Сломленные Фейри - Каролайн Пекхам

его коже. — Они доказывают мне твою силу. И я не хочу, чтобы ты был другим. Мне нужен человек, который пережил это и уничтожил человека, ответственного за то, что с ним сделали. Тот факт, что ты научился превращать боль в силу, только заставляет меня любить тебя еще больше.

Райдер долго молчал, наблюдая за мной, пока я продолжала ласкать его шрамы, и между нами нарастало тепло.

— Но тебе не всегда нужно быть сильным со мной, Райдер, — добавила я. — И я не верю, что ты должен чувствовать боль, чтобы наслаждаться удовольствием.

Райдер нахмурился и начал качать головой, поэтому я приподнялась на цыпочки и захватила его губы своими, целуя его мягко, глубоко, пробуя боль в нем и прогоняя ее.

Я отстранилась, когда он попытался ускорить темп, и ухмыльнулась ему. — Больно? — спросила я, наклонив голову на одну сторону, когда он попытался податься вперед, а я отступила назад.

— Нет, — выдавил он.

— И тебе понравилось?

— Ты знаешь, что понравилось. Но это не значит, что я могу наслаждаться сексом без боли.

— Ты когда-нибудь пробовал? — спросила я.

Райдер зарычал, приближаясь ко мне, и на этот раз я не стала убегать, когда он попытался меня поймать.

Его руки сомкнулись вокруг моей талии, пальцы впились в нее так сильно, что на коже оставались синяки, и я задыхалась, когда он целовал меня так, словно хотел поглотить, не отвечая на мой вопрос, хотя я знала ответ.

Я ударилась спиной о дверь, но вместо того, чтобы рвать на мне одежду, он замедлился и отстранился, хмуро глядя на меня, словно не был уверен, хочет он этого или нет.

— Мне нравится, когда ты груб со мной, Райдер, — сказала я, мои руки скользили вниз по его прессу, пока я не зацепила пальцами его ремень и не притянула его ближе. — Но я хочу, чтобы ты знал, что не всегда должен быть таким, если не хочешь. Я не хочу, чтобы ты притворялся со мной. Я хочу тебя всего, обиду, боль, похоть и любовь. Каждую частичку.

Райдер долго смотрел на меня, прежде чем протянуть руку, чтобы снять с меня намокшую рубашку. Я подняла руки, чтобы помочь ему, расстегнула джинсы и выскользнула из них, скинула кроссовки и обвила руками его шею, стоя в красном лифчике и трусиках.

Райдер поймал мои губы своими и поднял меня, чтобы я могла обхватить его ногами за талию.

Он отступил к кровати, держа меня на руках, его язык пробежался по моему, и от его пирсинга мой позвоночник выгнулся дугой, когда я почувствовала его острое давление.

Он опустился на кровать, держа меня на коленях, и я переместилась дальше, мои руки скользили по его груди, лаская его мощное тело, наше дыхание участилось, а потребность между нами становилась все сильнее.

Рука Райдера пробежала вверх по моему позвоночнику, и я вздохнула от удовольствия, когда он медленно расстегнул мой бюстгальтер, а затем спустил материал вниз по моим рукам.

— Возможно, это первый раз, когда ты снимаешь с меня нижнее белье, не уничтожив его, — пробормотала я ему в губы, и он застонал в знак признательности, когда его мозолистые руки начали ласкать мою грудь.

Он нежно пощипывал мои соски, дразня меня, а я начала медленно раскачиваться взад и вперед на его коленях, стонущая от давления его эрекции между моих бедер.

Наш поцелуй стал еще глубже, когда мои пальцы добрались до его пояса, и я расстегнула ремень, а затем соскользнула с его колен, чтобы стянуть с него джинсы и боксеры.

Когда он был полностью обнажен, я стояла перед ним в красных трусиках и упивалась желанием в его глазах, пока он любовался мной.

— Это похоже на пытку, — прорычал Райдер, когда я ухватилась за края трусиков и не спеша стягивала их с бедер.

— Это потому, что ты избалован, — поддразнила я. — Слишком привык получать все по-своему.

— Не с тобой, — мрачно ответил он. — Ты не делаешь для меня ничего простым.

Я рассмеялась над этим комментарием, прежде чем сбросить трусики на пол и снова шагнуть к нему.

— Ничто стоящее в жизни не достается легко.

Райдер потянулся ко мне, когда я села на него, и я снова поцеловала его, опустившись на его колени.

Я задыхалась от его губ, когда твердая длина его члена прижалась к моему входу, и он застонал от чистой потребности, почувствовав, насколько я готова для него.

Мой язык скользил по его языку, а он проводил руками по моим рукам, а затем перехватил мои запястья и завел их за спину, удерживая их у основания позвоночника, так что мои груди были выставлены вперед, когда я насаживалась на него.

Я медленно опускалась, наслаждаясь каждым дюймом, вбирая его в себя, и стонала, когда его пирсинг высекал во мне огненную линию, и мое тело сжималось вокруг него, когда я купалась в его ощущениях.

Райдер держал мои руки за спиной, когда я принялась двигаться на нем, но его хватка была не до синяков, а просто достаточно крепкой, чтобы дать ему хоть какое-то подобие контроля.

Я старалась поддерживать медленный темп, двигаясь вверх-вниз, но когда он начал двигаться в такт со мной, я откинулась назад, разрывая наш поцелуй, чтобы он мог попасть в ту сладкую точку глубоко внутри меня, когда мы начали двигаться быстрее.

Рот Райдера опустился, чтобы захватить мой сосок, когда мои крики удовольствия наполнили комнату, и его язык заскользил по бугристой плоти в соответствии с его толчками.

Каждый раз, когда его член попадал в эту идеальную точку, пирсинг в ней только усиливал всплеск удовольствия, скатываясь по моим внутренним стенкам, а затем возвращаясь, чтобы сделать это снова.

Райдер продолжал сосать и покусывать мою плоть, одной рукой отпустив мое запястье, чтобы он мог ухватиться за мою задницу и помогать мне опускаться сильнее.

Когда я вскрикнула еще громче, чем прежде, он отпустил мое второе запястье и зарычал от желания, когда я насадилась на него жестче, а мои руки начали исследовать его грудь.

Я снова подалась вперед и крепко поцеловала его, кончиками пальцев скользя по его шрамам и бицепсам, пока он продолжал сильно раскачивать мои бедра.

Я чувствовала, как наслаждение в моем теле достигает кульминации, как боль заполняет каждый сантиметр моей кожи, требуя удовлетворения.

— Кончи для меня, детка, — потребовал Райдер у моих губ.

— Не без тебя, — задыхаясь, ответила я, когда мои мышцы наполнились напряжением, отчаянно желая вырваться на свободу, но я сдерживалась чистым усилием воли.

Райдер зарычал, когда