. Он не выглядел восторгающимся, но я уже не сомневалась, что они были любовниками. Конечно, они были любовниками — они же оба прекрасны и одновременно отвратительны.

— Думаю, ты сделала уже достаточно, — сказал он. Вокруг Анку поднялись тени. — Мне нужно, чтобы падшая принцесса ментально функционировала для выполнения своей миссии. Иначе во всём этом нет никакого смысла.

Анку взглянул на остальных рыцарей.

— Оставьте её сейчас же. Она должна быть в сознании для своего испытания.

Боль в моём черепе смягчалась только ярким образом того, как мои руки отрывают крылья Мелисанды от её спины.

Я заблокировала остальную часть их разговора, мысленно отступая в туманный мир воспоминаний. Я увидела свою мать, сидящую во главе стола передо мной. В полуденном свете она выглядела великолепно, хотя её белое платье со временем пожелтело, а спереди виднелись тёмно-коричневые пятна. Она взяла серебряную чашу и улыбнулась мне.

— Мир полон волков, Аэнор. Если ты проявишь слабость, они разорвут тебе живот. Не подпускай их так близко. Держи дистанцию. Не проявляй милосердия.

Качнувшиеся железные ворота выбили видение из моей головы, и острая боль в затылке вернулась обратно. Внезапно я так сильно соскучилась по маме, что у меня заныло в груди. Я скучала по ней, как тоскует по своей матери четырёхлетний ребёнок, а не как существо старше ста лет.

Анку выглядел расплывчатым, когда стоял надо мной, и только его глаза оставались ясными. Остальные рыцари ушли.

— Что я здесь делаю? — спросила я. Когда придёт время, я не проявлю к нему милосердия.

Он присел передо мной на корточки, и в его голубых глазах горел небесный огонь.

Он просунул руку сквозь решётку и коснулся моего виска. Мои мышцы обмякли. Меня охватил глубокий, тяжёлый сон.

Глава 8

Проснувшись, я обнаружила, что лежу на боку на скользком полу подземелья, а мои руки всё ещё заломлены за спину. У меня болели плечи. Жук забрался мне на спину, под рубашку.

Поскольку окон не было, я понятия не имела, какое сейчас время суток.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я больше не чувствую глубокой раны на затылке, и головная боль прошла. Неужели я потеряла всю чувствительность в том месте?

— Эй! Ты уже очнулась? — голос американки гулко разнёсся по коридору.

Мой рот на вкус напоминал вату, присыпанную песком.

— Похоже, что да.

— Эй, тебе нравится твоя подушка?

Только в этот момент я поняла, что моя голова покоится на чём-то мягком. Я подвинулась, чтобы сесть и посмотреть на это. Под моей головой лежал чёрный плащ. «Откуда он взялся?»

Факел тускло освещал символ, вышитый на плаще золотой нитью. Он напоминал треугольник с вышитой в центре морской раковиной. Если бы мои руки не были связаны за спиной, я бы дотронулась до него.

— Как ты это сюда протащила? — спросила я.

— Я думала, тебе понравится.

— Погоди, как ты его сюда притащила? Это очень важно. Как ты выбралась из своей камеры?

Наступила тишина, затем в коридоре послышались шаги. Когда Анку появился возле моей камеры, новая волна ненависти чуть ли не ослепила меня.

— Ты была права, Теннесси! — крикнула Дебби. — У него действительно мясистые руки. Хорошо держат задницу, как ты и сказала.

Мои щёки запылали.

— Я никогда этого не говорила.

Учитывая мою нынешнюю ситуацию, я не была уверена, почему отрицать заявление про «мясистые руки» было самым важным на свете. Просто даже в мешковатом испачканном мочой нижнем белье и клопах нужно было сохранять хоть какое-то достоинство.

Он тихо прошептал заклинание, и замок открылся.

Дверь распахнулась. Анку вошёл внутрь и положил руки мне на талию, чтобы помочь подняться.

— Не трогай меня, — прорычала я. — Я могу встать сама.

Он отступил на шаг, пристально глядя на меня. Он пришёл за мной безоружным, если не считать кожаных ножен на его огромном бицепсе, в которых покоился кинжал.

Я больше не чувствовала боли в голове, хотя была голодна, обезвожена и воняла, как заплесневелая цветочная ваза.

Я сделала неуверенный шаг, чувствуя лёгкое головокружение. Потом ещё один, через порог двери камеры. Я просто пойду в своём собственном медленном темпе.

— Эй, Анку! — крикнула Дебби. — Вот что я тебе скажу, Анку, ты можешь заездить меня до смерти, и я умру счастливой!

Проходя мимо её камеры, я взглянула на неё. Я поразилась, увидев, что она была хрупким маленьким существом с большими зелёными глазами и бледно-розовыми волосами, похожими на сахарную вату. Её тело светилось серебристым светом, и она улыбнулась мне. Великолепная. Затем её взгляд вернулся к Анку.

— Серьёзно, я оседлаю тебя и буду скакать, как на пьяном кентавре! — крикнула она, и её голос отдался эхом.

Анку полностью проигнорировал её.

Меня определённо немного беспокоило то, что я не чувствовала раны на затылке. Я была уверена, что проломила себе череп. Там зияет рана, но у меня повреждён мозг, и я не могу это почувствовать?

— Ты усыпил меня прошлой ночью, — сказала я. — Или какое тогда было время.

— Ты с другой заключённой слишком шумели. Я слышал это через всю крепость.

— Меня зовут Дебби! — крикнула она из-за его спины.

— И ты заодно исцелил мою голову? После того, как твоя подружка ради забавы заставила меня раскроить себе череп?

— Мне нужно, чтобы твои когнитивные функции оставались нетронутыми для выполнения нашей задачи.

— Думаю, мне они тоже понадобятся. Посмотри, как много у нас уже общего. Куда мы идём?

— Зимняя Ведьма готова принять тебя.

— Зимняя Ведьма?

— Не заставляй меня повторяться.

Я, конечно, слышала о ней. Я просто понятия не имела, что она настоящая.

Насколько я знала, она была сказкой, чтобы пугать детей — Леди Бейра[8] когда-то была принцессой королевства Невидимых, пока её жестокий муж не бросил её в ледяную темницу. Ходили слухи, что её разум со временем исказился, превратив её в Зимнюю Ведьму. Она крала кости и сердца в качестве призов.

— Почему я должна предстать перед испытанием с Бейрой? — спросила я.

— Она пророчица. Если я собираюсь использовать твою помощь для предстоящего задания, мне нужно, чтобы она одобрила тебя.

Моё горло горело. Боги, как же мне хотелось воды!

— А что происходит во время испытания?

— Скоро узнаешь, — сказал он небрежным тоном и толкнул дверь, ведущую на лестничную клетку. Свет из окна обжёг мне глаза.

Перспектива ведьм и испытаний вместе не внушала мне ни капли уверенности в том, что следующие несколько часов будут приятными. Моё предстоящее расписание не предполагало чаепития и беседы за столом. На самом деле слова «испытание» и «ведьмы» вызывали образы преднамеренных утоплений. Смерти в огне. Миллионов тонн камней, раздробивших рёбра старика Кори[9] в Салеме. Такого рода вещи.

Я последовала за Анку на винтовую лестницу, изо всех сил пытаясь удержать равновесие со связанными руками. Честно говоря, мои ноги дрожали от усталости и обезвоживания, но будь я проклята, если сдамся и попрошу воды.

Что сделал старый Джайлс Кори, когда салемские судьи приговорили его к смерти за колдовство? Он просил прибавить веса.

Я бы попросила ещё больше обезвоживания.