Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира

Катарин Равен

Все мои попытки вскрыть гребаное плетение провалились с треском.

Слишком высоко от земли, слишком тихое и пустое место. Тут нет никого, кто мог бы мне помочь, ни одного дохлого пустынного лиса, никакой нежити, никого живого. Никто не услышал мой некромантский зов, никто не отозвался.

И я вернулась к кровати, села, поджав ноги, и снова задумалась, невидяще разглядывая собственные руки.

На запястье сверкнул браслет, заставив коротко улыбнуться.

Как-то быстро все получилось со Стэром…

Снова пришел и снова выбил почву у меня из-под ног. У него всегда это превосходно получалось. Он знал, как поставить меня в тупик с самой первой нашей встречи на том гребаном постоялом дворе посредине между ничто и нигде.

Я возвращалась с очередной охоты под крыло к Дакару. Была злой, уставшей, выжатой досуха горными ведьмами и их глупыми попытками сопротивляться. Голова раскалывалась неимоверно и мне очень нужен был отдых и ледяная ванная.

Вот только физалиец оказавшийся хозяином на все мои попытки договориться, на все предложения заплатить любую цену разводил руками.

«Мест нет, госпожа охотница» - говорил крылатый. – «В двух оборотах пути отсюда есть еще один постоялый двор. Попробуйте попытать удачу там».

Вот только не было у меня сил на то, чтобы продержаться в седле еще хотя бы несколько лучей, что уж говорить о двух оборотах.

Я сбежала с крыльца, вызвала своего ракшаса, проклиная все и всех и уже собиралась вскочить в седло, когда рядом со мной замерла одна из служанок. Тоже физалийка, совсем молоденькая фея с россыпью веснушек на хорошеньком лице и хитрым блеском в зеленых глазах.

«Госпожа охотница» - поманила меня девочка пальцем, - «хозяин немного сгустил краски. На какой срок вам понадобится комната?»

«Уйду, как только взойдет солнце», - через силу улыбнулась я.

«Тогда комната для вас найдется. Ее оплатили заранее, но гость появится не раньше завтрашнего обеда. Так что вы можете спокойно переночевать» - широко и почти приветливо улыбнулась служанка. Ее улыбке я не поверила ни на миг, а вот алчному блеску в лисьих глазах – тут же.

«Сколько?»

«Тридцать аржанов» - не растерялась девчонка, завысив цену практически втрое.

«Плачу сорок, и ты приносишь мне ужин и несколько ведер ледяной воды в ванную, а потом не беспокоишь до утра».

Фея кивнула незамедлительно и тут же протянула руку. Я отсчитала двадцать монет, наблюдая за тем, как возмущение вперемежку с удивлением появилось на лице физалийки, стоило мне убрать мешочек во внутренний карман плаща.

«Тут не…»

«Остальное получишь завтра утром», - спокойно пожала я плечами.

«Я рискую!» - возмущенно топнула девчонка ногой. Улыбку я подавила с неимоверным трудом.

«Я тоже».

Служанка помолчала какое-то время, хмурясь и кусая губу, в потом посмотрела на меня более осмысленно. Жадный огонек из глаз никуда не пропал.

«Откуда мне знать, что вы не обманите?» - уперла она руки в бока.

Ну просто куколка, а не девочка. Вся аккуратная и маленькая, на такую мужики должны слетаться, как мухи на мед. Ладная, с аппетитной фигурой, свеженькая и чистенькая. И явно об этом знает.

«Откуда мне знать, что ты меня не обманешь?» - скрестила я руки на груди.

Девчонка нахмурилась сильнее. А я считала вдохи и выдохи, следила за выражением ее лица, осторожно копаясь в мозгах, чтобы понять правду она говорит или нет, чтобы уловить подходящий момент.

«Слушай» - выдохнула я, когда заметила нужную мне эмоцию. – «Я устала, голодна и хочу наконец-то отдохнуть. Если ты не уверена, отдавай деньги, и я поеду своей дорогой. Только время с тобой зря потеряла», - я протянула руку, и фея отскочила от нее, как от ядовитой змеи.

Моя Основная за спиной служанки показала мне мышь, тянущую лапы к куску то ли хлеба, то ли чего-то еще, и захлопывающуюся за ее спиной клетку, снова заставив прятать улыбку.

