Екатерина Олина - Минуту назад

— Аластор лучше тебя, — зло сказала я, — он не поступил бы так, как ты.

— Наш большой мишка панда, — усмехнулся темный, — он всегда все позволяет, я запрещаю. Он самый добрый, я злой. Так всегда все думали. Взять хотя бы нашу семью. Он разбалует, мне успокаивать. Вспомни себя. Тебе привели ребенка, и что ты делала?

Я опустила голову. С Иришкой я вела себя как он… серый кардинал… Най еще дразнил меня. Он-то откуда про все это знает?

— Ты следил за мной круглосуточно? — я подняла на него глаза.

— Не льсти себе, — он уселся на подоконник, — было время, следил. Приглядывал, если быть точнее.

— А ты случаем не в курсе, — я уставилась в пол, — почему Орф так настойчиво сватал мне тебя?

— Хотя бы потому, что он посоветовал мне с тобой познакомиться, а вовсе не Анайдейе.

— А потом ты испугался, что привязался ко мне и скинул на брата? — ехидно спросила я.

— Не совсем так, но часть правды в этом есть. Вот только все это не я затеял.

— А кто? — я посмотрела на него.

— Спи, — коротко бросил он.

Глаза закрылись, но я еще успела почувствовать, что он берет меня на руки.

— Только не несись туда сломя голову, — твердил всю дорогу Аластор своему младшему брату, — сперва оглядимся.

— Ладно, — раздраженно отозвался Най.

— Следующий поворот, — влез Саша, — ага, поворачивай сюда… серое здание… кажись вон оно…

Аластор остановил машину. Анайдейе сделал над собой усилие, чтобы не побежать к двухэтажному зданию и не разнести там все к чертям.

Все вышли из машины. Лисса, как всегда, позади всех. Перед ней шел светлый и Аластор, с Анайдейе во главе. По виду все тихо. Здание словно мертвое. Кругом снег… Не особо стесняясь, подошли к широким дверям. Аластор высадил их, просто пнув. Най первым вошел внутрь. Темно, но широкий холл разглядеть труда не составило. Зашли и начали прислушиваться. Лилейные хорошо знали Суммана и потому действовали осторожно. Подошли к первой двери, и снова Аластор пнул по ней. Дверь широко распахнулась, но с петель не слетела. Най зажег свет.

Просторная комната. Кровать у стены, старый высокий комод, матрац на полу у батареи… взгляд Ная наткнулся на бурые пятна на полу… Кровь! К горлу подступил ком… неужели… опоздали… Лисса зашла и присела около пятнышек засохшей крови. Най привалился к стене, ожидая худшего.

— Странно, — сказала рыжая, — это кровь Суммана… Эй, светлый, погляди ты.

Саша зашел и начал изучение бурых пятен. Потом усмехнулся и повернулся лицом к побледневшему Анайдейе.

— Аврора всадила в него нож… но не особо ранила. То ли в руку то ли ногу. Больше ничего нет. — Он сел на кровать и начал водить по ней рукой.

— Она ударила его ножом? — прошептал Най. — Пыталась сбежать… что же он с ней за это сделал? — Он подошел к комоду и, что было сил, ударил по нему кулаком, осталась вмятина. — Что ты видишь? Говори!

— Затерто… — вздохнул Саша — ушли они не так давно… нет… один ушел… — Саша поднял глаза на сжавшего кулаки Анайдейе. — Не пойму… вышел один, а ушло двое… живых… Анай, она жива! Видимо он унес ее на руках… вот я и запутался…

Най бессильно опустился на корточки, и сам положил руку на пятна крови брата… Сумман проверял ее… Анайдейе закрыл глаза. В нем снова закипала ярость, но сейчас надо успокоиться. Нельзя пороть горячку. Злость смешалась с отчаянием… почему она… почему не он… Как бы он хотел поменяться местами со своей любимой. Он сейчас может поехать домой, отдохнуть и продолжать жить… а она в плену… продолжать жить… Най стиснул зубы… как ему жить без нее? Смысл жизни утерян. Отчасти по его вине. Ведь он подозревал Суммана в том, что он сам строит козни Авроре… она доверяла ему… все ему доверяли…

— Анай, — осторожно позвала Лисса, — я нашла кое-что.

Он сделал над собой усилие, встал и подошел к заколоченному окну. Лисса рукой указала на свернутую одежду. Вроде как это брюки. Най взял их в руки и развернул. Он почувствовал прикосновение своей жены. Она надевала их… с какой стати? Злость снова мешала думать. Надо успокоиться… через старую ткань он почувствовал, что ей было холодно и страшно… он вцепился руками в подоконник и потом снова с размаху ударил в стену кулаком… Ярость накрыла его с головой…

— Идите к машине, я его успокою, — громыхнул Аластор и его голос разнесся эхом, — остальное здание проверять смысла нет.

Уже в машине Най смог думать о чем-то кроме того, что он лично перегрызет горло Сумману при встрече.

— Я опустошен. — Саша сидел на заднем сиденье с Лиссой. — Нам всем нужно отдохнуть.

Они вернулись в дом Танатоса. Саша пошел проведать своих сестер. Най сразу отправился поговорить с Орфом. Дед не пришел в восторг, увидев внука в кабинете, где он сидел за столом.

— Ваши поиски — это напрасная трата времени, — жестко заявил он в лицо Анайдейе.

— Почему ты не хочешь нам помочь? — зло спросил Най.

— Все так, как и должно быть с самого начала, — Орф встал и уперся ладонями в стол, — твой матери не следовало вмешиваться!

— О чем ты? — резко спросил Анайдейе.

— Уйди, и смирись! — громко приказал Орф. — Не желаю видеть тебя.

Я открыла глаза и сразу наткнулась на взгляд Суммана. Лежала я на боку. Зажмурилась, потом снова открыла глаза. Линзы… эти чертовы линзы. Я легла на спину и потерла глаза. Стало немного легче. Глаза начали слезиться. Наконец смогла оглядеть комнату. Все та же серая клетка. Посмотрела на окно. Странно… я помню, что свернула штаны и положила их на подоконник, а теперь они валяются на полу. Я села и начала искать глазами свои сапоги. Не нашла. Начала просто болтать босыми ногами. Подняла взгляд на комод. На верхнем ящике вмятина… старое дерево пошло мелкими трещинками. Что тут творилось, пока я спала? Сумман взбесился? С чего бы вдруг? Я снова посмотрела на окно. Перевела взгляд на матрац. От него вверх по стене… наткнулась на еще одну вмятину, вроде как от кулака… или нет? Может, я просто раньше этого не замечала, а вот сейчас уцепилась взглядом… да, пожалуй.

Во всем теле была слабость. Голова разболелась, и я стала шмыгать носом. Прекрасно! Я простудилась. Пока только насморк и расклееность, но то ли еще будет. Еще хотелось есть. Попросить? Давай, доставь ему очередную радость и возможность поиздеваться… я, пожалуй, на диете.

— Можно мои сапоги? — Я сидела спиной к блондину. — Или я опять провинилась?

— Нет, они просто с другой стороны кровати, — раздалась в ответ.

Я переместилась ближе к краю и действительно обнаружила обувку. Поспешила надеть и встала. Голова болела. Я шмыгнула. Ломота и слабость.