Екатерина Олина - Минуту назад

Вернулся темный. Уже переодевшийся. Рубашка и брюки уступили место водолазке и армейским штанам. Ага, и ботинки в масть. Все черное. Я сидела и блуждала взглядом по комнате. Все мое бойкое настроение куда-то делось.

— Сейчас какое число? — я старалась на блондина не смотреть.

— Неважно, — отозвался темный, — у нас с тобой все дни теперь одинаковы. Привыкай.

— Развяжи, — тихо попросила я, опустив голову, — пожалуйста.

— Пока рано, — он подошел ко мне и присел на корточки. — А ты меня удивила. Молодец. Думал, у тебя духу не хватит, но ошибся.

— Извиняться я не буду, — я вздохнула.

— Я этого и не жду, — он встал и потянул меня наверх за предплечья.

Вот я уже на ногах. Он повел меня к кровати и швырнул на нее лицом вниз. Я перевернулась на спину и попыталась сесть. Сумман снова толкнул, и я осталась лежать на спине. Было неудобно, руки мешали. Я повернулась на бок. Блондин разглядывал мое лицо.

— Хороший синяк, — усмехнулся он, — сама себя наказала.

Я молчала. Хотелось снова провалиться в сон. Забыться или наоборот проснуться и забыть весь этот кошмар. Или чтобы все стало как раньше.

— Повернись на другой бок, — усмехнулся Сумман — я тебя развяжу.

Я выполнила его приказ. Его горячие руки коснулись моих холодных ладоней. Минута, и я смогла потереть покрасневшие запястья. Цепочка на шее уже практически не ощущалась. Я провела по ней рукой. Ничего. Чуть потянула вниз. Ничего. Потянула сильнее, она впилась в кожу сзади, но не причиняла той боли, что раньше. Я взялась за нее двумя руками и попробовала порвать. Не вышло.

— Ты же знаешь условия освобождения от ошейника, — блондин смотрел на меня, — только тот сможет снять, кто надел.

— С искренним желанием освободить, — тихо продолжила я.

— Как ты можешь догадаться, — он приблизился ко мне, — я тебя освобождать не желаю.

— А чего ты желаешь? — я старалась не смотреть в его глаза.

— Об этом позже, — он коснулся рукой моего лица, я вздрогнула. — Посмотри на меня.

Я отвернулась. Не было сил видеть его. Тогда он заставил. Нет, волю он не захватывал. Он просто взял меня за подбородок и развернул мое лицо к себе. Я положила свою ладонь на его, хотела оторвать от лица. Из-под рукава его водолазки показался браслет. Я уцепилась за него двумя пальцами. Хотела порвать. Раз уж он так дорог этому мерзавцу, что он его никогда не снимает, пусть тоже что-то потеряет. Он схватил мою руку и больно сжал.

— Пусти, — поморщилась я.

— Отпусти цепочку, — зло сказал он, — порвешь, и я вывихну тебе все пальцы на руках.

Физической боли я боюсь и поэтому подчинилась. Расслабила ладонь и повозила Сумману убрать мою руку, но он продолжал сжимать мои пальцы. Глаза его зло блестели. Я боялась шевелиться. Опустила взгляд на кровать. Прошла минута, и он словно опомнился. Разжал пальцы. Я облегченно вздохнула. Поспешила убрать свою ноющую конечность подальше от блондина. Что же связанно у него с этим дешевым браслетиком?

— Думаешь, он дешевый? — темный снова заставил меня смотреть на него.

Он держал мое лицо за подбородок.

— Это же серебро… — проблеяла я. — Но браслет красивый.

— Куколка… — усмехнулся он. — Примерно с такими же глазами ты однажды сама пришла ко мне… пришла, потому что поссорилась с родителями. На плече сумка с тетрадками, в руках папка с учебниками. Так и хотелось снова поцеловать… такую чистую… наивную.

— Пришла и что дальше? — я смотрела в бок.

— Пришла, я читал, ты занималась своими языками, — Сумман поймал мой взгляд, — потом ужин и спать. Утром я отвез тебя на учебу, потом забрал. И снова домашнее задание, спать и на учебу. Так прошла неделя. Твои родители чуть с ума не сошли. Ты им наплела, что у однокурсницы живешь.

— Ты не врешь? — я была удивлена своему поведению.

— А смысл? — он убрал руку от моего лица. — Теперь как раз таки я могу говорить правду. Стирать все это из твоей памяти отнюдь не моя инициатива была.

— А чья? Орфа? — тихо спросила я.

— Сибилла так захотела. — Он встал и подошел, чуть хромая, к заколоченному окну. — Меня спросить не удосужилась.

— Что потом? После недели, что я у тебя гостила. — Я потерла ноющие запястья.

— Через какое-то время я познакомил тебя с Анаем и со всеми остальными.

— Это все? — уточнила я, вроде как он снова утаивает что-то.

— Самое интересное впереди, но в другой раз. — Лилейный снова подошел ко мне. — Завтрак. Вставай.

— Нашел! — воскликнул Саша, сидя на стопках книг. — Словарь этот, чтоб его. Его подарок!

Най вскочил на ноги. Он уже не пытался унести ненужные книги, и они горами лежали в подъезде. Аластор кинул на пол очередную уже ненужную партию для проверки. Лисса с грохотом уронила большой атлас.

— Что видишь? — Анайдейе развернул светлого к себе лицом. — Говори или я тебя порву вместе с этим словарем.

— Ты только не кипятись. — Саша сделал шаг в сторону от темного. — Аластор, придержи его на всякий случай… так-с, рвать словарь не смей… для Авроры он очень ценен… она была так рада получить его в подарок… Ты, кстати, и сам бы мог посмотреть эти воспоминания… ладно-ладно… ищу. — Светлый прижал словарь к себе и закрыл глаза.

Вот что увидел светлый… Сумман специально полгорода объездил, чтобы найти эту книгу для Авроры. Хотел порадовать девочку. Саша просматривал его эмоции. Лилейный тогда не знал о способностях самородка и потому не затер ничего. Узнав о своих талантах, Аврора не понеслась смотреть, что скрывает этот словарь. Так он и лежал никому не нужный. Так вот. Саша глубоко вздохнул по примеру Белокрылой. Он заметил, что у нее все начинает получаться именно после глубокого вздоха, закрыв глаза. Так вот Сумман дарит словарь, бла-бла-бла… Аврора вся из себя благодарная и счастливая… снова бла-бла…

— Вроде есть зацепка, — светлый открыл глаза и обвел темных взглядом, — книги для этих двоих не просто макулатура… удалось соединить следы… мелькнул слабый сигнал о том, где они прячутся… и…

— И… — поторопил Анайдейе.

— Есть одно место на примете, — Саша протянул словарь Лиссе, — надо проверить. Какой-то двухэтажный старый дом или вернее казенное помещение… поле и снег… Живее, пока след не потерял.

Мы лежали на кровати. Оба на спине и закинув руки за голову. Смотрели в потолок. Когда-то мы вот так смотрели с ним кино… как я могла так доверять этому гнусному предателю? Если верить его словам, то я даже жила у него неделю… давно…

Так мы лежали, наверное, пару часов. Молча. Каждый думал о своем. Я то сама себе мысленно рассказывала стихи, то пела про себя. Когда надоедало, я думала о сложившейся ситуации. Сумман читал все мои мысли и веселился от того, как я его ругала про себя. Снова стихи пошли.