В общем-то с тенью я была согласна.

Девчонка, поняв, что может лишиться денег тут же пошла на попятную, улыбнулась заискивающе, разгладила несуществующие складки на фартуке, заправила кокетливо за ухо прядь пшеничных волос, а потом притворно и словно нехотя вздохнула.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Верю я вам» - зеленые глаза смотрели теперь честно-честно, аж до умиления. – «Пойдемте».

Я призвала ракшса назад, спрятав его в тень, и направилась следом за своей провожатой, к черному ходу постоялого двора.

Комната, в которую меня привела служанка оказалась очень просторной и чистой. Кровать даже на вид казалась невероятно удобной, была большой, и, как выяснилось позже, удивительно мягкой. Ванная – за отдельной дверью, и небольшой стол и пара кресел у окна, у правой стены – несколько сундуков и шкаф. Все добротное, относительно в хорошем состоянии.

«У вас все такое?» - удивленно обернулась я к девушке. Дыра Мирота, а постоялый двор, по крайней мере эта комната, выглядит, будто находится в самой Бирре или Омбре.

«Нет, госпожа охотница» - гордо вскинула девушка голову, не забыв передо мной покрасоваться. – «Эти комнаты хозяин держит специально для особых гостей».

Я только хмыкнула.

«Ледяная вода и ужин», - напомнила девушке, снимая с себя плащ. А как только она скрылась за дверью, облегченно выдохнула и почти упала в одно из кресел. Виски ломило со страшной силой, даже моргать было больно. Высокий и, наверное, в обычном состоянии вполне приятный голосок девчонки резал тонким лезвием по открытой ране.

Вернулась служанка через двадцать лучей, сноровисто расставила на столе тарелки, и так же быстро наполнила для меня ванную в коморке за спиной.

«Что-то еще, госпожа охотница?» - она присела в легком поклоне, снова поправила локон золотистых волос.

«Можешь на этом быть свободна» - махнула я рукой. – «Жди меня завтра на рассвете у черного входа, если хочешь получить обещанные аржаны. Опоздаешь, я ждать не буду».

«Да, госпожа. Я не опоздаю», - проворковала фея, стрельнула в меня последний раз алчным, но довольным взглядом и скрылась за дверью.

А я сжала в руке шарик с запирающим заклинанием, поставила защиту и принялась за еду.

Сначала поужинать, ванная потом. Просто потому, что я так устала, что понимала, стоит боли немного уступить, и я тут же отключусь, не смогу даже рукой пошевелить, не говоря о том, чтобы донести свое тело до кресла.

Жаркое с овощами оказалось вкусным и свежим, легкая медовуха – сладкой, а хлеб еще теплым. Я с удовольствием утолила голод и даже вымазала подливку и только после наконец-то разделась до конца и опустила гудящее тело в воду.

Ледяной она, конечно, не была, но что-то близкое к этому. И боль постепенно перестала сжимать виски с такой невероятной силой, мышцы шеи и плеч расслабились. Я блаженно выдохнула, с трудом стараясь на закрывать глаза.

Нельзя тут спать. Снова все тело ломить будет, а мне еще два дня в седле трястись. И пусть ракшасы удобнее и быстрее лошадей, сильно ситуацию они не спасают.

И я честно сражалась со сном, честно и упорно и даже смогла его победить на какое-то время. Но стоило выбраться из ванной, стоило голове коснуться подушки, как меня выключило, словно щелчком пальцев. Сказались усталость, отступившая все-таки боль и выпитый почти полностью кувшин медовухи.

Пить тоже было нельзя. Совсем нельзя, потому что сны мне снились странные... Совершенно не привычные...

Мне снилась вода, ласкающая тело и лицо, легкие струи, скользящие вдоль губ, к подбородку и ниже по шее. Прикосновения, как раз к тому самому месту, где билась жилка, к ключицам и груди. То нвесомые, то жесткие. То мимолетные, то долгие и настойчивые. И я подавалась на встречу воде, нежилась в ее объятьях, купалась в ласке и собственных ощущениях, чувствуя, как что-то тянет, ноет, сжимается внутри меня, слыша звон собственных нервов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Было так хорошо.

А потом вода проникла в рот, надавила немного на подбородок, почему-то обожгла губы, хотя еще миг назад казалась прохладной, и коснулась языка.