Рэйчел Винсент - Отданная Душа

Тод выглядел по-настоящему испуганным, и я не знала что делать, если даже Жнецу страшно. Таким образом, я кивнула.

— Мы не будем участвовать в этом. Я уже обещала это моему дяде. — Я потянулась к руке Нэша, Тод кивнул. Затем он исчез, все еще держа марлю, и я осталась наедине с Нэшем.

ГЛАВА 18

— Что он сказал?

​​Нэш заерзал на сидении, глядя в боковое окно со стороны пассажира. Мы были почти у моего дома, и это были первые слова, которые он сказал после того, как мы вышли из больницы.

— Есть ли что-нибудь еще, что я должна знать о Жнецах? — Я не могла удержать раздражение в голосе, я устала находиться в неведении. — Могут ли они читать мои мысли или видеть сквозь одежду? — Что на самом деле многое объяснило бы... — Или заставить меня стоять на голове и кудахтать, как курица?

Нэш вздохнул и, наконец, повернулся ко мне лицом.

— Жнецы, как сверхъестественные мастера на все руки. Они могут появиться везде, где они захотят и могут выбирать, кто видит и слышит их. Если они вообще хотят, чтобы их кто видел или слышал. У них есть и другие мелкие способности, но ничего более раздражающего чем это. — Он схватил одной рукой подлокотник, костяшки пальцев были белыми от напряжения. — Так что он сказал?

Я колебалась, если Тод хотел бы, чтобы Нэш это слышал, он бы сказал это так, чтобы слышали  все. Опять же, он не заставлял меня пообещать...

— Он просил меня больше ничего не предпринимать, чтобы ты не был убит. Он пытается защитить тебя.

Я взглянула в сторону вовремя, чтобы увидеть как Нэш закатывает глаза.

— Нет, он пытался защитить тебя, и он знает, что ты будешь более осторожна ради меня, чем для себя.

— От куда ты знаешь, что это то к чему он стремится?

— Потому что я поступил бы так же.

Волнение заполнило теплом мою грудь, хотя я знала, что Нэш не прав. Тод заботился о нем, по крайней мере, частично.

Во второй половине дня, светя полуденному солнцу, я въехала в свой район. Слева стояла машина моей тети, припаркованная на подъездной дорожке рядом с пустым местом, которое обычно занимала я. Мой дядя взял выходной день, ожидая моего отца к полудню. И, конечно, Софи уже вернулась с поминок. Вся банда здесь...

Нэш последовал за мной в гостиную, где мой дядя сидел на обтянутом цветистым материалом кресле, под таким углом, чтобы мог видеть и телевизор — настроенный на местные новости — и переднее окно. Он встал, когда мы вошли, засовывая руки в карманы, его тревожный взгляд обследовал выражение моего лица, ища причин для волнения.

— Софи рассказала нам, что произошло. Ты в порядке?

— Все хорошо. — Я рухнула на край дивана и потянула Нэша к себе.

Взгляд дяди Брендона захватил мой и исследовал его.

— Вэл... плохо себя чувствует сегодня. Я уложил ее обратно в постель.

Сейчас? Я выглянула в переднее окно, чтобы увидеть последние лучи дневного света, которые погружались ниже крыш. Еще даже не было половины шестого.

— Сейчас наверное не самое лучшее время для компании, — продолжил он, коротко взглянув на Нэша.

— Я хочу, чтобы он встретился с отцом. — Настаивала я, мой дядя выглядел готовым поспорить. Но потом он кивнул и опустился в кресло. —  Что рассказала Софи? — Спросила я.

Я была удивлена, что он не позвонил мне, я проверяла телефон в машине, и там не было никаких сообщений или пропущенных вызовов.

Но опять же, он, наверное, был очень заняты уговаривая мою тетю.

Дядя Брендон откинулся на спинку стула и с конца стола поднял банку кока-колы.

— Она сказала, что Эмма упала в обморок, и пока все суетились над ней, одна из болельщиц упала замертво. Вся школа находится в полном шоке. Это уже показывали в новостях.

Я сглотнула и посмотрела на Нэша. И, естественно, дядя Брендон поймал мой взгляд.

— Эмма умерла, не так ли? — Выражение его лица выражало боль, как будто он не был уверен, хочет ли услышать правду. — Она умерла, и вы оба вернули ее.

После его слов, ужас и недоверие захлестнули меня разрушительной волной — словно кульминация всего, что я видела и делала в течение последних нескольких дней, и я смогла только кивнуть, сдерживая слезы.

Волна гнева отразилась на лице моего дяди, как туман перед бурей, он встал, руки сжались в кулаки, помяв банку. Если бы она была полной, он бы выплескал большую часть соды.

— Я сказал тебе держаться подальше от всего этого. Я сказал, что твой отец и я проверим это. Вы могли умереть, а сейчас кто-то другой умер.

Я вскочила на ноги, гнев затмил другие слабые эмоции.

— Это не справедливо. Это не было нашей ошибкой!

— Здесь нет ничего справедливого, — взревел дядя Брендон, и по его крику я поняла, что Софи не дома. — Если ты мне не веришь, спроси родителей той бедной болельщицы.

Нэш встал рядом со мной, твердый и сильный, устремив упорный взгляд.

— Господин Кавано, мы не имели ничего общего со смертью Джули. В самом деле, мы пытались спасти и ее тоже, но...

Казалось, мы одновременно поняли, что он сказал что-то не то. Я сжала руку Нэша, чтобы заставить его замолчать, но было слишком поздно.

— Вы пытались сделать это снова? — Ярость дяди Брендона превосходил только его страх.

— Нам пришлось! — Закричала я, и вся гостиная поплыла из-за накативших на глаза слез. — Я не могла позволить Жнецу украсть душу другой девушки, не попытавшись его остановить.